Переплет 13 (ЛП)

Серьезно?
Я только что помахала ему рукой?
Пока я с ним разговаривала?
Боже…
— Привет, Шэннон, — ухмылка, которую он показывал, превратилась в широкую, идеально прямую, жемчужно-белую улыбку.
О, крекеры…
— Ну, со мной все хорошо, — сказала я немного напряженным тоном. — И ты хорошо. Итак, все… хорошо.
— Это хорошо, — ответил он, подергивая губами.
— Да, все хорошо, — ответила я, съежившись от своей неловкости.
— Хорошо, — Джонни ухмыльнулся, глядя на меня сверху вниз.
Униженная, я посмотрела на его лицо, а затем быстро отвела взгляд, стараясь никогда больше не произносить слово «хорошо».
— Я смотрела ваш матч, — выпалила я вместо этого. — Поздравляю.
О да, Шэннон, потому что это намного лучше.
Ты должна был придерживаться хорошего, идиотка!
— Я знаю, — ответил Джонни с легкой улыбкой. — Я видел тебя.
Я открыла рот, чтобы сказать что-нибудь, что угодно, чтобы спасти себя, но вместо этого ничего не произнесла и беспомощно пожала плечами.
— Ты получила мою записку? — спросил Джонни, к счастью, избавив меня от попыток составить связное предложение.
— Да, и я хотела поблагодарить тебя за деньги, — сказала я ему тихим голосом. — Я просто не знала, должна ли я…
— Не беспокойся об этом, — прервал он с улыбкой. — Я не ожидал благодарности.
— Между прочим, это уже слишком, — быстро добавила я, заправляя волосы за ухо. — Моя мама купила новую юбку за тридцать евро.
— Надеюсь, она купила тебе те колготки, которые ты хотела, — возразил он с понимающей усмешкой.
О, боже милостивый.
Улыбка этого парня была чем-то другим…
— Э — э, да, — я густо покраснела. — Они стоили всего лишь пять евро. — Засунув руки в карманы пальто, я посмотрела на свои туфли, сделала прерывистый вдох, а затем снова посмотрела на него. — Я могу вернуть тебе все остальное…
— Ни за что, — быстро отмахнулся Джонни, вытирая пятнышко грязи со щеки. — Оставь это себе.
— Оставить? — Я тупо уставилась на него. — Ты не хочешь вернуть шестьдесят пять евро?
— Я причинил тебе боль, — ответил он, его пронзительные голубые глаза встретились с моими. — Я облажался. Ты ничего мне не вернешь.
О, слава богу, потому что мои родители никогда не вернут мне деньги.
— Ты уверен? — прохрипела я.
— Да, конечно, как голова? — кивнул Джонни.
— Уже все в порядке, — я улыбнулась ему.
— Ты уверена? — спросил он, ухмыляясь. — Никаких остаточных повреждений, которые могли бы доставить мне неприятности? Мне не нужно вызывать адвокатов, не так ли?
— Ч — что? — я разинула рот, — Нет, нет. Я в порядке. Я бы никогда не подала на тебя в суд…
— Я подтруниваю над тобой, Шэннон, — усмехнулся Джонни, покачав головой, — Я действительно рад, что с тобой все в порядке.
— О, хорошо, — я покраснела. — Спасибо.
— Джонни! — раздался громкий мужской голос, отвлекая нас обоих.
Я повернула голову и увидел дородного мужчину, неторопливо приближающегося к нам с впечатляюще выглядящей камерой, привязанной к его шее.
— Дай нам картинку для газеты, ладно, сынок?
Я была уверена, что услышала, как Джонни пробормотал себе под нос слова «отвали», но он повернулся к фотографу и вежливо кивнул ему. — Нет проблем.
— Ты молодец, — похвалил фотограф и направил камеру на Джонни, но остановился и повернулся ко мне. — Отойди с дороги, хорошо, милая?
— О, точно, извините! — Я пискнула и попятилась, чтобы уйти с линии объектива.
— Мы разговаривали, — выпалил Джонни. Он бросил уничтожающий взгляд на фотографа, а затем подошел прямо ко мне.
