Переплет 13 (ЛП)

— Это ты мне говоришь, — ответил Хьюи с усталым вздохом.
Патрик был тихой рыбой, и хотя мы дружили почти семь лет, я мало что знал о нем, кроме того факта, что он был уклончивым, тихим и имел тенденцию отказываться от планов в последнюю минуту.
Поравнявшись с Хьюи, я склонил голову к хорошенькой маленькой рыжеволосой девушке, прижавшейся к нему.
— Кэти.
— Привет, Джонни, — сказала Кэти с застенчивой улыбкой, прижимаясь к руке Хьюи.
“Неудивительно, что ты, блядь, прижимаешся”, — подумал я про себя.
Я бы тоже прижался к своему парню, если бы был застенчивой шестнадцатилетней девочкой, перед которой происходит дикое зрелище за соседним столом.
Кэти была слишком молода, чтобы ходить в бар, как и все мы, но хвала моему другу за то, что у него хватило порядочности не заваливать ее выпивкой.
Не то чтобы я хоть на минуту подумал, что он это сделает.
По какой-то неизвестной причине Хьюи был одержим крошечной рыжей девочкой под мышкой. С тех пор, как она переступила порог Томмен, будучи первокурсницей со свежим лицом.
Мы были на втором курсе, когда Хьюи раскрыл свои карты Кэти Уилмот.
В то время я, как и все остальные наши друзья и товарищи по команде, считал Хьюи сумасшедшим и регулярно высказывал свои мысли вслух. Но теперь, когда я повзрослел и стал более опытным, должен был признать, что его ситуация казалась чертовски более привлекательной, чем моя.
Преданность лучше использования друг друга.
— Ты хорошо выглядишь сегодня, Кэти, — сказал я ей, потому что это правда, и она чувствовала себя слегка неуверенно.
Я знал этот лакомый кусочек информации, потому что ее парень часто рассказывал мне об их отношениях. Я, вероятно, знал гораздо больше об их отношениях, чем Кэти догадывалась, но я унесу эти подробности в могилу.
Кэти застенчиво улыбнулась и теснее прижалась к Хьюи.
— Спасибо.
Хьюи бросил на меня благодарный взгляд.
Ему не нужно благодарить меня за дерьмо.
Его девушка красива.
Несколько мгновений спустя Гибси обогнул стол, отвлекая меня подносом, уставленным стаканами.
— До дна, Кэп, — объявил он, ставя поднос передо мной.
— Благодарю. — Не потрудившись спросить, что предлагается сегодня вечером из-за осознания, что согласен пить бензин от настроения, в котором находился, я схватил с подноса две рюмки.
А затем, для пущей убедительности, я опрокинул еще четыре рюмки, прежде чем остановиться на водке и ред булле.
Мне это нужно, потому что наблюдать за флор-шоу, происходящий за соседним столом, не весело.
С того места, где я сидел, у меня был прекрасный вид на Беллу, сидящую верхом на Кормаке. Его руки были у нее под юбкой, а ее ноги — обернуты вокруг его талии.
С таким же успехом они могли бы быть голыми и трахаться, они были настолько очевидны.
Опершись на табурет передо мной, Гибс, к счастью, закрыл мне обзор.
— Я красивее на вид, — объявил он, подмигнув, а затем продолжил отбрасывать снимки, как будто это выходило из моды.
Я всегда мог положиться на этого ублюдка.
Град, дождь или снег Гибси прикроет мою спину.
Это утешительная мысль.
— Райан — клоун, — вслух заявил Хьюи, прочитав мои мысли. — Она делает это нарочно, чтобы вывести тебя из себя, и он позволяет ей использовать его для этого.
— Тебе повезло сбежать от нее, Джонни, — согласилась Кэти с сочувственной улыбкой.
Я пожал плечами и потянулся за еще одним шотом.
— Она может делать все, что захочет. — Прижав стакан к губам, я опрокинул напиток и быстро проглотил. — Они оба могут.
Я это имел в виду.
Я не хотел, чтобы она возвращалась.
Я бы никогда к ней не вернулся.
Но это не означало, что на это было легко смотреть.
Потому что это не так.
Это была преднамеренная атака. Она ужалила меня.
В основном потому, что Кормак соглашался с этим.
