Темный Охотник 4 (СИ)

Которые ни один не достигают цели. И Бекетова это удивляет и бесит.
— Граф, может, просто извинитесь перед принцессой, и на этом закончим? — насмешливо спросил я, блокируя отменную связку, целью которой было выбить у меня меч.
— Много болтаешь, — ответил тот.
Удар! Удар! Удар! Чёрт, да у мужика запястье как будто на шарнире! От двух ударов я опять-таки ушёл, а третий принял на меч и отбросил Бекетова подальше, сам снова отойдя влево.
— Неплохо для столь юного возраста, — бросил граф, улыбнулся и пошёл бочком, постепенно сокращая расстояние.
Будь мы на пустыре и без свидетелей, бой бы уже закончился. Но здесь и сейчас Бекетов делал шоу. Прогревал аудиторию, так сказать, ведь в толпе аристо вполне могут быть его будущие заказчики.
Со своей стороны и я делал шоу. Мне с этой почтенной публикой ещё дела иметь, а первое впечатление можно произвести лишь однажды. Так что я даже был отчасти благодарен графу за такую возможность.
Бекетов наконец-то решился воспользоваться очевидным повтором в моей манере, который я так услужливо демонстрировал с самого начала боя. Имитируя атаку, он ткнул рапирой не туда, где я был, а правее, куда я должен был отойти.
Вот только я его манёвр не просто разгадал, я ждал его. Схватив клинок рапиры голой рукой, благо, доспех позволил такой фокус, я поднырнул под правую руку графа и от души хлестанул его мечом по заднице, плашмя, на оттяжечку, так, чтобы лезвие всё же прорезало и ткань, и кожу.
Граф взвыл, как ужаленный, вырвал у меня из руки свою рапиру и отскочил на добрых пять метров.
— Зубочисткой своей чуть глаз не выколол, хулиган! — погрозил я ему кулаком. — Смотри, куда тычешь!
Бекетов провёл себя ладонью по заднице и неверящим взглядом посмотрел на кровь на пальцах.
Зрители же просто покатились со смеху. Даже раздались аплодисменты. Я театрально поклонился, повернувшись в разные стороны. Но ситуацию контролировал.
Нападать со спины граф всё же не стал. Но стоило мне повернуться к нему лицом, как он тут же бросился в новую яростную атаку. И, кажется, добавил усиления и в мышцы, и в меч — потому что скорость резко выросла вдвое, и теперь Бекетов напоминал взбесившуюся газонокосилку.
— Граф, напрасно вы со мной связались, — продолжил я выводить его из себя, вальяжно отбивая атаки. — С вашей стороны это большая ошибка. Противника надо сперва изучить, а уже потом вызывать на дуэль.
Убедившись, что он дошёл до стадии белого каления, я перешёл от глухой обороны к атаке.
И теперь уже графу пришлось напрячь все силы, чтобы не быть порубленным в капусту. Но сил у него не хватало, и кончик моего меча с ювелирной точностью время от времени касался его груди. Только чудом граф успевал отскочить. Но каждый мелкий порез добавлял крови на белоснежной рубашке, и вскоре она пропиталась насквозь, став не белой, а красной. Прилипла, как на конкурсе мокрых маек.
Граф уже тяжело дышал, пару раз не успевал блокировать удар, и в принципе, я в любой момент мог его заколоть. Но вместо этого я продолжил наше общение.
— Вам ведь принцесса дала возможность отступиться, прямым текстом сказала, что вам показалось.
— Убью! — прохрипел тот в ответ.
Я усилил напор, ещё раз взвинтив темп.
— Что, взяли аванс и не могли отказаться?
— Не мог, — машинально ответил Бекетов.
Да-да, очень трудно врать и драться одновременно. Врать вообще трудно, а когда вокруг сталь свистит — особенно.
Поняв, что сболтнул лишнее, граф рассвирипел. Он и его рапира буквально окутались силой, и на долю секунды Бекетов будто размазался в воздухе.
Артефактное ускорение… дошло до меня… когда рапира упёрлась мне в грудь, проминая доспех.
Глубоко она, конечно, не прошла, но царапина осталась.
Зато рапира, не выдержав чудовищного удара, с сухим хрустом рассыпалась на осколки, которые, падая на пол, мелодично созвякали.
