Мистер Вечный Канун. Город Полуночи
– Тук.
Томми проснулся и открыл глаза.
Одинокий солнечный луч осторожно заглянул в окно, будто пытаясь что-то выведать, и запрыгал по стене зайчиком.
Томми проследил за ним взглядом. Зайчик тут же исчез, словно умер, придушенный внезапно затянувшими небо тучами, и в голову поползли непрошеные мысли, от которых мальчику стало неуютно и сыро, будто он вместе с кроватью мгновенно перенесся из теплой комнаты на улицу. Человек в зеленом, черный дом ведьмы, тайна мисс Мэри, ссора с дядюшкой Джозефом, проклятие, болезнь и исчезновение отца… сколько всего произошло за эти коротенькие каникулы!
И тут вдруг Томми сделал то, чего меньше всего сейчас от себя ожидал. Он улыбнулся. Несмотря на все хмурые мысли, несмотря на напасти, он улыбнулся. И мгновенно почувствовал себя лучше. Да, случилось много всего – навалилось множество мерзких бед. Но ведь сейчас каникулы! А в каникулы обычные невзгоды – это и не невзгоды вовсе, а злоключения. В то время как злоключения – это просто не слишком веселые приключения. Ну а приключения всегда остаются приключениями. А еще не стоит забывать, что скоро праздник! Мальчик пообещал себе: «Я не позволю испортить мне праздник ни одной чертовой ведьме!»
Томми лежал, и его беды уже не казались ему такими ужасными. Они стали напоминать что-то столь же «кошмарное» и «необратимое», как невыученные уроки или промокшие ноги.
– Тук… тук.
Что-то твердое ударилось о стекло и отскочило на карниз. Солнечный луч здесь явно был ни при чем. Томми мгновенно оказался на ногах и бросился к окну.
В этот самый момент с еще одним «Тук!» в стекло ударил очередной камешек – не больше сливовой косточки. Выглянув в окно, Томми увидел одинокую фигуру, стоящую на другой стороне улицы. Чарли! Ну конечно, кто еще стал бы привлекать его внимание подобным образом! Вот ведь ловкач – и где он только научился так кидать камешки: через улицу и сад, да еще и с такой точностью? Попал уже раза три, не меньше!
Томми приветственно махнул другу рукой. Тот помахал в ответ и принялся нетерпеливо показывать жестами: мол, выходи, есть разговор. Томми кивнул и начал поспешно одеваться. В последний раз они с Чарли виделись перед каникулами, а это было целых шесть дней назад – сколько всего успело случиться за это время!
Натягивая штанину, Томми с досадой и злостью на себя вдруг вспомнил о том, что совершенно забыл об их с Чарли деле – заботе о черных котах. Как они там, в погребе? Неужели голодали все это время?
Быстро спустившись по лестнице, Томми первым делом бросил взгляд на часы – половина второго. Стало быть, и завтрак, и обед он пропустил. И все же на кухню определенно стоило заглянуть – прихватить еды для их с Чарли питомцев. Что он и сделал, стараясь не поднимать лишнего шума.
К счастью, мамы на кухне не оказалось. Из членов семьи здесь присутствовал лишь Коннелли, который с важным видом сидел на холодильнике и сторожил съестные припасы. Впрочем, охранник из него был неважный, с завязанными-то глазами.
– Миау, – предостерегающе заявил явно почуявший неладное кот.
– Я только чуть-чуть возьму, Конни, – заверил Томми и, открыв дверцу, вытащил с нижней полки несколько свиных котлеток. – Никто даже не заметит.
Кот решил показать свой склочный характер и пронзительно замяукал.
Томми понял, что взяткой в виде котлетки не откупиться и пора делать ноги, иначе скоро здесь окажется мама или кто-то из тетушек. И тогда ему не видать улицы еще как минимум час – пока не поест. При этом еще придется объяснять кражу котлет из холодильника. А ведь могут и вовсе в комнате запереть!
Чуть только эта мысль посетила Томми, как он торопливо завернул котлеты в будто специально для него оставленный на столе лист коричневой оберточной бумаги, после чего рванул в прихожую, накинул пальто и шарф, натянул ботинки и был таков.
На одном дыхании преодолев дорожку от входной двери дома до калитки, Томми с удивлением обнаружил, что Чарли его не дождался. Друг медленно брел вверх по улице и был уже шагах в сорока.
