Саван (СИ)

Именно к воинам без ауры подскочил воин с топором. Он косил их, как траву. Прижимая какой-то силой к земле, ломал их кости и рубил тех, что были близко к нему. Воинов, которые находились в воде, он просто прижимал ко дну, не давая подняться. Он топил их! Тварь. Выхватывая оружие и щиты, он выстраивал заслон вокруг себя. Простые бойцы не могли достать его. Воин с топором занимался уничтожением моей пехоты совместно с троицей парящих на щитах, они обстреливали скорпионов и прикрывали конницу Ксарка.
Скорпионы открыли огонь. Маг рядом со мной напитывал их большие стрелы силой.
Позади меня орали пленные, оставшаяся команда тычками загнала их в трюм и пыталась заставить успокоиться. Нужно уходить, пока я не потерял всех магов. Конница уже ничего толком не могла сделать из-за воды. А пехота Ксаркийцев не представляла угрозы в силу своей малочисленности. Опасность исходила от пятерки странных воинов и последнего конного мага.
— Трубите отход. — Я оглянулся в сторону моря. Через считанные минуты на мелководье прибудут еще три корабля. Мы сможем отбиться, передавая эстафету налета новым судам с Безымянного перста.
Трубач едва успел подать команду. На палубе послышался глухой удар. Это тот воин с красной аурой приземлился прямо на мой корабль! Его глаза горели красным, а лицо искажала гримаса гнева. Он был одет в чудну́ю зеленую одежду, а вооружен длинным тонким клинком. Бегло осмотрелся и, увидев люк трюма, начал выламывать его смятыми в странную форму клинками. У меня похолодело внутри. Он хочет пробить днище и потопить судно.
Я сжал амулет, подаренный Сиршей перед моим самым первым походом (она сказала, что он даст мне силу и защиту), острые края проткнули мою ладонь, выпуская струйки крови. По телу прошла мелкая дрожь, мир замедлил движение. Я выдохнул и направился в сторону юркнувшего в трюм воина. Оттуда послышался дикий визг женщин и детей. Я встал напротив и хотел было прыгнуть в темноту, как вдруг оттуда вылетел меч, который я едва успел отбить. Вслед за ним появился он, таща на щите крестьянина, который прижимал к груди девочку с окровавленной головой. Он отпрыгнул от меня, толкнул мужика на щит и начал быстро тянуть того в сторону берега. Я успел заметить, что на излете щит подхватил воин с топором, который принимал участие в убийстве Голема, и потянул его дальше, не переставая грызть мою пехоту.
Мы смотрели друг на друга. Идя по палубе, я чувствовал, что оставшийся на корабле маг накинул на меня ауру, ее сила смешалась с силой амулета Сирши. Мои чувства обострились, я был быстр, силен и сосредоточен.
— Ты не из Ксарка. — Я смягчил шаг, медленно ступая в противоположную от воина сторону. Мне нужно было перекинуться с ним парой слов, чтобы почувствовать, как он двигается.
Двигался он дерьмово, ступал тяжело, его обувь была с жесткой подошвой, не то что мои мягкие сапоги из кожи, которые давали плавность шага. Он не держал стойку. Просто опустил меч острием вниз и держал в воздухе позади себя два щита и меч. Странно, он так дерзко пренебрегал стойкой… Когда я приближусь, то смогу почти любым хитрым выпадом достать его.
Нас обступила оставшаяся команда, я жестом показал, чтобы не лезли. Он мой. Я отомщу за магов культа и за то, что эти ублюдки посмели помешать нам.
Он молчал.
— Как тебя зовут? Хочу знать имя выродка, которого я сейчас прикончу. — Я двинулся в сторону против часовой стрелки, сокращая расстояние. Он оскалился.
— Гнев. А как зовут живого мертвеца, кишки которого я сейчас расшвыряю по палубе? — Его лицо выглядело молодо, даже сквозь маску ярости у меня получилось рассмотреть это, я был выше него и крупнее.
— Странное имя для трупа. Меня зовут Гирд. Ты дерзок. Покажи, что умеешь. — Я шагнул в его сторону и сделал быстрый укол. Под силой амулета и мага я мог бы прошить вековое дерево навылет.
Гнев парировал выпад и с диким криком обрушил на меня град ударов. Они были неумелы, но чертовски сильны. Я чувствовал это, его клинок мелькал быстро и мощно опускался на мой, траектория движения его меча была предсказуема, прямолинейна. Я отбивал удары и парировал. Гнев напирал на меня, не разбираясь в моих движениях. Если бы не сила его ударов, я убил бы его первой же контратакой. Поймав момент, я отклонился в сторону и замахнулся, намереваясь проткнуть его незащищенную голову сбоку. Он невероятным движением ушел из-под удара и метнул в меня щит. Я рассек его в воздухе на две части и атаковал. Гнев тянул с палубы лежащие на ней предметы, мечи и щиты, обитые железом факелы и жаровни. Одним таким металлическим блюдом с углями во время моего уворота он пришиб стоящего за мной воина, рассыпав огромный сноп искр вокруг.