И в этот момент я довершил начатое.
Граф нёсся на меня, и я остановил его, уперев ладонь ему в грудь, ровно в том самом месте, где были мои порезы.
И влил туда энергию.
 
Начертанная кровью печать вспыхнула белым огнём, граф отлетел от меня на несколько метров и застыл, лёжа на полу, с обломком рапиры в правой руке.
— Кажется, он не сможет продолжить, — я повернулся к императору, который сидел, едва не разинув рот.
Впрочем, схожая реакция наблюдалась и у остальных зрителей.
— Он жив, — поспешил заверить я. — Просто продолжить дуэль не сможет.
Причём очень долго не сможет. Ведь клинком я начертил малую печать блокировки магических способностей. А влив в неё энергию — активировал.
Печать обычная, которую используют артефакторы, а не из моего арсенала, к тому же малая. Её можно снять, её можно преодолеть. Но граф всего этого не знает. А без магических способностей, пусть и физика, будет считать себя инвалидом.
Ибо нефиг.
Император даже с трона поднялся.
— Что ж, — он медленно хлопнул в ладоши несколько раз, — теперь мы понимаем, как вы так быстро закрыли норматив по разломам! Это было весьма впечатляюще!
— Благодарю! — я отвесил полупоклон.
— Очистите зал, — Его Величество махнул рукой. — Представление закончилось, дамы и господа, пора переходить к танцам!
К Фирсову тут же поспешил один из его коллег, и вместе они подхватили графа под руки. Тот был в не слишком вменяемом состоянии, но живой и даже в сознании.
— Борис Борисович, давайте мы вам поможем пройти в уютный кабинет, — Фирсов был сама любезность, — и там немного побеседуем. Вы ведь не против, правда?
Впрочем, думаю, что услышать ответ Фирсов не ожидал. Бекетов сейчас всё как-то больше хрипел, да мычал.
Дуэль закончилась, а на меня опять напали. На сей раз со спины — коварно, но приятно. Это кинулась обниматься рогатая принцесса.
— Тише-тише, — улыбаясь, чуть отстранил я её. — Не испачкай платье.
— Я переживала! Ты… ты… — по-инфернски затараторила Ариэль и разразилась непереводимой чередой ругательств, только в конце снизойдя до конкретной предъявы: — Как ты мог дать ему себя ранить⁉ Я же знаю, на что ты способен! Я сама видела! Когда он пробил твой доспех, я уж подумала, что всё!
— Да сколько он там пробил-то, так, помял немного, — я осторожно потрепал её между рожек, так, чтобы не испортить сложную причёску.
Какая ж милота! Переживала она!
— Артём Кириллович, — а это подошла другая принцесса, на сей раз человечья. — Надеюсь, вы не сильно ранены?
— Пустяки, дело житейское! — улыбнулся я.
— Тем не менее, извольте расстегнуть рубашку! — посмотрела она на меня строго. — Я окончила сестринские курсы, и могу определить серьёзность ранения!
Анна Дмитриевна изо всех сил пыталась выглядеть спокойно и даже строго. Вот только по ней видно было, что и она поволновалась.
— Полагаю, раздеваться прямо здесь будет не слишком прилично, — подмигнул я, — так что я пройду лучше в уборную. Если желаете…
— Каков наглец! — покачала головой принцесса.
— Я тебе помогу, — заявила Ариэль, — я тоже умею!
Анна вспыхнула, развернулась на каблуках и ушла, подхватив под руку брата, который только плечами пожал.
Остаток вечера прошёл без инцидентов.
В уборной Ариэль хотела помочь промыть рану, но печать регенерации успела срастить плоть, практически без следа. Ариэль, увидев это, уже почти не удивилась, так, разве что глаза на меня подняла. Я прижал палец к губам, и она понимающе кивнула. Место ранения следовало поскорее спрятать, чтобы не палиться.
Очень кстати кто-то из слуг принёс чистую рубашку, так что я полностью восстановил целостность гардероба. Накинул китель, и ничто теперь не напоминало о дуэли.
Первые пару танцев я пропустил, потом танцевал с Ариэль, ну а дальше и до самого окончания бала я был нарасхват, молоденькие младшие дочери графов только что в очередь не выстраивались.
Впрочем, именно этого я и ожидал.