Лорд Системы 3 (СИ)
— Все ли сейчас внутри? Точно никто не остался? — интересуюсь я.
— Собрали всех. Я, Михалыч и Хрюша пересчитали несколько. Все здесь, — уверенно произносит он.
И тут раздаётся второй крик. Теперь уже очевидно, что он звучит из-за частокола. Откуда-то из леса.
В нём столько отчаяния, страха и боли, что невольно хочется передёрнуть плечами.
— Как ты думаешь, кто это? — спрашивает Майор.
— Щуплого убили днём, — говорю, — значит их стела могла успеть прислать замену. Какой-то несчастной не повезло.
— Нужно её спасти! — возмущается Малой. — И плевать, что там убийца! Мы не можем позволить ему делать что угодно под стенами Спарты! Он же пытает женщину!
Слова его прерываются глухим стуком: Мышь выдаёт ему подзатыльник.
— Совсем сдурел? возражает магесса, с волнением в голосе. — Тебя же специально выманивают!
Я благодарен Мыши, за то, что она озвучила мои собственные мысли. Псих ждёт, что мы кинемся на помощь. Тогда он просто перережет нашу группу в темноте леса. Той бедняге ничего не светит, она просто приманка. Но сознавать это противно.
— Но так нельзя! — продолжает Малой.
— Что «нельзя»? — женщина скрещивает руки под грудью.
— Так! — не унимается Малой.
Майор и Михылыч ожидающе смотрят на меня. Ясно, что они согласны с Малым, но в то же время осознают опасность ситуации.
Так или иначе, враг добивается своей цели. Под ужасающие крики мы чувствуем свою беспомощность. Моральный дух моих людей падает ещё до битвы.
Вдруг в голову приходит интересная мысль.
— Мышь, иди за мной, — приказываю магессе, и мы исчезаем в поместье. В небольшой комнате у нас располагается арсенал стартовых бонусов. Наша сокровищница. Не таскать же их с собой всё время.
Найдя нужный предмет, я передаю его Мыши.
— Бита? — она удивляется.
— Пойдем, — ухмыляюсь я. — Все вопросы на месте.
У Спарты есть чем ответить врагу.
Поднимаемся вдвоём на сторожевую вышку. Нам открывается вид на перед стеной, которая стала за последнее время намного больше и мрачную стену леса.
Крики ужаса не прекращаются, кажется, становятся ещё протяжнее.
— Примерное место по звуку можешь определить? — спрашиваю я.
— Не думаю, что… Ох! — Мышь была сказать, что в темноте ничего не понятно, но тут сработал навык с дальномером.
— А теперь? — улыбаюсь я.
— Теперь могу, — отвечает она, и её улыбка не предвещает ничего хорошего. — Мне жахнуть по нему?
— Самой мощной молнией, что сможешь, — киваю я.
Более слов не требуется. Мышь прищуривается, обводит взглядом округу. Стоны и крики не утихают. Убийца жаждет битвы, хочет выманить нас, разбить по частям. Придётся его разочаровать.
Мышь формирует перед собой белоснежный шар света, трещащий и выбрасывающий искры.
— Получи, фашист, гранату! — кричит она и ударяет по шару битой.
Шар исчезает с оглушительным грохотом.
Бах!
Часть леса разрывается молниями, несколько деревьев загораются, освещая округу.
И тишина.
А наша магичка растёт с каждым днём, думаю я. Там в лесу, наверное, кратер теперь.
— Убила? — удивляется Мышь.
— Чёрт его знает, — задумчиво говорю я, поглаживая подбородок. — Хочется надеяться, но надо быть готовым к худшему.
Мы его больно задели. Следующий ход за противником. Теперь он не будет размениваться по мелочам. Он взбешён, он придёт сам.
— Тушите костры! — командую я. — Пусть думает, что мы его не ждём.
Свет — это прекрасно. Как и глаза стражников. Но сегодня я кое с кем договорился. И кое кому дал обещание, которое было принято.
Так что пускай на посёлок опускается тьма.
Проходит совсем немного времени. Минут пятнадцать по моим внутренним часам, когда я слышу вкрадчивый голос прямо внутри моей головы.
Крыыыыыса… Пробралась внууууутрь… Убеееееей её!
Глава 11
— Он внутри, — сообщаю я тем, кто стоит рядом со мной.
