Предложение (ЛП)

Лайла хихикает.
— Боже мой, с тобой так легко, Лиам.
Действительно? Если бы мой жених сказал это, я бы допросила его до чертиков, чтобы убедиться, что он действительно слушал. Но, эй, это не я выхожу замуж за Лиама-Мистер-всегда-неотразим-но-с-придурковатым-характером-Кинкейда.
— Что ж, тогда я рада, что ты наконец смог прийти на одну из свадебных репетиций.
— Я был здесь на последней, которую ты, как раз таки, пропустила, — напоминает он мне своим жестким голосом, которому удается быть одновременно бархатистым и саркастичным.
Честно говоря, если бы у меня был талант так говорить, я бы выторговала у своих продавцов более крутые скидки. Как бы то ни было, мне пришлось пустить в ход все свое обаяние и просить, умолять и задабривать своих поставщиков, чтобы убедиться, что я смогу провести это мероприятие за то короткое время, которое мне дали.
Не жалуйся. В конце концов, такие возможности, как эта, выпадают раз в жизни.
На этот раз, это благодаря моей подруге Саммер, которая замужем за Синклером Стерлингом, одним из самых богатых и влиятельных людей в стране и другом Лиама.
Когда Лайла обратилась ко мне, она просто сказала, что Лиам слышал обо мне от Саммер и Синклера, и их слова были достаточно вескими, поэтому меня наняли. Я в долгу перед Саммер, хотя она настаивает, что этот контракт был заключен благодаря моему таланту и упорному труду. Конечно, я организовала несколько громких свадеб в рекордно короткие сроки для некоторых других моих друзей, которые вышли замуж за друзей Синклера, но не только это привело к заключению этой сделки. Это потому, что Саммер, а следовательно, и Синклер поручились за меня.
Вот как обстоят дела в кругах, в которые я надеялась проникнуть. Все дело в том, кто кого знает. Брак Саммер с Синклером, а позже брак моей подруги Амели с Уэстоном, братом Лиама, дал мне доступ к богатому классу, с которым они связаны, что, в свою очередь, изменило мои перспективы. Это также означает, что я имею дело с титулованными ублюдками вроде Лиама Эффинга Кинкейда.
— Что, никаких оправданий? — Он ухмыляется.
Я расправляю плечи и вздергиваю подбородок.
— Я действительно полагаю, что наше дело здесь закончено, мистер Кинкейд. — Я поворачиваюсь к Лайле, которая мне очень понравилась за последние несколько месяцев. — Может быть, нам стоит завершить остальную часть нашего обсуждения в другой раз?
2
— Должна ли я выйти за него замуж? Как ты думаешь?
Я знала. Я знала, что мне не следовало принимать ее приглашение выпить. После того, как этот разговор с Лиамом чуть не сорвался — и так бы и было, если бы мне не удалось его спасти, — я попрощалась и ушла.
Всего час спустя, когда я вставляла ключ в замок двери своей квартиры, мой телефон завибрировал от сообщения Лайлы. Она хотела, чтобы я встретилась с ней и выпила. Я чуть было не отправила ей сообщение, чтобы сказать, что слишком устала. Но мое чувство долга настаивало на том, чтобы я не отказывала ей. Это, а также тот факт, что мне искренне нравится Лайла. Возможно, ее отец и входит в список богачей журнала Forbes, и она, бесспорно, избалована, но в ней также есть намек на потерянного ребенка. Не говоря уже о том, что в ней чувствовалась игривость, которая сразу же понравилась мне. А еще с ней очень весело проводить время.
Мы так хорошо ладим друг с другом, и когда мы начали планировать ее свадьбу, мы были на связи каждый день. В последнее время мы почти каждый час уточняем детали бракосочетания. Несмотря на мои усилия доказать обратное, в какой-то момент за последние несколько недель мы пересекли черту профессиональных, рабочих отношений и перешли прямо на территорию дружбы. И тон сообщения был таким, как у друга, нуждающегося в утешении. Не говоря уже о том, что часть работы свадебного организатора заключается в том, чтобы знать, когда нужно быть на месте, чтобы укрепить уверенность невесты.
