Пик из Эхтера

- Не-а, спасибо! – замотал головой мышонок, чуть смутившись от подобных разговоров.
- Что так?! Ты только скажи, и я сбегаю в соседний переплетный цех, пущу слушок про моего нового помощника, у которого умелые руки. Вот увидишь, уже через минуту, к тебе выстроиться очередь, - улыбнулась мышка.
- Спасибо, но не надо! Скажи лучше, а другие помощники - почему они ушли?
- Ушли?! Это еще мягко сказано! Недели полторы, и они опускали руки и сбегали. Если честно, я и сама порой с удовольствием бы всё бросила, но не могу…
- Вот и я не могу, - тихо ответил Пик, продолжив работу.
- Просто мы приезжие здесь, я и мои сестры… Снимаем комнату в городе, неподалеку от ворот, в одном постоялом дворе… Трудимся в поте лица, где кто, дабы выжить здесь…
- А я живу с родителями, за городом. Скажу тебе не тая, мы тоже не живем, а выживаем… Целый месяц не мог найти работу. Вот наконец обрел, и не желаю её терять! Для меня это шанс помочь родителям, - не мог остановиться Пик говорить о наболевшем, сердцем чувствуя, что Тания простая девушка и разговаривать с ней можно было без лишнего стеснения.
- Удивительный ты паренек… В твои-то года, тебе бы куролесить, да по девчонкам бегать, а ты о Семье печешься, - поддерживала беседу Печатница, заканчивая настройку машины.
- Потому что больше некому…
- Ты один в семье?
- Нет! Есть старший брат… Но… Этого мало. Да и не любитель я увеселений, - тяжко вздохнул мышонок, по интонации голоса которого девушка поняла, что задела за больное.
- Прости, это, конечно, не мое дело, но работая всю жизнь без остановки, можно состариться раньше времени…
- И пусть, лишь бы помочь родителям! - закончил Пик, явно разгорячившись и даже немного обидевшись, что его попрекают.
Тания наоборот стихла и пристально взглянув на паренька, решила больше не тревожить мышонка. Тяжело вздохнув, она принялась за свою работу, предоставив ему шанс доказать, на что он способен.
Не прошло и получаса кропотливого труда, как Пик закончил набор формы, и подошел с ней к Тании.
- Готово!
- В зеркальном отображении!? – приняла она её. - Да ты и вправду смыслишь в этом! Новички набирают форму, как есть. А когда узнают об ошибке начинают злиться. Тогда-то я сразу понимаю, на что они способны…
- Так, я прошел твоё испытание? – немного с обидой произнес Пик.
- Думаю да, - улыбнулся ему мышка. - И раз форма готова, клади её на место.
Пик последовал её совету. Затем тисками со всех четырех сторон зажал, чтобы ни одна буковка не вылетела, при переворачивании её вверх тормашками.
- А теперь я возвращаю форму в обратное положение, - дернула Тания за рычаг, приведя тем самым станок в рабочее состояние.
- Здесь самое главное, чтобы не скакало давление, - указала она на барометр, что был внизу станка, где к нему подходила труба, по которой подавался горячий пар. - Иначе оттиск будет неравномерным на всех листах и тираж не примут.
- Хорошо, я запомню…
- Так, а теперь вставай сюда, будешь подавать бумагу. По одному листку в лоток. Готов?!
Пик кивнул, встав около лотка, в который по сигналу загрузил один лист. Тания включила станок и встала у большого рычага вроде нажима в гильотинном ноже. После с силой нажала. Её зажим усилился в десятки раз пневматикой.
Металлическая форма, по которой прокатывался валик, со скрипом опустился на бумагу. После поднятия рычага лист продолжил движение по роликам внутри станка, приводимым в движение, как и вся машина давлением пара. Спустя пару песчинок готовый лист вылетел с другой стороны станка.
- Давай посмотрим, что у нас получилось…
Пик и Тания подошли к листу, что упал в выдвижной лоток с другого края печатной машинки.
