Дом восьмого бога
― Явилас-с-сь?!!― взревел он, высоко подпрыгнув.
Я вжалась спиной в дверь, прижимая скулящего и уже такого тяжеленного Бумера.
― Ты!!! Да ты!!!― он даже задыхался.
― Макс, послушай... Успокойся...― попыталась я что-то пропищать.
Но говорить было бесполезно. Его прорвало.
― Я тут кто?!! С-с-смотритель за козой?! С-с-стряпуха?! Или домашняя прис-с-слуга?! Вы бросили меня! А с-с-сами исчез-з-зли! Ты бросила!!! Что проис-с-сходит?! Ты ничего не рассказала!
― Макс, ты же знаешь... Я не успела...
Он метался по комнате, задевая хвостом то стол, то лавки, и от этих звуков я невольно вздрагивала. Потом зачем-то рванул на кухню и оттуда донёсся грохот. Через секунду вылетел, держа хвосторукой котелок с горячей водой.
― Да я тут уже дес-с-сятый раз-з-з чай для вас-с-с завариваю! Только тебе вс-с-сё равно!!!― и швырнув котелок в стену, бросился в подвал.
― Макс! Постой! Не убегай!― но его и след простыл.
Целую зиму всё было достаточно спокойно. Никаких серьёзных конфликтов между нами не возникало, и я радовалась, что ужиться вместе оказалось несложно. Мы же прекрасно ладили все эти месяцы! Но как ни крути, а вспыльчивый характер Макса всё-таки дал о себе знать, чтобы я так не расслаблялась, наверно.
― Ну что, Бумер? Будем ждать пока наш Максик успокоится и остынет. Похоже, напугал он тебя, малыш?― волчонок ткнулся в меня мордой и вылизал ухо.
Несмотря на предыдущий насыщенный день и беспокойную ночь заснуть я так и не смогла, хотя честно пыталась. Погода была хорошая и, прибравшись в доме после буйства ангалинской психики, а также и на конюшне, мы с Бумером спустились к морю. Вот там, сидящей на удобном плоском валуне, меня и нашёл Дайк. Он присел рядом и сразу спросил:
― Что ещё случилось?
― Макс удрал. Взбесился, что мы его бросили, ничего не рассказали и всё в таком духе...
― Вернётся, он отходчивый...
― Как там пархонт?
― Хорошо. Уже в себя пришёл. С ним всё будет в порядке, если его опять не попытаются отравить или избавиться другим способом.
Повисла долгая пауза.
― Кари, они там все потрясены тобой. И пархонт, и Инван, и остальные... Балмаар просил кланяться, расцеловать тебя, ну и тому подобное. Замучили вопросами, еле вырвался.
Он взял мою ладонь и принялся нежно, медленно поглаживать.
― Мне рассказали, что говорил тебе пархонт за обедом...
― Ты хочешь знать, что я об этом думаю?
Поглаживания прекратились.
― Да, хочу.
Отняв руку, я плотнее закуталась в плащ ― ветер с моря был холодным:
― Дайк, я в такой растерянности... Всё настолько усложнилось, хотя... чего тут удивляться? Чем дольше я здесь нахожусь, тем сильнее прилипаю, обрастаю чувствами, впечатлениями, теми кого люблю и кто любит меня...
Дайк ласково улыбнулся и кивнул.
― Когда начинаю думать о путешествии на Кифов нос, то это уже не вызывает тех чувств, что были раньше. Очень многое изменилось... Если сперва я думала, что нужно просто попасть туда, а там уж по ситуации, то теперь голову не покидают мысли, а что если всё получится и переход работает, и я смогу уйти, так же как и пришла? Что я там! буду делать?! Как жить?! Ведь меня даже узнать трудно! Да почти невозможно! Своим родным мне придётся доказывать, что это ― я, а не какая-то неизвестная сумасшедшая девушка. Скоро год как я на Окатане и если вернусь, то непонятно в какое попаду время на Земле: в момент аварии или в то, что там сейчас. А если предположить, что время на Земле идёт своим чередом, то получается, что я заявлюсь через полтора года. И то ― это только моё предположение. Короче, мрак... и сплошные «если». А как подумаю, что ни тебя, ни Макса, ни Бумера я больше никогда не увижу, то...― глаза стали влажными и я хлюпнула носом.
― И что ты решила?― тихо спросил он.
Я заглянула в такие родные голубые глаза, провела подушечкой пальца по шраму, рассекающему его бровь на две половины, всмотрелась в точку на щеке, которая вот-вот могла превратиться в любимую ямочку.
