В плену у прошлого (СИ)

— Ясемин постой, пожалуйста! — поймал меня за плечо Демир. — Расскажи мне, кто посмел обидеть тебя? — с грустью посмотрел на меня он. — Прошу не молчи.
— Все эти беседы о том дне причиняют мне немало боли, от которой не хочется существовать в этом мире. — заплакала, хныча я.
Телохранитель приобнял меня за плечо гладя по всей длине моих распущенных локонов.
— Больше не будет ничего того, что могло бы причинить тебе страдания. Я обещаю! — сказал уверенным голосом Демир. — Я поговорю с господином Серхатом!
Обхватив меня обеими руками за плечи крепко прижал к своей груди, что стало совсем неожиданным для меня. Но мне впервые не хотелось выяснять отношения, я нуждалась в поддержке и защите, а Демир смог мне дать в эту минуту защиту и опору.
Глава 15
— Госпожа Ясемин, ответьте, пожалуйста, на несколько вопросов. — стала подбегать толпа журналистов к девушке.
— Не останавливайся Ясемин! — спокойно сказал телохранитель, не давая прессе подойти ближе к своей подопечной.
Машина ожидала семью Оздемир на парковке, куда поспешно направилась Ясемин вместе с дедушкой в сопровождении телохранителя и трёх здоровенных охранников, что внимательно поглядывали по сторонам, взяв господина Серхата в кольцо.
— Демир, ты отвези мою внучку домой, а у меня есть одно незаконченное дело. — спокойным голосом сказал Серхат
Телохранитель, открыл дверь в машину для Ясемин и кивнул господину Серхату спросив с тревогой:
— Я могу вам помочь? — захлопнул дверь за Ясемин.
Мужчина в зрелом возрасте провел ладонью по своей седоволосой бороде и улыбнувшись задумчиво ответил:
— В этом деле точно помощь не нужна. — направил взгляд на привлекательную девушку Эбру Шахин, что вела дело Ясемин.
Демир заметил её стоявшую у чёрного джипа и кивнул своему боссу сев в машину.
Девушка модельной внешности с чёрными вьющимися локонами села в свою машину, а следом к ней подсел Серхат и ничего не говоря покрыл её шею поцелуями медленно поднимаясь в верх к губам вишнёвого цвета.
— Я влюблён в каждую черту твоего лица, тону в этих изумрудных глазах. А главное, что душой ты чистая и принадлежишь только мне. — страстно заводным шёпотом говорит своей любимой поглаживая оголенные сексуальные ноги.
От прикосновений возлюбленного девушка закатывала глаза вверх и тихо стонала от наслаждения.
— Дорогой может поедем ко мне? — тихо простонала она.
— Извини, но сейчас не самое подходящее время! — сглотнув прохрипел Серхат.
Девушка попятилась спиной назад рвя дистанцию руками и остановив Серхата обиженно выпалила:
— Ты прав сейчас не время! — отвернула недовольное лицо скрестив руки на груди. — Будем и дальше скрывать наши чувства, чтобы Ясемин ничего не узнала. — съязвила Эбру.
Серхат выпрямился в спине и строго наказал:
— Эбру, я тебе уже говорил, что пока моя внучка не станет счастливая, мы не будем разглашать наши с тобой отношения! Она самое дорогое, что осталось у меня от сына! Я сплю и вижу, как разрываю глотку тому, кто набрался храбрости замарать её честь и непорочность
— Ты меня не слышишь Серхат, многого не прошу, а лишь побыть со мной какое-то время. — жалостливо промолвила девушка. — Ну если ты считаешь, что сейчас неподходящее время, то как скажешь! Думала, обрадовать тебя хорошей новостью у себя дома, но обязана начать с плохой о расследовании дела об изнасиловании нашей Ясемин. — достаёт из сумки записную книжку с копией документов.
— Не новость, уже привык к плохим известиям. — на выдохе признался он.
Эбру расстроенно ответила:
— Серхат, я уверена, что Ясемин водит нас всех за нос. Она прекрасно помнит ту ночь и того, кто надругался над ней, но боится назвать имя.
Серхат внимательно слушал и смотрел на документы, что Эбру по очереди ему показывала.
