Отбор для принцессы (СИ)

Я с удивлением смотрела на девушку, которая упала передо мной на колени, отгораживая меня от входа в собственную спальню, до которой оставалось всего несколько шагов. Даже фрейлины за моей спиной пораженно притихли.
— Пока ещё не гневалась. Что случилось?
Служанка подняла на меня влажные глаза, и судя по красным пятнам на лице, она минут десять рыдала, а её тонкие губы дрожали так, будто она вот-вот скатится в истерику.
— Пропали фамильные драгоценности, которые Её Величество дала вам перед отъездом, — едва слышно пролепетала горничная, из последних сил сдерживая слезы.
Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы до конца осознать произошедшее. Сначала подделка документа неизвестно кем, а теперь — кража из моих личных покоев?! А дальше что — меня саму во сне прирежут, как жертвенную овцу?
— Как такое могло произойти? — я подошла к гвардейцу, который охранял мою комнату, и посмотрела ему прямо в глаза.
Высокий мужчина лет сорока замер и вытянулся, отчего стал казаться ещё выше, значок личной охраны монаршей семьи блеснул на груди. Видимо, зря он его носит.
— Не могу знать, Ваше Высочество! Когда я прибыл на пост, горничная уже рыдала, — отчеканил он голосом, похожим на лязг ржавого металла. Я едва сдерживала желания кричать и метать проклятья.
Дала себе короткую паузу, выдохнула и отступила от вояки на несколько шагов. Поначалу хотела собрать всех гвардейцев, которые охраняли мои покои, в Центральном холле, и опросить, но быстро поняла, что это поднимет слишком много шума. Что подумают иностранные гости, если узнают, что будущая королева не в состоянии уследить даже за собственным имуществом? Нет, надо действовать тише.
Привлечь Наварро? Да к демонам его — он должен сих пор не смог разобраться даже с подделкой плана.
Оглядевшись, я заметила прибежавшего на крики пажа.
— Пусть капитан королевской гвардии прибудет в мой кабинет немедленно, — сказала я пареньку. Он коротко кивнул и пропустил по коридору.
— Ты, — я повернулась к горничной, которая ещё сильнее сжалась под моим взглядом. — Собери всех горничных, которые бывают в моих покоях. Пусть все они ждут на кухне. И учти, я помню всех вас в лицо: если кто-то вздумает прятаться или попытается сбежать, найду и брошу в темницу без следствия.
Судя по дрожи, которая пробежала по телу служанки, в мой блеф она поверила. Нетвердо встала на ноги, и, отвешивая поклоны на каждом шагу, попятилась в сторону лестницы, ведущей в помещения для слуг. Я пробежала глазами по фрейлинам. Они хоть и молчат, но одним своим присутствием будут мне мешать.
— Изабелла, ты останешься со мной. Остальные сегодня свободны. Та, которой вздумается сплетничать, будет отстранена от двора, — отчеканила я. Дамы почти синхронно склонились в реверансах и удалились.
Изабелла проводила их задумчивым взглядом.
— Сплетни всё равно поползут, — тихо сказала она, но я расслышала.
— Разумеется, но если я быстро разберусь с ситуацией, это даже пойдёт мне на пользу.
Порог кабинета я не переступала с тех пор, как уладила всю бумажную работу с приёмом гостей. То есть, уже недели две. Но пыли на столе не обнаружила — значит, убирались тут исправно.
Дожидаясь прихода капитана, я всё же послала и за герцогом. Злость на него уже отступила, да и он, хоть и не сыщик, долго жил при дворе. Может, что-то посоветует. Армандо прибыл раньше, чем гвардеец, и я уже начинала злиться. Изабелла коротко пересказывала герцогу всё, что произошло за время нашей короткой разлуки, а я, чтобы успокоиться, медленно расхаживала по кабинету. Но от этого лишь ещё больше бесилась.
— Ваше Высочество! — когда капитан гвардии — полноватый высокий мужчина с хитрым прищуром выцветших глаз — показался на пороге, мне уже хотелось броситься на него с кулаками.
Но вместо этого я методично выяснила имена всех, кто стоял в карауле у двери в мои личные покои. Изабелла записывала, а герцог стоял в дальнем углу, внимательно наблюдая за старым гвардейцем.
