Чистилище-online (СИ)

— Заткнулся бы ты Бад, — посоветовал я ему. — Пока ты там трусливо прятался, нас чуть на ленточки не порезали. Похоже, в светлых берут только тех у кого «отлично» по дисциплине «хитрость».
— Да я… да нога… — начал заикаться тот, опустив голову.
А вот орк уважительно произнёс, глядя на меня и не обращая внимания на притихшего гоблина:
— А ты, Рей, всё равно оказался хитрее. Я даже сначала подумал, что ты реально обделался от страха.
— А для кого я кричал, что нас двое осталось? Разве сразу не понятно? Да ещё я встал так, чтобы светлый оказался к тебе спиной. Он же вообще не ожидал твоей атаки. Кстати, сколько тебе славы за него дали?
— Сейчас проверю, — выдохнул игрок и на миг закрыл глаза, а затем довольно проронил: — Пятьдесят единиц.
— Ого, — изумился я, загнав брови к грязным волосам, прилипшим ко лбу. — Да-а, убийство игрока-антагониста действительно щедро оплачивается.
— Полтинник это ещё мало, — уверенно заявил гоблин, завистливо косясь на Сея. — Обычно сотню дают. А тебе почему-то только половину отсыпали.
— Хм, забавно, — задумчиво выдал я, а потом, повинуясь возникшей догадке, закрыл глаза и вызвал интерфейс. Да, так и есть — вторую часть награды за убийство светлого записали на мой счёт. И у меня теперь появилось пятьдесят единиц славы. Значит, в Чистилище не действует правило последней руки, когда все очки и опыт достаются тому, кто убил врага. Похоже, здесь слава делится, исходя из заслуг. Я ведь тоже приложил актёрские данные и хитрость к устранению светлого.
Когда я открыл глаза, то всё это поведал спутникам, а те покивали, соглашаясь, что, дескать, так справедливо делить славу. А потом я задал самый важный на данный момент вопрос:
— Товарищи тёмные, а что будем делать дальше? Нас ведь осталось трое.
— Технически мы и втроём можем завалить кротов, — стал рассуждать Бад, постукивая согнутым пальцем с обломанным ногтем по подбородку. — Условие задания мы не нарушим, так как принимали его вчетвером. А то, что один из нас помер — это уж наши проблемы.
— Надо двигаться дальше, — громыхнул орк, решительно нахмурив брови. — Гарика ждать не будем. Да и хрен его знает — рискнёт ли он в одиночку идти к полю?
— Короче, все голосуем за продолжение банкета? — уточнил я, протянув руку к своему топору, который до сих пор был в лапе Сея.
— Ага, — кивнул тот и торопливо передал мне оружие, точно гремучую змею. На лезвие до сих пор были видны капли крови.
— Вот и ладушки, — радостно проронил я, а затем быстро зашагал по тракту, оставляя за спиной то место, где добыл первую славу.
Гоблин и орк, не мешкая, двинулись за мной. Гигант уже привычно понёс на плече колья, а потом вдруг покосился на меня и с интересом спросил:
— Рей, а как ты так быстро придумал план по устранению светлого?
— Опыт, — проронил я, загадочно улыбнувшись.
Ну не рассказывать же ему о моём отце, который в молодости был довольно буйным типом, затевающим постоянные драки и споры. Только вмешательство некого психолога, посоветовавшего ему мысленно ставить себя на место своего оппонента, смягчило его характер. Благодаря этому подходу он стал понимать, что порой в глазах людей выглядит совсем не комильфо и его кулаки сами собой опускались. Ну а я обучился у отца этому приёму и даже пошёл дальше — стал пытаться предугадывать действия людей. И вот не делиться же всём этим с Сеем?
А тот меж тем вцепился изучающим взоров в моё лицо и жадно спросил:
— Какой опыт? 
В этот миг я заметил, что гоблин начал прислушиваться к нашему диалогу. Так, похоже, есть шанс провернуть ещё одну сценку. Ну-с, начнём. Мои пальцы почесали влажный затылок, а затем рот принялся молоть откровенную чушь:
— Сей, ты только никому не говори, но я до попадания сюда проходил службу в очень секретном отделе одной правительственной организации. В неё брали хорошо если одного из тысячи, а уж учили нас там таким вещам, что лучше и не говорить о них… Так что — т-с-с-с. И больше меня не спрашивай о прошлом.
Орк вытаращил глаза, а затем истово закивал головой, но всё же позволил себе шёпотом спросить:
 
