Дом восьмого бога
Так как к обеду погода испортилась, налетел холодный ветер и зарядил дождь, я закрыла все окна и устроилась на кухне, разбирая мешок, который вчера оставил Дайк. Там были продукты: крупы, хлеб, корнеплоды, в том числе и моя любимая тыквокартошка или по-местному ваттаха, сушёная зелень, вяленое мясо и рыба, а также по паре коротких острых ножиков и ложек, и... радужная раковина, завёрнутая в ту же самую тряпку. Глядя на неё, я опять хлюпнула носом: «Дайк! Милый, Дайк! Опять ты позаботился обо мне... Может, не всё ещё потеряно? Всё-таки жить мне здесь ещё долго, месяцев пять-шесть, не меньше. Возможно, за это время ты сможешь понять меня и принять такой, какая я есть...».
Я протёрла ракушку и устроила её на широкой деревянной полке. Радужный латиус... У ангалинов была очень интересная легенда о происхождении этих красивых ракушек. Мне её ещё в Банкоре рассказал Макс, когда она как-то попалась ему на глаза. Заметив ракушку, он спросил тогда откуда она у меня, и рассказала, как увидела её в ручье на Кифовом носу, а потом Дайк сунул мне её в мешок, когда я убегала.
― Радуж-ж-жные латиус-с-сы довольно редкие,― ответил он,― и ж-ж-живут, обычно, в холодных водах с-с-северных морей.
― А как тогда она в ручей попала?― спросила я.
― Зубас-с-стая чайка несла. Моллюска дос-с-стала, а раковину брос-с-сила. Они их очень любят.
― Но ведь Кифов нос далеко от побережья?
― Далеко... Но ес-с-сли стая меняла мес-с-сто гнез-з-здовья, то такое вполне могло быть. Их ещё наз-з-зывают ос-с-сколки небес-с-сных мос-с-стов...
― Каких небесных мостов?! Расскажи!
Я вспомнила, как Макс тогда устроился на кровати и, подперев трёхпалым хвостом голову, начал рассказывать, что когда-то, давным-давно мир был другим, совсем другим... Всё было не таким как сейчас: земля, океан, небо, растения, животные, а главное ― на Окатане не существовало ни людей, ни ангалинов. Были анги и были боги. Анги жили внизу на земле и на море, а боги ― в небе. По всему небосклону тянулись огромные, красивейшие радужные мосты, по которым боги гуляли и наблюдали за тем как живут анги, предки ангалинов. Много-много времени было так, пока ангам не надоело, что боги постоянно смотрят за ними и вмешиваются в их дела. Прошло ещё какое-то время и древние анги решили прогнать богов. Началась война и длилась очень долго. Анги были сильными и очень умными и боги знали, что рано или поздно анги победят. Тогда они создали и выпустили на Окатан страшных монстров, которые были сильнее ангов. Эти чудовища не знали пощады и хотели только убивать. Тогда анги придумали страшное оружие, которое выпускало огромные стрелы, яркие, как лучи света. Эти огненные стрелы жгли чудовищ, а попадая в радужные мосты, разрушали их на множество осколков, которые дождём сыпались вниз. В конце концов, боги покинули Окатан, а на земле и в море остались осколки радужных мостов, из которых со временем морские моллюски сделали себе красивые домики.
Волчонок, дрыхнувший сладким сном в углу на козлиной шкуре, завозился, зевнул и притопал ко мне. Он уселся напротив и уставился жёлтыми глазюками. Я улыбнулась ему. Несколько секунд он сидел неподвижно, а потом начал принюхиваться и вертеть головой по сторонам, настороженно вращая глазами.
― Что случилось, Бу?
Он забегал по кухне, обнюхивая углы и поглядывая так, будто он что-то знал, а я нет. И тут меня словно громом поразило! Запах! Нет запаха! В доме не воняет! Я вскочила с места, и мы вместе обошли дом. Этого резкого амбре сероводорода не было. Нас окружали обычные запахи старого, запущенного, необжитого дома, но не более того. Я вернулась на кухню и снова осмотрела эти краны. Начало доходить...
― Умница! Мыслишь в нужном направлении,― раздался голос изнутри.― Ты заметила, что стало теплее?
Я дотронулась до каменной кладки ― она была тёплой.
