Чистилище-online (СИ)
Меня потихоньку стала одолевать чёрная безысходность. Я весь грязный, исцарапанный, хромаю на одну ногу и бреду по бесконечному лесу неизвестно куда. К тому же я заполучил свой первый отрицательный эффект. В интерфейсе появилась информация о том, что характеристики снизились на десять процентов из-за того, что моё тело в ненадлежащем состоянии. Меня это известие подкосило ещё больше.
Я начал злобно бубнить себе под нос, подобрав с земли жёлудь и вертя его в пальцах:
— Вот на какой хрен мне всё это? Помер бы, да и всё. Куда мне идти? Где я вообще? А всё этот проклятый бес, будь он неладен. Может, не надо было соглашаться на его предложение с этой треклятой игрой?
Неожиданно моих ноздрёй тронул запах серы, а до ушей донёсся слабый хлопок. И буквально спустя миг передо мной появился довольно улыбающийся Димон, который что-то жевал. Я широко распахнул глаза и сглотнул голодную слюну, когда уловил насыщенный запах сервелата.
— Ну как тебе тут? — ехидно спросил бес, принявшись деловито ковырять пальцем в зубах и изучая меня бегающими глазками. — Я смотрю, что ты ранен, грязен и богат. Ну, два из трёх тоже неплохо.
— Ты что жрёшь? Сервелат? — выдохнул я, не став реагировать на его издёвку.
— Ага. Кремлёвский. У них там столовая дешёвая.
— Значит, я тут жёлуди скоро жрать буду, а он сервелат трескает! — возмущено выдал я, а потом жадно спросил: — А ещё есть?
— Неа, — пожал тот плечами. — Ну раз у тебя всё нормально, то я сваливаю.
— Постой! — поспешно бросил я, после чего лихорадочно, с надрывом протараторил: — Куда мне дальше идти? Где я оказался? Дай мне фляжку хотя бы! Я ведь даже не могу набрать воды впрок!
— Нет, дорогой, всё сам, всё сам, — оскалился бес. — Ты легко можешь убить какого-нибудь крестьянина и отобрать у него имущество. Они всё равно бессмертные, как мафия. После гибели местные обитатели просто возрождаются в других телах. Ну и, естественно, ничего не помнят о своей прошлой жизни. Например, сегодня умер дедушка Евстрах, а завтра из какой-нибудь деревни придёт его внук. А по факту это будет одна и та же душа. Поэтому количество населения примерно на одном уровне, как и поголовье монстров. Но всё же если сильно проредить его, то за один день оно не восстановится, но за некоторое время всё вернётся на круги своя. Так, ладно, заговорился я с тобой, а у меня там пирожки стынут. Аривидерчи!
— Гад! Зря я согласился на твоё предложение! — гневно выкрикнул я, сжимая кулаки.
А тот вдруг не исчез, а замешкался, словно хотел что-то сказать, но не решался, а потом вдруг прошептал:
— А как ты думаешь, куда бы ты попал после смерти, учитывая твою жизнь? А?
— К чертям на сковородку, — промычал я, мигом растеряв всю злость.
— То-то же, — воздел вверх палец Димон, а затем пропал со смрадным духом.
А я остался один и горько взвыл из-за переполняющих меня чувств. И где-то недалеко мой вой подхватили волки…
Глава 4
Вечерело. Температура воздуха заметно упала, а трусы по понятным причинам совсем меня не грели. Но я всё так же упорно хромал по лесу, и лишь с недавних пор стал размахивать руками и потирать кожу на плечах, чтобы хоть как-то согреться.
Попутно я думал о том, что неплохо было бы запалить костёр, дабы огонь подарил мне тепло, но без спичек и зажигалки я лишь в теории знал, как это можно сделать. Но мне ещё было боязно применять свои знания на практике — вдруг кто-нибудь заглянет на огонёк? Этот лес уже успел продемонстрировать мне то, что он даже в светлое время суток весьма опасен. А уж сейчас, когда вокруг сумерки, мне и вовсе не хочется хоть как-то привлекать к себе внимание.
