Предложение (ЛП)

Конечно, Майкл ему не отец. И никто не должен нести ответственность за преступления своего донора спермы. Если Синклер и Уэстон, которые были более непосредственно затронуты действиями Майкла-старшего, смогли не обращать внимания на последствия инцидента и установить предварительную связь с Соврано, то я могу сделать то же самое. Конечно, помогает то, что Майкл и Синклер женаты на сестрах, которые настаивают на том, чтобы эти двое мужчин ладили. Диктат, который, кажется, работает… В некотором роде.
Майкл дергает подбородком в направлении Синклера.
Черты лица Синклера замкнуты, но он наклоняет голову в знак признательности.
В этот момент Майкл обращает свое внимание на меня и фыркает.
— Ты еще не потерял волю к жизни, pizzo di merdo (с итал. кусок дерьма)?
— Боже, не пытайтесь все сразу пустить мне пыль в глаза. — Я тянусь за бутылкой виски, но прежде чем я успеваю дотянуться до нее, появляется Арпад.
Он хватает его.
— Хорошее виски.
Хантер присоединяется к нам с еще двумя бокалами, которые он ставит на мой антикварный столик.
— Черт возьми, по крайней мере, воспользуйтесь подставками, придурки, — ворчу я.
— Это наименьшая из твоих забот. — Арпад наполняет бокалы каждого, и к тому времени, как он добирается до моего, бутылка пуста. — Извини, старина.
Какого хрена?
Я открываю рот, чтобы возразить, но тут вмешивается мой лучший друг. Он оказывается у моего локтя со свежей бутылкой Макаллана — тридцатишестилетней выдержки. Хорошо, что мой вредный братец не нашел его раньше.
Хантер наливает жидкость в мой стакан и продолжает наливать до тех пор, пока виски не начинает переливаться через край.
— Пей до дна.
24


— О, боже мой, девочки, вам не следовало этого делать.
Я ошеломлена обилием еды и напитков на террасе, примыкающей к гостиной. Сегодня прекрасный вечер. Воздух благоухающий, а аромат цветов дразнит мои ноздри. Вдалеке солнце начинает свой путь к горизонту. Ранее я услышала шум самолета и поняла, что прибывает все больше гостей. Я была уверена, что это приземлились друзья Лиама. На самом деле, я больше не задумывалась об этом, потому что Зара и Саммер, а также Амелия и Карма не давали мне покоя.
Они настояли, чтобы я примерила для них свое платье, а затем продемонстрировали свои собственные платья подружек невесты, которые были великолепны. На самом деле, Карма Соврано позаботилась о том, чтобы ее творение отпраздновало успех лета. Вместо того чтобы пытаться скрыть состояние Саммер, дизайн подчеркивал беременность Саммер таким образом, чтобы это было одновременно со вкусом и сексуально. Предоставьте беременной женщине возможность создать что-то, что не только не выглядело бы как старомодная одежда для беременных, но и на самом деле подчеркивало бы фигуру будущей мамы и придавало ей очаровательный вид.
Не то чтобы я ожидала от нее чего-то меньшего, тем более что Саммер — ее сестра. Но все же тот факт, что она так много думала о создании платьев, заставил меня прослезиться.
Черт возьми, я действительно проникаюсь настроением свадьбы. Ну и что, если все началось как договоренность? В моей голове все опасно перепуталось. Я уже на взводе, поэтому, когда я выхожу на террасу и вижу разложенные на столе еду и напитки, а также знакомые лица Амели Кинкейд и самой Кармы Соврано, эмоции переполняют меня. У меня перехватывает горло, и я не в силах остановить слезы, которые текут по моим щекам.
— О, боже мой, ты в порядке? — Амелия подходит ко мне. Она обнимает меня, окутывая облаком чего-то, что пахнет сахаром и корицей. Девушка крепко сжимает меня в объятиях.
— Ты всегда пахнешь как ходячий десерт, — бормочу я.
 