 
Аура вокруг него сгущалась. Сияющий белым и красным клинок разжигал на своем лезвии древние руны. Его глаза затуманивались, а слюна в уголках рта начинала пениться. Он атаковал снова и снова. Толкая себя в стороны непонятной магией, он уворачивался от моих молниеносных ударов, ни один человек не смог бы двигаться, как он! Я сражался с ним на равных только благодаря многолетней практике фехтования и приобретенному за годы налетов мастерству. Воины вокруг стояли, глядя на нашу рубку дикими глазами. Палуба трещала. Предметы вокруг парили и летели в меня. Маг наконец догадался обвить их аурой и лишить Гнева возможности швырять их в меня и отвлекать от себя.
Увидев, что его лишили снарядов с палубы, он взревел и бросился на меня, пригибаясь низко к земле. Я отбил летящий в меня факел мечом и был по инерции развернут в сторону. Гнев воспользовался брешью и, вытянув меч к моей ноге, пытался ее подрубить. Я успел среагировать, магия переполняла меня, он зацепил мою ногу самым кончиком клинка, но этого хватило, чтобы рассечь хваленый Идоедонский доспех и пустить мне кровь.
Амулет у меня на груди задрожал, он чувствовал мою кровь и взамен давал мне еще больше силы. Я ухнул и опустил меч в место, где Гнев был мгновение назад, проломив толстые бруски палубы, я по инерции шагнул в сторону, доставая клинок. Гнев поднялся и снизу вверх ударил в мой меч мощнейшим прямым ударом. Я принял его клинок на свой. Мы смотрели друг другу в глаза и давили что есть сил. Боль в ноге добавляла мне ярости. Он смотрел на меня не мигая и тяжело дышал, его лицо утратило человечность, белки́ в глазах не было видно, лишь немигающий красный глаз со зрачком зверя. Он собрал силы и рванул на меня так, будто сейчас сломает под собой балки. Они угрожающе заскрипели.
Я не сдавался, крича ему прямо в лицо, я давил на клинок. Он начал сдавать. Подпитываемый силой мага и амулета, я был сильнее! Еще немного, и я доберусь лезвием до его мягкой шеи. Гнев не сдавался, он уплотнял ауру вокруг себя и на выдохе резко ударил ею по мне, защита выдержала, наша сцепка разорвалась. Я успел зацепить его за грудь, одежду заливала бьющая толчками кровь. Сделав два шага, я размахнулся, намереваясь прикончить его.
Гнев с диким ревом, расплескивая по палубе свою кровь, метнулся к магу и длинным размашистым ударом рассек его напополам, попутно прикончив трех солдат, что прикрывали его. Приток силы оборвался, аура магии спала с меня, остался только амулет. Я видел, как к кораблю бегут мои воины, они слышали команду к отступлению. На них не было ауры защиты.
Я развернулся, по мне пробежал мерзкий холодок страха. Гнев стоял на палубе, его окропляла кровь мага. Он каким-то образом сумел остановить кровотечение и теперь ненавидящим взглядом смотрел на меня, вся его грудь была заляпана красным, ее рассекал длинный порез. Воины вокруг начали хрипеть и дергаться. Он поднимал их над палубой и ломал доспехи, вминая в мягкие тела. Его лицо украшала страшная гримаса. Сразу десять человек вокруг меня за секунду превратились в трупы. Мое тело не двигалось, парализованное гуляющей по мне жутью. Я услышал сдавленные крики, Гнев тянул с отмели воинов, потерявших защиту ауры, в воздух. Он собирал их в огромную сферу вокруг палубы корабля. Они все кричали и трепыхались в воздухе. Он притянул, должно быть, три десятка человек. Я с трудом сделал тяжелый шаг в его сторону. Затем еще один. Гнев вытянул левую руку и медленно сжал пальцы в кулак. Вокруг меня раздался тошнотворный хруст и всхлипывания воинов, они просили, умоляли помочь им, но я не мог. Доспехи стискивали их, шлемы давили лопающиеся черепа, кости выглядывали из сдавленных под невероятными углами конечностей. Он прессовал их в комки. Меня обволакивала его аура, не давая приблизиться. Палубу окропил густой кровяной дождь, по ней струились красные ручейки силы, смешиваясь с выпадающими внутренностями… Я был в ужасе.