И у меня даже созрела мысль, что если спустя час-другой я не найду человеческих поселений, то залезу на высокое дерево и буду там сидеть до утра. Уж больно мне не нравилась идея ходить ночью по лесу, который к тому же раскинулся в мире почти аналогичном компьютерной игре. Все же знают, что в подобных местах ночью просыпаются самые отпетые монстры: вампиры, оборотни, тёщи…
Вот с такими безрадостными мыслями я топал дальше. А вскоре среди деревьев я увидел кладбищенскую ограду. Она опоясывала сотню крестов и несколько десятков склепов, что расположились на бугре. Кладбище уже было довольно старым и заброшенным. Могилы оказались неухоженными, среди них росли молодые деревца, бурьян и кусты. И я бы прошёл мимо такого негостеприимного места, побоявшись наткнуться на каких-нибудь зомби или призраков, но до моих ушей донёсся стук лопаты. Кто-то копал землю возле дальнего склепа.
Тут уж любопытство нагнуло голос разума и заставило меня подкрасться к ограде. Я выглянул из-за неё, и перед моими глазами предстала следующая картина — фигура в сером балахоне с капюшоном, тень от которого закрывала лицо, неуклюже работала лопатой, что-то бормоча себе под нос. Хоть слов я и не мог разобрать, но голос вроде бы был человеческим.
Меня мигом разобрали мучительные раздумья. Тихонько свинтить отсюда или познакомиться с незнакомцем поближе? И если я выберу второй вариант, то, как конкретно, мне «познакомиться»? Ударить кинжалом в спину или спросить дорогу к какой-нибудь деревне, где меня не поднимут на вилы?
После недолгих колебаний я решил остановиться на том, чтобы завести с незнакомцем разговор, а уж потом действовать по обстоятельствам. Но сперва я подготовился — снял с шеи амулет и положил его в мешок, а то вдруг незнакомец не любит тёмных; потом я засунул кинжал в трусы со стороны тыла, дабы не смущать человека и видом оружия.
Ну и вот после таких приготовлений я перемахнул метровую ограду из кованого железа, покрытого ржавчиной, и потопал к незнакомцу, петляя среди могил. А тот продолжал увлечённо копать, не замечая моего приближения. Поэтому я решил не пугать человека, а загодя предупредить его о том, что он уже не один на кладбище.
Я громко покашлял в кулак, а затем хрипло просипел, с трудом выталкивая слова из пересохшего горла:
— Привет. Кого хороним?
Незнакомец резко повернулся на звук голоса, выставив лопату, словно это было копьё, а затем тоненько взвизгнул:
— Мертвец!
И резво побежал прочь. Я помчался за ним, испуганно заорав и затравленно озираясь вокруг:
— Где мертвец?! Вот так и знал, что не надо было по кладбищу ходить!
Меж тем бежавший передо мной человек, запутался в полах своего длинного балахона и распластался на земле, приглушённо вскрикнув. Я тотчас схватил его за капюшон и заорал:
— Вставай быстрее, пока нас не сожрали!
Тут с головы трепыхающегося незнакомца слетел капюшон, и показались средней длины серебристые волосы, из которых выглядывали острые ушки.
— Эльфийка! — пораженно выдал я, выпустив из рук капюшон и сделав шаг назад.
— Человек! — облегчённо выдохнула молоденькая девушка, перевернувшись на спину и глядя на меня большими сапфирового цвета глазами, поселившимися на симпатичном лице с острыми чертами. — А я думала, что ты мертвец.
— Да вроде бы пока не мертвец, хотя, однажды, обязательно им стану — как бы прискорбно это ни звучало, — протараторил я, после чего оглядел своё исцарапанное тело, покрытое слоем грязи, и вынужденно рассмеялся каркающим смехом. — Да, реально можно спутать.
Девушку почему-то насторожили мои слова, а может быть и смех сыграл свою роль. Она вдруг вся напряглась и мрачно выдала, сдвинув к тонкой переносице соболиные брови:
— А ты не тёмный?
— Вот что за ярлыки? Если человек плохо одет, грязный и от него дурно пахнет, то обязательно тёмный? — притворно вознегодовал я, уперев руки в бока. — А если ты думаешь, почему этот красавчик такой грязный и голый, то знай — я отдал всю свою одежду нуждающимся!
— Нет, что ты. Я не думаю, что ты красавчик, — залепетала девушка, вставая с земли. — Просто тут такое место, где тёмные убивают светлых, а я как раз из последних, вот и испугалась. А ты ведь игрок?
— Ага, и я тоже белый и пушистый.
— А где твой амулет? — чуть подозрительно спросила эльфийка, подобрав лопату, отлетевшую к могильной оградке.