— Но как⁈ — Малой в недоумении озирается, вглядываясь в темноту.
— Ты уверен? — переспрашивает Майор.
— Абсолютно, — я вынимаю цзянь из ножен.
Спарта погружена в плотный, почти осязаемый мрак. Шелест листвы напоминает похоронный гимн, а завывание ветра — отдалённый стон.
Жутко, слишком жутко. Особенно когда понимаешь, что эта тьма далеко не безобидна. В ней таится зверь, что видит тебя насквозь, ощущает твой страх и напряжение в воздухе, и прямо-таки наслаждается этим.
Монстр, которого нам нужно уничтожить, как и любого противника до него.
Подчинённые кивают, готовятся к противостоянию, проверяют свои доспехи и бригантины. Поправив края тяжёлого плаща, я киваю магессе.
— Мышь, будь добра, — даю сигнал.
— Коронку? — несмотря на волнение, она улыбается.
Ей только дай помагичить.
— Именно так.
Между её ладонями, поставленными друг напротив друга, загорается маленький, едва уловимый огонёк.
Проходит одна секунда, две, три, а огонёк не становится ярче. Однако, мы все ощущаем, как он вбирает в себя всё больше и больше энергии. Излучаемый им жар постепенно усиливается, и прохлада ночи сменяется духотой.
Это особенно ощущается, поскольку большинство из нас одеты в тяжёлые кожаные плащи.
Мышь поднимает ладонь, и огонёк мгновенно скрывается в небе. Сначала он становится маленькой, почти незаметной точкой, затем обращается в яркую вспышку, которая освещает всю долину и повисает в высоте.
Магесса сработала как нужно: ночная тьма полностью отступает, сменяясь ясным днём.
Теперь убийца как на ладони.
Игрок в тёмном балахоне замирает, словно таракан, застигнутый светом посреди кухни. Ему явно надо проморгаться. Идеальный момент для атаки.
— В бой! — рычу я, и вся фаланга, за исключением Майора и совсем зелёных солдат, бросается на противника.
Удержать, не пустить, не дать уйти. Сейчас, когда эта тварь на свету, нельзя дать ему спрятаться.
— Теперь-то я не промахнусь! — слышу я за спиной голос Мыши и треск молний, сопровождающий её слова.
Мы, не дожидаясь приказа, кидается в стороны, давая возможность магессе поразить убийцу.
Бах! Молния, сверкая белоснежной стрелой, пролетает мимо нас прямо в грудь противника.
Он, однако, с невероятной ловкостью припадает к земле, пропуская магический снаряд над собой. Заклинание с грохотом впечатывается в деревянную избу позади него, опаляя стены и зажигая маленький пожар.
— Твою мать! — восклицаю я.
Надеюсь, этот огонь найдётся, кому потушить. У нас пока есть более срочные дела.
Мы с фалангистами уже торопимся окружить убийцу, смыкая вокруг него плотное кольцо. Наши копья направлены на него, а щиты готовы отразить любую атаку.
Малой, первым бросается на противника, навязывая ему дуэль в Ловкости и выигрывая для нас время, чтобы дать окружить врага и отрезать для него пути отхода.
Оба мужчины мгновенно вступают в клинч, не произнеся ни слова. Сразу понятно, что это поединок ни на жизнь, а насмерть.
Искры сыплются во все стороны от столкновения металла. Звон оружия со временем сливается в единый, почти неразличимый гул. Спарта утопает в слаженной мелодии битвы.
Пропадают два игрока, на их место приходят две тени, за движениями которых уже просто физически сложно углядеть.
Два кинжала в руках Малого встречают короткий меч и нож в руках убийцы, который орудует ими с удивительной ловкостью.
Внезапно Малой перехватывает один из своих кинжалов обратным хватом, изменяя динамику боя. Убийца, хоть и не ожидая подобного поворота, успевает заблокировать выпад кромкой своего ножа. Звучит треск — хрупкий предмет не выдерживает и разлетается на металлические осколки.
Осколки отбрасывают блики, мгновенно ослепляя и отвлекая убийцу. Он, однако, не теряет времени. Обрубок ножа пролетает в миллиметрах от сонной артерии Малого.
Тот уворачивается, но лезвие оставляет на шее неглубокий порез, из которого тут же льётся кровь.