— А ты… ну… самого главного нашего вживую видел?
Я медленно кивнул с каменным выражением лица, после чего стал смотреть лишь на дорогу. А Сей торопливо перекрестился и выдохнул:
— Матерь Божья…
Гоблин тоже что-то потрясённо прошептал. Я же еле сдержал улыбку, рвущуюся на волю. Моя ложь была рассчитана именно на Бада. Орк-то явно будет молчать, а вот гоблин точно будет трепать языком о моём прошлом. Надеюсь, что такая легенда оградит меня от нападений светлых. Я бы без веской причины не стал связывать с каким-нибудь спецназовцем.
После этой «доверительной» беседы мы больше не разговаривали, а шли молча по тракту. И я решил воспользоваться этим временем, чтобы потренировать ловкость — начал подбрасывать в руке топорик, ловя его за рукоять.
В итоге я где-то минут десять занимался такой тренировкой, почувствовав, что к концу у меня уже ладонь начала болеть, а потом, после очередного холма, прервал свою прокачку.
К этому времени перед нашей троицей раскинулись поля сельскохозяйственного назначения. А обрабатывали их люди, живущие вон в той деревеньке, находящейся в паре километров от нас. Она раскинулась рядом с лесом и была окружена высоким бревенчатым частоколом. Я бы сходил туда, чтобы попробовать найти какое-нибудь задание, но пока времени на это явно нет. Нам бы с кротами успеть справиться.
Тут моим мыслям вторил и гоблин, приложивший ко лбу ладонь козырьком и мечтательно протянувший:
— А ведь в той деревне могут быть совсем простенькие задания: курей там загнать в сарай или крыс выгнать из амбара. Эх, жаль, что у нас каждая минута на счету.
— Ага, — буркнул орк и деловито направился к столбу с табличкой, который стоял возле ближайшего поля. Сей прочитал там что-то и уверенно крикнул, показывая рукой налево: — Нам надо обработать вон то поле со свёклой!
— Тогда давай скорее подготовимся! — громко бросил я и снял с плеча верёвку, которая уже успела до красноты натереть мою кожу. — Надо привязать наши кинжалы к кольям — и так легче будет валить кротов. Получатся самодельные копья.
— Рей, да ты голова! — восторженно проронил Сей с неким подтекстом. — А я-то думаю — на кой хер ему эта верёвка?
Я многозначительно моргнул, а потом быстро настругал верёвку на три равных отрезка и два из них передал орку и гоблину, после чего мы все вместе стали приматывать кинжалы к кольям. Последних гигант притащил сюда десять штук, так что если несколько сломаются, то невелика потеря — есть же ещё.
Но, как оказалось, я немного недооценил силу противника, ведь когда наша троица увидела заметное шевеление земли под рядами свекольной ботвы, то нам стало ясно — кроты каких-то ненормальных размеров. Такие могут и все наши колья переломать.
Орк даже лихорадочно выдохнул, выпучив глаза:
— Охренеть! Вы видите? Там под землёй ползёт какой-то хряк или Собянин тут роет ещё одну ветку метро!
— Вот так двадцать пять кротов, — прошептал я, потрясённо поправив сбившийся на затылок шлем, а затем быстро взял себя в руки и уверенно скомандовал: — Так, бойцы, у нас есть оружие, смекалка и стальные яйца, поэтому мы легко завалим каких-то там чернобыльских землероек. Берите колья и окружаем крота, а потом по моей команде атакуем. Всё поняли?
Игроки покивали головами, а затем мы двинулись к полю, отчего-то пригибаясь, словно крот мог увидеть нас. А тот знай себе лазил под землёй, и от его движений свёкла оказывалась на поверхности. Уж не ведаю — жрал её крот или нет, но своими действиями он точно губил часть корнеплодов. Видимо, поэтому барон и решил сократить кротовье поголовье, отправив нас сюда.
 
Тем временем мы уже приблизились к тому месту, где земля шевелилась наиболее интенсивно, а затем окружили эпицентр и по моему кивку синхронно воткнули самодельные копья. Что тут началось! Во все стороны полетели комья земли, словно под нашими ногами взорвалась граната, кто-то завизжал голосом гоблина, а наружу высунулась тёмно-коричневая башка звездорылого крота-мутанта. От обычных своих собратьев его отличали двадцать два кожных нароста на мордочке, которые напоминали звезду. И помимо этого, крот оказался размером с хорошего борова и весил килограмм сто. А ещё у него были весьма длинные, крепкие когти и острые, жёлтые зубы, которые он продемонстрировал, когда пронзительно запищал. Наверное, ему не слишком понравились три копья, торчащие из его спины.