 
Итак, несмотря на мою усталость и странное ощущение в животе, предупреждающее меня, что, возможно, мне лучше сегодня не появляться, я пришла в бар в «Дорчестере», где, по ее словам, она была. Теперь я останавливаюсь с рюмкой текилы на полпути ко рту, и — черт возьми, черт возьми, черт возьми! — я точно знаю, что мне не следовало приходить.
Конечно, я здесь для того, чтобы успокоить ее, подбодрить и заверить, что все хорошо; и если бы это была любая другая невеста, я бы подняла ей настроение и сказала, что да, она делает абсолютно правильный выбор. Но это Лайла. Это та женщина, которую я стала считать своим другом. А я не лгу своим друзьям.
— Айла? — Лайла наклоняется через стол. — А ты как думаешь?
— Ммм… — я подношу стакан с текилой ко рту и осушаю его. Потом кашляю, и кашляю, пока слезы не бегут по моим щекам.
— О боже, вот. — Она пододвигает ко мне бутылку пива, я хватаю ее и залпом выпиваю половину содержимого. Не то чтобы это успокаивало жжение в моей груди; это не имеет никакого отношения к тому, как я собираюсь ответить на этот вопрос, верно? Я ставлю бутылку обратно на стол, следя за тем, чтобы она стояла точно на том круге влаги, который был оставлен ранее.
— Ты в порядке? — Она вглядывается в мои черты. — Хочешь немного воды?
Я вытираю слезы со своего лица.
— Я в порядке. — Я прочищаю горло.
— Хорошо. — Она улыбается.
Я пытаюсь повторить изгиб ее губ, но мышцы моего лица словно застыли. Не спрашивай меня больше, пожалуйста, не спрашивай меня…
— Итак, что ты думаешь? Должна ли я выйти замуж за Лиама? — Ее тон серьезен. Кожа вокруг ее глаз растягивается. Она выдерживает мой взгляд, и, о боже, она не собирается принимать молчание за ответ. Она хочет, чтобы я высказала ей свое мнение. Я знала, что неправильно переступать границы моих профессиональных отношений с Лайлой. Но как бы сильно я ни ненавидела ее будущего мужа, у нас с ней завязалась замечательная дружба.
Когда она познакомилась с Лиамом Кинкейдом и между ними завязался бурный роман, кульминацией которого стало то, что Лиам сделал ей предложение, светские дамы, как в Великобритании, так и по ту сторону океана, встрепенулись и обратили на это внимание. Кроме того, отец Лайлы дал супругам свое благословение. В конце концов, Лиам — один из самых завидных холостяков в мире, один из немногих, кто может встретиться с ним лицом к лицу и обменяться долларами.
Жаль, что его отношение больше подходит для неотесанного болвана. Он сразу же меня невзлюбил, как только он открыл рот. У него голова так глубоко засунута в задницу, что его нужно поколотить, чтобы она высвободилась, а это может даже не сработать. На самом деле, я так сильно ненавижу этого человека, что чуть не отклонила их просьбу быть организатором свадьбы на этом концерте — и это о чем-то говорит, учитывая, что это тот проект, от которого у каждого менеджера мероприятий в мире текут слюнки. И я поняла это. И я намерена сохранить его.
— Ммм, Лайла… Не уверена, что я тот человек, с которым тебе следует говорить об этом.
— Ты тот самый человек, с которым мне следовало бы поговорить об этом, — парирует она.
— Каким образом? — Я прищуриваюсь, глядя на нее.
— Мои так называемые «друзья», — она делает пальцами воздушные кавычки, — слишком ошеломлены моими деньгами и статусом моего отца, чтобы сказать мне, что они на самом деле думают. Что касается моей семьи? — Она рассекает ладонью воздух. — Им наплевать на мое счастье. Они просто хотят сохранить статус семьи. И с этой точки зрения Лиам — находка.
— Он — находка с любой точки зрения. — Я отвожу взгляд.
— Видишь? Ты даже не можешь встретиться со мной взглядом, когда говоришь это, — она выпячивает подбородок.
Я поднимаю руки.
— Просто пытаюсь сказать тебе, что все о нем думают.
— Но это не то, что ты о нем думаешь.
— Ммм, нет? — Я потираю затылок. — Но мое мнение здесь действительно не важно.