Лорд Системы 3 (СИ)
Диктор говорил, что они всегда охотятся на слабых животных. Тех, которые отстали от стада. Остались одни. Не способны сопротивляться. Они не собираются выходить с кем-то на честный бой. Они убивают, когда вероятность их победы будет стопроцентной.
С тех пор он в уме называл себя только Хищником. Никак иначе. Никогда не охотился там, где жил. Никогда не оставлял следов. Всегда нападал на слабых одиночек.
Мир Системы стал для Хищника подарком. Во-первых, его мысленное прозвище превратилось в имя.
Во-вторых, Система не осуждала убийства. Наоборот, она за них награждала. Когда все, с кем он «провалился» в новый мир, жалкие отбросы из гипермаркета, в котором его застал взрыв, разбежались по лесу, Хищник принялся выслеживать одиночек.
Ведь его стартовым бонусом был тепловизор! Он не понимал, как эта штука может работать без батареек, в мире, где нет электроники и образцом высоких технологий служит медный нож.
Но факт остаётся фактом. На тёмном, словно каменном экране светились точки, которые обозначали игроков. Некоторые из них разбились на парочки, возможно, и раньше они были вместе. Одни сформировали группу.
Хищник искал тех, кто был один. Первой жертвой оказался какой-то старикан. Убийца не учёл особенностей Системы.
Их силы были равны, и тот отчаянно боролся за жизнь. Но ему не хватило опыта. Старик не готов был убивать, и Хищник, размозжил ему башку камнем.
За это Система дала ему нож и первый уровень. Он стал сильнее других. Он стал тем, кем всегда мечтал. Волком в овечьем стаде. Судьёй и палачом. Остальное было делом техники и удовольствия.
Он выполнял миссии, получал опыт и набирал уровни. Каждый день Система подбрасывала ему свежее «мясо» и он блаженствовал. В коробочках за выполнение очередных миссий падало новое оружие, костюм, в котором можно было растворяться в лесу словно тень, множество других удобных штук.
Что ему только не предлагали, в обмен на жизнь: секс, рабство, сексуальное рабство… а больше и предложить было нечего. Это всё было не нужно.
В еде он был неприхотлив. Горсть орехов и дичь, зажаренная на костре. Его логово в лесу тоже было примитивным, но удобства тоже не волновали Хищника.
Потом поток подарков иссяк. Убийства «новичков» уже не приносили опыта. Чтобы выполнить миссии требовалось какое-то запредельное количество жертв. Ну как можно убить тысячу человек, если их в день появляется всего двенадцать?
И Хищник, как мог, боролся со скукой. Он не убивал сразу, он преследовал, запугивал, пытал. Наслаждался страхом.
Когда барьер между локациями пал, и убийца забрал жизнь у высокоуровневого игрока. Когда поток опыта снова хлынул к нему, доставляя почти физическое удовольствие, Хищник понял — он снова счастлив.
* * *— Вы полагаете, что для него это всё игра? — с удивлением спрашиваю я.
— Именно так. Охота, испытание, борьба со скукой и вызов его навыкам, — кивает Сквидвард. — Он таким образом развлекается и поднимает собственную самооценку.
— И не убил он вас только потому, что тогда игра закончится раньше времени, — киваю я, соглашаясь
— Боюсь, что он, выйдя на ваших людей, невольно включит и их в список своих целей, — виновато опускает голову собеседник. — Невольно мы привели к вам угрозу. Ведь ваша фракция выглядит куда заманчивее нас, совершенно неспособных противостоять его силе и страху перед ней.
И здесь он абсолютно прав.
Изнывай я от скуки, то что бы я выбрал? Группу совсем беспомощных «барашков», которые могут и сами по себе умереть, даже без моих усилий? Или же новое поселение, в котором жертвы могут сопротивляться. Где убивать интереснее, веселее, где появится щекочущий нервы азарт?
Очевидно, что этот убийца не отпустит нас теперь. Ведь группа Сквидварда и так никуда не денется.
А вот Спарта похожа на сочный и манящий кусок мяса, который так и ждёт, как в него вцепится зубами неизвестный нам противник.
И это стоит учитывать. Разойдёмся ли мы миром с этим неизвестным противником?