- Так, так… Здесь самое главное, чтобы чернила сразу впитывались. Видишь?! – попробовали они смазать изображение пальцем.
- Здесь нужно учитывать густоту краски, количество растворителя, продолжительность зажима, а также его силу. Всё это регулируется тут же, – указала она на множество вентилей сбоку машины.
 
- Но сейчас, вроде, всё нормально, так что продолжим… Постой, ты исправил ошибку?!
- Не одну - их тут было штуки три!
- Не стоило…
- Я не хочу прятаться за макеты и перекидывать свою вину на других.
- Ладно, – задумчиво ответила Тания. - Но в следующий раз предупреждай, хорошо?
- Хорошо, - согласился Пик и снова занял место, подавальщика бумаги, но ненадолго.
Увидев, как тяжело приходится Тании нажимать на рычаг всем телом, отчего руки её тряслись от перенапряжения, а по лбу струился пот рекой, он попросился попробовать.
Тания, заглянув мышонку в глаза, поняла, что инициатива была вызвана не праздным любопытством, а искренним желанием помочь. Она оценила это по достоинству, и с благодарностью в душе, уступила своё место, встав на место мышонка. После чего работа «закипела» с новой силой.
========== XII Первый Проступок или Шанс? ==========
Очень трудно выполнять одну и ту же работу, состоящую из монотонных повторяющихся движений, требующих немалых физических усилий. При таком труде, где каждое твое движение доведено до автоматизма и не требует ни внимательности, ни использования разума, а лишь силу и выносливость - есть вероятность попросту отупеть.
На благо Пика, Тания оказалась очень общительной, что не сказать о нем. Она постоянно расспрашивала его о семье, об учебе или просто о жизни, не позволяя мышонку впасть в уныние и отчаяние. Хотя поводов для этого было предостаточно.
Паренек получил прекрасное образование, отличные оценки, был с Механикой на «ты» и очень всем интересовался – и на тебе! Его Диплом, оказался бесполезной бумажкой, с которой он ходил по работам и биржам с месяц. Всюду на него смотрели поверх головы и не видя за его плечами опыта, попросту хоронили все заявки в «долгий ящик».
- А где его взять, если все начальники хотят, чтобы у них работали уже специалисты. Где же учиться и набираться опыту!? Совершенно не понимаю! – поделился мышонок наболевшим с Танией.
- И не говори Пик, сама столкнулась с подобным. Если бы не случайная встреча со старичком печатником, устроившим меня сюда, не знаю, где бы я сейчас была…
- Скажи Тания, а здесь всегда так темновато? - почувствовал юноша, как глаза начинают болеть.
- Ты хотел сказать, тускло?!
- Да, - потер Пик глаза, которые начинали слезиться от сухости и перенапряжения.
- Как ты, наверно уже заметил, стены-перегородки между цехами, высотою не более десяти шагов, поэтому свет попадает к нам через вон те окна под потолком, - указала она на единственный естественный источник света во всем здании – небольшие окна почти на уровне крыши. - А как начинает темнеть, мы зажигаем свечи.
- Свечи?! И что помогает?
- Смеешься?! В пасмурную погоду и под вечер, все мы здесь работаем, как слепые мыши на ощупь!
- Да-а-а, так и зрение можно посадить, - тяжко вздохнул мышонок, припомнив, что у мамы всегда болели глаза после работы.
- А ты думаешь, почему все здешние работники одна молодежь!? Да пару ветеранов-мастеров.
- Понятно, – кивнул Пик и умолк, снова погрузившись в свои печальные думы.
Больше всего его тронуло то, что он оказался на самой нише трудовой цепочке, в то время как учителя, смотря на его успехи, вселяли в него большие надежды. Но Реальность оказалась куда более суровой и жесткой, чем он себе представлял.
Полностью погрузившись в работу, паренек и не заметил, как стрелки часов, что висели на стене в цеху, перебежали к полудню, и всю типографию огласил громогласный треск звонка.
- Что это!? – вздрогнул Пик, слишком глубоко уйдя в себя.