Когда закончила говорить я, он почти тут же продолжил допрос. Докладывали ли солдаты о чём-то подозрительном, не ловили ли на территории замка чужаков, не гуляла ли свита наших гостей в той части замка, где я живу. И на Вас вопросы герцог получал один неизменный ответ:
 
«Никак нет, Ваше Превосходительство!».
— Если вы не возражаете, я лично займусь допросом гвардейцев, — сказал он, когда мы наконец отпустили измученного старика.
Судя по его страдальческому виду, он и понятия не имел о том, как эта кража вообще могла состояться.
— Очень надеюсь, что в этот раз вы добьетесь результат быстрее. Действуйте, — на очередную шпильку в свой адрес герцог отреагировал спокойно.
Привык, что ли? В ответ кивнул и сверкнул глазами так, будто что-то задумал.
— Кто будет беседовать с горничными?
— Я в присутствии двух гвардейцев из внешней охраны, — я всё ещё не понимала, к чему клонит герцог, так что он поспешил объяснить. — Раз уж вы всё равно собираете их в одном месте, заставьте их всех что-нибудь написать. Вроде сердечной клятвы или ещё какой-нибудь безделицы. Надежды мало, но вдруг это поможет?
Я невольно улыбнулась. Идея не такая уж и плохая.
— Благодарю за совет, герцог Наварро. Пусть напишут, пока стража будет обыскивать их вещи.
Армандо
Для начала я опросил тех гвардейцев, которые охраняли лестницы на этаже, где жила принцесса со свитой. Все как один утверждали, что никого из гостей и их приближенных не пропускали. Даже если кто-то из них лгал, понять этого я не смог.
В тесной полуподвальной комнате горела только одна лампа, тени искажали лица, блики сверкали на значках личной охраны Её Высочества, духота и сырость действовали на нервы, и с каждым разом, когда я слышал очередное «Никак нет, ваше превосходительство!», желание бросить всех причастных в темницу и пытать до тех пор, пока не сознаются, усиливалось. Но от таких методов ведения дел в Таорани давно отказались. Похоже, зря.
Прежде чем приниматься за допрос тех, кто стоял в карауле у двери покоев принцессы, я снова позвал капитана. Старый вояка выглядел взволнованным, но его поведение оставалось безупречным.
— Вы знаете, кто работает в этом замке дольше всех? — спросил я, внимательно вглядываясь в широкое и простоватое на первый взгляд лицо.
— Дворецкий, Карлос Кано, служит здесь уже лет тридцать. Он же, по совместительству, выполнял роль управителя, пока замок пустовал, — отчеканил капитан.
— Приведи его, — распорядился и я морально подготовился снова выслушивать бесконечно-однообразные ответы оставшихся гвардейцев.
Однако последний из тех пяти, кто посменно сторожил покой Её Высочества, меня удивил. Когда я начал спрашивать о том, видел ли он подозрительное поведение кого-то из горничных, он наклонился над деревянным столом, воровато огляделся и ответил почти шёпотом.
— Одна девушка. Она работала тут всего несколько месяцев. Её наняли из соседней деревни, когда в замке началась подготовка к прибытию Её Высочества. Её зовут Лаура.
Сонливость и гнев разом отступили, и я кивнул, призывая гвардейца продолжать.
— Мы были близки, ну, вы понимаете, — солдат нежно улыбнулся, обнажая кривоватые зубы, но в целом выглядел он вполне приятно: волевой подбородок, большие карие глаза, орлиный нос. Деревенская девушка вполне могла бы влюбиться в такого.
— Что именно показалось подозрительным? — уточнил я, наклоняясь вперёд.
— Работу она терпеть не могла. Сбежала от домашнего хозяйства в замок. Думала, здесь будет лучше, всё надеялась, что её заметит какой-нибудь богатей. Но потом мы встретились, и, сами понимаете, сердцу не прикажешь.
Вопреки логике я ощутил лёгкий укол разочарования: неужели история окажется настолько банальной, и драгоценности украла погнавшаяся за безбедной жизнью селянка?
— Лаура часто мечтала о том, что будет делать, когда у неё появятся деньги. Про платья там, лакеев — ну, как все девушки. Но в последнее время её фантазии стали какими-то уж больно… конкретными. Она всё говорила, что уехать надо будет непременно за границу, в Базиль, и что можно будет купить маленький домик с садом. В общем, совсем на неё не похоже.