― Не буду слишком тебя обнадёживать, но думаю, что Кифов нос никуда не денется...
Нянь широко заулыбался и крепко обняв, прижал меня к себе.
― Обнимаетес-с-сь...
Мы резко обернулись. Из-за валуна выглядывала чешуйчатая морда.
― Подслушивал?!― сверху вниз я строго посмотрела на Макса.― Истерика, надеюсь, закончилась?
― З-з-закончилас-с-сь,― прошипел он и запрыгнул на валун.
― Ну так что? Кто первый рассказывает? Я все новости или вы, мальчики, про превращения и «слёзы богов»?
― Подслушивала!― завопили они в один голос.
Наши рассказы о кончине террхана и убийстве назначенного наследника большого впечатления на Макса не произвели. При перемене власти для ангалинов была надежда, что может быть для них что-то измениться в лучшую сторону. Когда я заметила, что может ведь и в худшую измениться, он спросил: «А в какую худш-ш-шую? В с-с-сторону полного з-з-запрета каких-либо контактов, так это вряд ли!» Ведь и так уже давным-давно люди сами по себе, ящеры тоже. А воевать с людьми, ангалины не будут ни при каких обстоятельствах, только защищаться в случае прямого нападения ― таков древний, священный завет ангов. Однако добавил, что в былые времена ангалины воевали, но только в качестве наёмников в составе человеческой армии, военачальники которой предлагали большую плату.
А вот ситуация с моим значительно разросшимся наследством Макса очень порадовала и он высказался категорично, что тут и думать нечего, если уж сам пархонт признал во мне наследницу дома Матвэй. И я буду круглой дурой, если откажусь узаконить своё право, тем более после того, как мы с Дайком спасли его от верной смерти. И такое полезное знакомство в столице дорогого стоит. Дайк же, сидя рядом, только одобрительно поддакивал.
Короче говоря, уломали они меня. Когда же я сообщила, что по словам Балмаара, городская казна практически пуста, а посёлку нужна хорошая охрана, Макс чётко и уверенно ответил:
― Когда ты станеш-ш-шь единоличной владелицей этих з-з-земель, то во времена отсутс-с-ствия террхана будеш-ш-шь иметь право защищ-щ-щать свою территорию любыми дос-с-ступными способами и даже Совет тебе будет не указ. Верно, Дайк?
Нянь кивнул:
― Верно. Для хозяина пусть и маленьких, но своих территорий не существует никакой власти, кроме власти террхана, а если его нет... Ну ты поняла...
― Я-то поняла. Только чтобы чувствовать уверенность и знать, что люди и земли под защитой нужны солдаты, воины...
― А ангалины на что?!
Мы с Дайком уставились на Макса.
― То есть... ты хочешь сказать...
― Повторяю для тугодумов,― и Макс так ехидно оскалился, что мне очень захотелось ущипнуть его больно-пребольно!
― Ты с-с-сможеш-ш-шь нанять любую охрану! Такую, с которой договориш-ш-шься! А ведь Кари, ты уж-ж-же прекрас-с-сно знаеш-ш-шь, что один ангалин с-с-стоит трёх-четырёх воинов людей. Главное, чтобы с-с-сами жители не были против.
― А платить как?!― высказался Дайк.
― З-з-золотом, конечно! Один кусок уж-ж-же ес-с-сть, который Кари мне по...
И тут мой ангалинчик понял, что проболтался и молниеносно зажал хвостом рот, выпучив испуганные зелёные глазищи. Дайк обвёл нас поочерёдно взглядом:
― Та-а-ак... Очень интересно... И чего я не знаю?!
Максик застыл истуканом, а я соображала, как всё объяснить.
― Если вы сейчас же не расскажете, что скрываете, то котелки с кипятком швырять в стену буду уже я!
Что ж... Делать нечего, всё равно пришлось бы когда-то рассказать.
― Дайк, прости... Я не хотела тебе говорить, потому что ты связан с Кареллом, а у меня на мою находку собственные планы. Я не хотела, чтобы кто-то из людей знал об этом. Прошу, пойми меня правильно...
― Ты толком можешь сказать...
Я глубоко вздохнула и, глядя ему прямо в глаза, проговорила:
― Я нашла золотую жилу, богатую жилу... И хочу, чтобы она досталась ангалинам, ты уже знаешь почему... Только я прекрасно понимаю, что всё золото добыть невозможно, так хотя бы пусть часть им достанется, уж сколько получится...