Очень маловероятно. После смерти Щуплого мы уже не сможем сосуществовать. Его убийство нельзя считать недоразумением или самообороной. Так что за него обязательно последует наказание. Око за око, зуб за зуб.
А поскольку наш враг думает только об удовлетворении своих желаний, наше противостояние не окончится, пока одна из сторон не сдохнет.
Определившись с этим, я вновь обращаюсь к Сквидварду, который терпеливо ожидает моего вердикта.
— Хорошо, с этим психом разобрались, — киваю. — Как вы планируете жить дальше? Вы упомянули протекторат с моей стороны?
— Мы лишь ищем убежища и лучшей жизни, — вздыхает собеседник. Многих из людей, которые пришли со мной, убивали не раз и не два. Они не готовы к жизни в новом мире. Не способны бороться с ним, как это делают более успешные игроки. Мы просто маленькие люди, ничего более,
— Каждый из нас отчасти герой из «Шинели», — едва заметно улыбаюсь я.
На мгновение перед глазами предстали школьные годы, мирная жизнь, Земля. Хах, как легко оказалось впасть в ностальгию.
— Понимаю, о чём вы, — вежливо улыбается мужчина.
— Я могу понять ваше стремление найти безопасный дом, — говорю уже твёрдо, — Но и вы поймите меня. Как Лорд поселения, я обязан заботиться о СВОИХ людях. И только о них.
Интонацией я выделяю последнее предложение, четко давая понять мои условия собеседнику. На что он задумчиво кивает головой.
— Мы можем это обсудить между собой? — уточняет он.
— Только поспешите, — предупреждаю я. Оставаться здесь небезопасно.
Если слова Сквидварда хоть отчасти верны, вправду ли убийца от нас сбежал?
Зачем ему это, чтобы потерять след? Нет, он определённо попытается выследить местоположение нашего места жительства. И помешать ему в этом мы не сможем.
Между тем Сквидвард отходит к остальным собравшимся. Следуют скоротечные переговоры; кто-то спорит, явно недовольный предоставленным выбором.
Однако, спасение утопающих — дело самих утопающих, и им придётся пожертвовать чем-либо, чтобы получить защиту от маньяка. В нашей ситуации это их независимость.
Проходит пять минут, и ко мне вновь подходит Сквидвард.
— Мы готовы встать под ваше руководство, Лорд Шурик, — произносит он, — Надеюсь, вы со всей серьёзностью отнесётесь к нашей просьбе. Мы лишь желаем тихой жизни, и ничего более.
— Вы понимаете, что порой для этого вам придётся сражаться? — уточняю я.
— Понимаем и принимаем. Но и вы не бросайте нас, как пушечное мясо, на своих врагов. Это всё, на что мы можем рассчитывать, — Сквидвард склоняет голову.
Я серьёзно киваю.
— Лёгкой жизни не обещаю, но справедливость, как её понимаю я, вам гарантирую. А также пищу, жильё и безопасность, не меньшую, чем себе самому.
Игрок Сквидвард становится рабом поселения Спарта.
* * *Сквидвард и ещё девять игроков становятся частью Спарты. Неожиданный улов, как на это ни посмотри.
— Лорд Шурик, позволите помочь? — мужчина указывает на бледного Третьего.
— Вы — врач? — интересуюсь у него.
То, как держится этот мужчина с откровенно комичной внешностью вызывает невольное уважение, и я в ответ тоже обращаюсь к нему на «вы».
Теперь, когда мы определили наши отношения подчинённый-начальник, можно не беспокоиться о потенциальной угрозе со стороны собравшихся игроков.
В чём Система действительно поражает, так это в том, как благодаря ей может меняться взаимодействие между людьми. Ещё минуту назад они были для меня чужаками, потенциальной опасностью, хоть и незначительной, а также добычей.
А теперь это мои люди, чьи потребности действительно важны для меня, и защиту которых я должен обеспечить. Было бы так просто и на Земле.
— Я нейрохирург. И, хотя мой профиль несколько иной, основу и базис преподают всем.
— чуть улыбается Сквидвард. — Мне не составит труда наложить правильную тугую повязку на вашего парня. Может, и ещё чем-то смогу поспособствовать улучшению его состояния.