Томми выскользнул за калитку и ринулся догонять.
– Эй! Стой, куда без меня собрался?! – крикнул он ему вслед.
Чарли остановился. Особой радости от встречи друга мальчик явно не испытывал.
– А… Я уже думал, ты не выйдешь, – протянул Чарли, когда Томми его догнал. – И мне снова придется кормить наших котов одной тыквенной кашей.
Чарли выглядел обиженным – еще бы, друг забросил их общее дело, несколько дней носу из дома не показывал. И это не в обычные дни, а в каникулы!
– Вот! – Томми продемонстрировал Чарли сверток с котлетками и тут же понял, что сам голоднее некуда. Но признаваться в том, что он остался без завтрака и обеда, и приняться за еду для котов сейчас было не лучшей идеей. – Это все для них!
– Ладно. – Чарли примирительно кивнул. – Еще выпросим у молочника молока, вот и получится у них целый пир. Но это еще не все! – задиристо воскликнул он – от обиды, казалось, не осталось и следа. – Я тут видел еще одного! На Гринсфилд-стрит. Черный, как сажа, а глаза – ну прям блюдца с шоколадным печеньем!
Томми обрадовался. Еще один черный кот? В нем снова проснулся охотничий азарт, о котором он совсем забыл с начала каникул.
– Когда ты его видел? – деловито осведомился Томми.
– Полчаса назад.
– И не поймал сам? – поразился Томми.
– За тобой решил зайти. – Чарли ткнул приятеля в плечо. – Вдруг да ваше величество изволит составить компанию!
– Может, его уже там давно нет! – сокрушенно воскликнул Томми. – Где искать? Упустили кота! Эх…
– Не будь дураком. Ты что, не расслышал, где я его видел? – Чарли многозначительно округлил глаза.
– «На Гринсфилд-стрит», я все слышал, но… – начал было Томми непонимающе, но тут до него дошло. Старуха Роуз! Она ведь подкармливает всех уличных котов в районе, и живет она в сером доме на Гринсфилд-стрит. Окна с зелеными занавесками – это ее окна. Обычно у порога старухи Роуз собираются десятки котов и кошек со всей округи, поэтому Гринсфилд-стрит местные между собой называют Мяу-стрит. Стало быть, их добыча ошивается там не просто так. Кот ждет, когда старуха завопит свое привычное: «Обед! Обед!»
– Понял наконец? – усмехнулся Чарли. – Голодный котяра там пробудет еще не меньше получаса, можешь мне поверить. А уж по его виду явно не скажешь, что он упустит свое. Старуха кормит этих хвостатых голодранцев где-то в два часа. Так что мы успеем его поймать. Но если ты не хочешь…
– Не хочу? – удивился Томми. – Что за глупости?
– Ну, может, у тебя есть дела поважнее… – Чарли замялся, – семейные там, дом украшать к празднику или еще что…
Томми стало неловко: он понял, что друг ему очень завидует: в семье Уиллингов никогда не шло речи ни о праздниках, ни о подарках. Чарли выглядел таким несчастным, что Томми почувствовал себя действительно мерзко из-за того, что у него самого большой дом, много гостей и настоящий праздник с кучей семейных традиций и подарков.
Чарли понуро продолжал:
– Если хочешь, можем подождать до завтра, а завтра уж отправимся ловить…
– Завтра?! – возмутился Томми. – Завтра ведь уже Хэллоуин, не забыл? Завтра мы его если и найдем, то лишь в котле какой-нибудь ведьмы!
«Может, даже у нас на кухне», – вдруг подумалось Томми.
– Ну, я просто…
– К тому же это ведь кот, – веско добавил Томми. – Уж кто-кто, а он точно нас ждать не будет. И кто знает, может, старуха Роуз сама попытается его сварить – она же вылитая ведьма! Завтра будет поздно!
– Точно, – улыбнулся Чарли. – Отыщем и изловим кота с Мяу-стрит. Что там у тебя с собой?
– Котлеты. Стащил с кухни. – Томми дал другу сверток, и тот спрятал его в свою сумку, которая и без того выглядела туго набитой. – Да, и еще одно, – твердо добавил он. – Отговорки не принимаются. Ты пообещаешь, что вечером пойдешь ко мне, будем встречать Хэллоуин вместе. По рукам?