— Согласен с тобой! Даже врачи разводят руками говоря, что признаков провала в памяти нет. А ещё я вспомнил, когда Ясемин пришла в себя она мне хотела что-то сказать, но потеряв дар речи стала бредить, а выздоровев избегает любых вопросов, что касается той ночи. Но самым странным являлось, то что врач сказал: "Это было групповое изнасилование". Хотя следователь уверяет об обратном показывая документы экспертизы о том, что это серийный маньяк. Я в смятении Эбру! — с грустью произнёс Серхат опечаленно посмотрев на Эбру.
 
Девушка положила руку на плечо возлюбленному и успокаивающим голосом стала говорить:
— Дорогой, пора брать расследования в свои бразды правления. Я уверена Ясемин угрожают и держат в страхе серьёзные люди, они знают, что самое дорогое для неё это ты, вот и манипулируют ей как куклой.
— Можешь не сомневаться я найду этого кукловода! — властно заявляет Серхат нервно ломая карандаш в руке.
— Да и ещё следователь подкупной, испытывает страсть к большим деньгам, он тоже замешан в этом деле, но не вздумай ничего ему предъявлять и предлагать, а то поставишь себя и Ясемин в опасное положение. Но, что бы не произошло я не дам вас с Ясемин в обиду! — нежно целует его в щёчку.
Серхат усмехнувшись приобнял Эбру иронично сказав:
— А нежная моя, львицей оказалась. — протянул он. — Начинаю трепетать перед тобой. — целует её в губы, а следом смотрит глубоко ей в глаза с любовью произнеся. — Ничего не произойдёт! Я был добрым и справедливым в этом расследовании, но раз всё так плохо, то настало время выпустить когти и вернуться к тёмным делишкам напомнив всем, кто я такой! — грозно прорычал он.
— Ладно любимый, я поеду домой, а то неважно себя чувствую. — открыла бардачок в машине беря маленькую бутылочку с водой.
— Это что? — с удивлением достаёт тест на беременность, что лежал так, что его было невозможно не заметить. — Ты беременна? — недоумевая вопросил он.
Лицо Эбру побледнело, а глаза забегали в разные стороны от страха.
— Я девушка, Серхат, и как любой другой девушке хочется стать мамой, мечтаю радоваться его первому слову, первому маленькому шагу. — осмелившись произнесла она тихим голосом. — Да, я беременна. У нас будет ребёнок. — улыбнулась она.
Серхат на несколько секунд приоткрыл рот от услышанного, но вскоре его лицо засияло от радости и искренней улыбки.
— Жизнь моя. Душа моя. Ты не представляешь, как ты меня осчастливила этой новостью. — крепко её обнимает и целует. — Это меняет всё! — серьёзно заявляет он. — Значит так, сейчас мы едим ко мне, и ты будешь жить в моем доме в роли моей невесты. В ближайшее время отпразднуем самую лучшую свадьбу. — безумно говорит Серхат.
Эбру прикрыла ладонью рот и со счастливой искрой в глазах заплакала, завопив:
— Ну а как же Ясемин? Как ты ей всё объяснишь? Она ведь беременна и эта новость… — не дав договорить, Серхат перебил свою любимую нежным, горячим поцелуем в губы и словами.
— Твоё положение всё изменило! Она примет моё решение, потому что я глава семьи и моё слово для неё закон! — с уверенностью в голосе сказал он.
— Хорошо дорогой, я согласна. Но сегодня я морально устала и не готова к разговору и встречи с Ясемин в роли твоей невесты. Так, что думаю давай перенесём на завтра этот серьёзный шаг к нашей счастливой семейной жизни. — мило сказала девушка.
— Как скажешь единственная моя, позвони мне как приедешь домой, а то на душе не спокойно что-то. — собирается выходить Серхат из машины. — Давай я отправлю с тобой своих охранников? — с тревогой спросил он.
— Серхат, я беременная, а не больная, так что будь спокоен за меня. — улыбается, смотря на его испуганное лицо. — Хорошо, пусть один охранник будет со мной, но лишь один, а то я за тебя буду переживать. — ответила Эбру сделав глоток воды из бутылки.
— До встречи, Эбру. — поцеловались они на прощание. — Я всем сердцем тебя люблю спасибо Аллаху, что ты у меня есть.
— Машаллах! — воскликнула со счастливой улыбкой девушка, пристегнув ремень безопасности. *** Поздним вечером, Серхат вальяжно сидел на кресле смотря вечерние новости города Бурса и с той же непонятной тревогой в душе ждал звонка от Эбру, что никак не поступал.