— Да, но делать это перед твоим лицом таким образом — отвратительно, — ответила Кэти, хмуро глядя на пару. — Если бы вы поменялись местами, и ты сделал это с одной из подруг Беллы прямо у нее на глазах, она бы потеряла контроль.
 
— Верно, — хором согласились Гибс и Хьюи.
Следующие пару часов я игнорировал Беллу и Кормака, сосредоточив свое внимание на своих друзьях и музыкантах, играющих в углу бара. Я пытался расслабиться, присоединяясь к разговору, потягивая напиток за напитком, но это давалось мне нелегко.
Я был слишком напряжен.
Когда я не пытался активно избегать взглядов на Беллу и Кормака, мои мысли возвращались к назойливому беспокойству, на котором я так старался не зацикливаться.
Мое здоровье.
Проблема была в том, что алкоголь, струящийся по моим венам, не давал мне возможности блокировать свои страхи.
Что, если я не смогу взять себя в руки?
Что, если мое тело не исцелится?
Что, черт возьми, я должен был делать со своей жизнью?
Каждое теоретическое дерьмо, которым я когда-либо владел, было надежно спрятано в корзине с надписью «карьера в регби».
Прямо сейчас эта корзина опрокинулась, и я слишком бессилен, чтобы остановить это.
Другими словами, я был совершенно беспомощен и облажался.
— Хорошо, ребята, следующая песня от Reckless Kelly, — объявил вокалист в микрофон, отвлекая меня от моих пьяных мыслей. Он бренчал на своей гитаре, а затем добавил: — Wicked Twisted Road.
Наклонившись вперед, я положил локти на стол и напрягся, чтобы расслышать текст песни сквозь шум толпы.
Один куплет, и я был на крючке.
Каким бы пьяным я ни был, я знал, что мне нужно это запомнить.
Мне нужно было услышать это снова.
Слова пронзали меня насквозь.
Я чувствовал их слишком сильно и глубоко, связывая что-то жестокое с каждой строкой.
Неудивительно — но все равно совершенно запутанно — лицо Шэннон промелькнуло у меня в голове, когда текст песни пробился в мой вялый мозг.
Шэннон с одинокими глазами.
Целая жизнь в стремлении быть лучшими.
Страх быть недостаточно хорошим.
И постоянное, гнетущее чувство страха внизу живота.
Вытащив телефон из кармана джинсов, я быстро набрал текст, надеясь, что правильно написал название песни, прежде чем выйти из своих сообщений, оставив текст в черновиках.
С телефоном в руках я размышлял о том, что бы сделал, если бы у меня был номер телефона Шэннон.
Хорошо, что у меня его не было.
Никогда в жизни я не был неравнодушен к набору номера в пьяном виде, но прямо сейчас у меня было жгучее желание набрать ее отсутствующий номер.
Возьмет ли она трубку?
Если бы она это сделала, что бы я сказал?
Будет ли она говорить со мной?
Черт, я хотел услышать ее голос на другой стороне линии.
“Эта девушка другая”,— повторял мой тупой гребаный мозг.
Это навсегда.
Я хотел вернуться в свою комнату, прижать телефон к уху и слушать, как она, запинаясь, рассказывает мне каждую свою мысль. Я хотел вернуться сюда, к ней, смотреть, как она краснеет, улыбается и смотрит на меня из-под своих длинных густых ресниц.
Я хотел сидеть с ней в темном кинотеатре, не обращая ни капли внимания на показ фильма. Я украдкой бросал на нее взгляды и сгорал от жара, когда обнаруживал, что она смотрит на меня.
Я просто хотел ее.
“Ты мог бы любить эту девушку всю свою жизнь, — сумасшедшая мысль настойчиво звучала в моем мозгу снова и снова, — если бы ты просто позволил себе.”
Острый удар локтем в ребра заставил меня вскинуть голову.
— Какого хрена? — Я перевел взгляд на Хьюи, раздраженный тем, что меня отвлекают от моего счастливого места. — Что это было?
— У нас гости, — пробормотал он, склонив голову.
— О боже, ну вот и все, — пробормотала Кэти себе под нос.
Затуманенными глазами я проследил за его движением, мой взгляд упал на Кормака Райана. Он обогнул наш стол, его лицо раскраснелось, а помада размазалась по губам.
По пятам за ним следовала самодовольная Белла.