Амелия смеется.
— Преимущества работы шеф-кондитером.
Я слышу шаги, когда сначала Саммер, затем Карма и, наконец, Зара — которая не очень любит обниматься — обнимают нас.
— Групповое объятие! — смеется Саммер.
— О-о-о, давненько я такого не пробовала. Это так приятно, не правда ли? — Я слышу улыбку в голосе Кармы.
— Ну вот, теперь с этим покончено. — Зара отступает назад.
Я хихикаю.
— Не могу поверить, что вам, девочки, удалось заставить Зи обняться.
— Ты права. Обычно я не поддаюсь излишним эмоциям, за исключением тех случаев, когда это касается тебя. — Она тычет в меня пальцем.
Я снова принюхиваюсь, вдыхаю приятный аромат выпечки, разложенной на столе. Там лежат… я присматриваюсь.
— Это печенье в форме пениса?
Амелия радостно кивает.
— И эти конфеты должны быть…
— Похоже, это яйца. — глаза Зары блестят. — Я знаю, какое из них я съем первым.
— Мисс стальные яйца, — обращаюсь я к ней по имени, которым ее прозвала известная мейнстримная ежедневная газета. — Я не думала, что вам нужно больше яиц на вашей орбите.
— Их никогда не бывает слишком много, дорогая. Ты просто должна быть осторожна, чтобы держать их всех в воздухе одновременно, если ты понимаешь, что я имею в виду.
— Не совсем.
Она открывает рот, без сомнения, чтобы объясниться, и я поднимаю руку.
— Мне не нужны подробности.
Она пожимает плечами.
— Эй, человеку нужно принять свою дозу протеина. Я просто выбираю получить свое таким образом.
Наступает тишина, затем девушки разражаются смехом.
— Хотя, возможно, только на этот раз я предпочла бы выбрать самые большие из них. — Она прищуривает взгляд на двух шариках, которые по размеру больше остальных.
И снова воцаряется тишина. Через несколько секунд Зара поднимает глаза и замечает, что все остальные смотрят на нее.
— Что? — Она хмурится.
— Это первый раз, когда я слышу, как ты говоришь о конкретной паре яиц, — бормочу я.
Зара опускает подбородок на грудь, так что волосы падают ей на лицо.
— Я думаю, нам следует отложить этот разговор на другой раз. Не хочу сегодня лишать тебя внимания, детка, — бормочет она себе под нос.
Я изучаю то, что могу разглядеть в ее чертах.
— Боже мой, ты кое-кого встретила.
Она кажется застигнутой врасплох, затем смеется — немного слабо, как мне кажется:
— Что? Конечно нет. Что навело тебя на эту мысль?
— Потому что ты краснеешь. — Губы Саммер изгибаются по бокам.
Ее щеки розовеют еще больше.
— Я краснею? — Она машет рукой в воздухе. — Вы, девочки, все выдумываете. Кроме того, — она бросает взгляд на стол, уставленный выпечкой. — Я проголодалась.
Словно по сигналу, у меня заурчало в животе.
— Это тонна вкусностей. — Я перевожу взгляд с Амелии на стол, затем снова на нее. — Ты действительно все это приготовила сама?
— Да. — Она потирает ладони. — Мне было так весело. Мы летели самолетом, так что я все перевезла.
— У меня тоже почти не осталось свободного места. — Карма хихикает.
— Кстати, о… — я прищуриваюсь, глядя на нее. — Тебе вообще стоит здесь находиться? — Карма не только беременна, но и у нее больное сердце, а это значит, что ей нужно быть очень осторожной и не переутомляться. Саммер упомянула мне, что до недавнего времени скрывала это от Майкла. После чего он отказался выпускать ее из виду.
— Не начинай и ты. Было почти невозможно убедить Майкла, что со мной все будет в порядке.
— Я удивлена, что он согласился позволить тебе прийти, — бормочу я.
— А он позволял мне прийти? — Она сжимает челюсть. — Ничто и никто не помешает мне насладиться свадьбой одной из семерок. — Она улыбается. — Кроме того, он тоже здесь, как и Уэстон, мой личный кардиолог. — Она подмигивает Амелии. — Не волнуйся, мы все знаем, о чьем сердце он заботится больше всего.
Мы все смеемся.
— Я действительно рада видеть вас здесь. Таким образом, я могу лично поблагодарить вас за великолепное свадебное платье…
— …И за платья подружек невесты. По крайней мере, кто-то понимает, что мы — невесты, которым не нужно быть одетыми в серые цвета или однообразно, если уж на то пошло.