― Значит, в стенах трубы или нечто подобное. Один кран, который я закрыла, перекрывает доступ запаха, а другой, тот что открыла, включает отопление.
― Верно.
― Вот это домик! А Жупан-то был не дурак! Вот почему и каминов нет... Они не нужны, когда дом обогревает сам себя! Думаешь, тепло от источников?
― Конечно, больше неоткуда.
Мы с Бумером ещё раз обошли комнаты, только теперь я знала, что искать и куда смотреть. Принцип отопления мне был вполне понятен, оставалось только выяснить детали. В каждой комнате имелось по паре круглых отверстий, закрытых решёточками: одно сверху, другое снизу. Именно оттуда и поступала эта жуткая вонь. Но стоило только перекрыть кран, как через короткое время запах ослабевал, а если устроить сквозняк, вообще, выветривался за несколько минут. При открытом другом кране, он, кстати, был помечен глубокой царапиной снизу, стены теплели очень быстро, но если я его закрывала, то остывали медленно.
До самого вечера я разбиралась с этой системой. Она была вполне понятна, но на Окатане я встретила такой способ обогрева жилья в первый раз. Была только одна загвоздка: из чего сделаны трубы, если они, конечно, были. Возможно, что тепло распределялось просто через расстояния между камнями внутри стен. Общую суть горячих источников я понимала. Вода и пар, которые выбрасываются из недр земли, очень насыщены различными элементами, которые оседают практически на любых поверхностях. И теоретически, трубы или пространства между камнями, должны со временем их накапливать и уменьшаться в размерах.
Такой эффект я видела, когда родители отправили меня с бабушкой в Карловы Вары. Налёт арагонита, то есть веществ, содержащиеся в воде подземных источников, очень быстро превращает широкие водопроводные трубы в узкие трубки, пока окончательно их не забьёт. Интересно, а как работает подобная система здесь?! Этой ночью мы с Бумером спали в тепле и без жуткой вони. Дом был великолепен!
А утром, на рассвете, когда я сидела на берегу и пялилась в море, Мозг высказал мысль, которая ещё с вечера засела у меня в голове. И хоть я пыталась отогнать её всеми силами, она никак не хотела уходить.
― Я согласен, дом нужно купить.
― Нет, Мозг. Нет... Я не хочу его покупать. Зачем?! Зачем он мне?!
― Как зачем? Такой странный вопрос... Зачем человеку дом...
― Тан, не прикидывайся! Ты всё прекрасно понимаешь! Да, мне дом нравится... Только мне не нужна собственность на Окатане! Я же не планирую остаться здесь навсегда. Весной я уеду, уеду искать точку перехода, и, возможно, смогу вернуться, вернуться домой...
Глубокий вздох послышался где-то рядом, за спиной. Я рефлекторно обернулась, но позади никого не было. Бумер шлёпал в стороне и ловил пастью набегающие волны.
― Тан, это ты?!― эту фразу я сказала громко вслух.
На звук голоса волчонок оглянулся и радостно побежал ко мне. Я гладила чёрную лохматую голову, почёсывая между большими круглыми ушами, и думала: «А как же Бумер? Я не могу его бросить... Что с ним будет без меня? Если оставлю его, то он наверняка погибнет. А если переход работает, то смогу ли взять его с собой? Да... Вот это задача... Я и так уже привязана к Окатану. Здесь столько всего случилось... Здесь те, кто мне дорог, кого люблю, а ещё и Тухлый дом ― производство местного строительного гения. Но с другой стороны, дом ― это хорошо, даже прекрасно...».
На Земле у меня не было своего жилья. Мы с сестрой собирались купить мне «однушку», но всё почему-то тянули. Родительская квартира была большая и места нам хватало, да и жили мы дружно. Я прекрасно ладила с Катиным мужем, и Кирилл относился ко мне, как к родной сестре, а про племянников и говорить нечего. А тут целый дом на берегу синего моря и такой удивительный!
― Разве кто-то заставляет тебя покупать его прямо сейчас! Подумай, поживи, столько времени впереди, а там видно будет...
Я кивнула и улыбнулась:
― Ты, как всегда, прав. За проживание до весны я заплатила, а как дальше ― решим. Только ведь своих денег у меня нет... Всё, что имеется ― это монеты Макса, и я обещала вернуть их.
― Тратить он тебе не запрещал, а там на два таких дома хватит.