— Улыбнись, — тихо проинструктировал он, притянув меня к себе и положив свою огромную грязную руку мне на бедро.
— А? — Ошеломленная, я уставилась на него.
— Улыбнись, — спокойно повторил Джонни, беря меня под мышку.
Измотанная, я повернулась лицом к фотографу и сделала именно то, что сказал мне Джонни.
Я засияла
Фотограф выгнул бровь и бросил на меня любопытный взгляд, но быстро поспешил сделать то, что казалось миллионом снимков.
 
Вспышки, исходящие от его камеры, были ослепляющими, и когда к ним присоединились еще много вспышек от других фотографов, я начал дрожать от беспокойства.
Что, черт возьми, происходит?
— Хорошо, этого достаточно, — заявил Джонни, подняв руку и отпустив мое бедро. — Спасибо, что пришли сегодня. Ценю Вашу поддержку.
— Джонни, Джонни? — позвала одна из женщин, толпившихся вокруг нас. — Какие у вас отношения?
— Личные, — хладнокровно парировал Джонни.
— Как тебя зовут, милая? — спросил оригинальный фотограф, вытаскивая ручку из кармана пальто.
Дрожа, я просто стояла там, чувствуя себя болваном, чувствуя на своем лице миллион пар любопытных глаз.
— Шэннон Линч, — заявил Джонни с коротким кивком, а затем, игнорируя полдюжины фотографов, наблюдающих за нами, он снова обратил свое внимание на меня. — Ты придешь на вечеринку после школы?
— Что они делают? — Неуверенно спросила я, не в силах сосредоточиться на том, что он только что сказал, потому что была слишком занята, наблюдая за фотографом, который что-то писал на тыльной стороне ладони, и несколькими другими репортерами, прячущимися поблизости.
— Не обращай на них внимания, — сказал Джонни, покачав головой. — Они уйдут.
— Они наблюдают за тобой, — прошептала я. — И я думаю, что они наблюдают за мной?
Издав разочарованный рык, Джонни обернулся.
— Я в школе, — заявил он резким тоном. — На территории школы. С несовершеннолетей.
К счастью, это, похоже, сработало, потому что они медленно разошлись.
— Это было так странно, — выдавила я, когда Джонни снова повернулся ко мне.
Он с любопытством посмотрел на меня.
— Тебе не нравятся такие вещи?
— Это было ужасно, — выдавила я. — Все это внимание из-за глупой игры.
Джонни бросил на меня еще один любопытный взгляд. Я уставилась на него, чувствуя себя совершенно сбитой с толку.
— Итак, ты идешь? — Спросил Джонни.
Когда я продолжала тупо смотреть на него, он уточнил.
— На вечеринку. Мама Хьюи устраивает угощение для команды у них дома.
— Я?
— Да, ты, — ответил он, бросив на меня странный взгляд.
Мое сердцебиение увеличилось до опасного уровня, когда я смотрела на этого красивого мальчика, который приглашал меня на вечеринку.
Подождите, он спрашивал меня или приглашал?
О боже, я не знала.
Нахмурившись, Джонни добавил:
— Ты дружишь с его сестрой, Клэр, не так ли?
— О, — я энергично покачала головой. — О, ах, нет. Я имею в виду, да, я дружу с Клэр, но я не пойду на вечеринку.
— Как так получилось? — он выгнул бровь.
— Потому что мне не разрешено никуда ходить… — Я резко остановилась и быстро перевела свои слова в более безопасное русло. — Я должна помогать своей маме по вечерам.
— Она беременна, — заявил он задумчивым тоном.
— Да, — ответила я, а затем, поскольку я была лгунишкой, делающей ситуацию неудобной, я добавила, — Она должна родить в августе.
— Поздравляю? — предложил Джонни, неловко переминаясь.
Отличная работа, Шэннон, мысленно прошипела я.
— Спасибо, — ответила я, ерзая на месте.
— Ты уверена, что не хочешь пойти? — он спросил еще раз. — Я не буду пить, чтобы отвезти тебя домой, когда ты захочешь…
— Кэп, — крикнул один из его товарищей по команде. — Тащи свою задницу сюда, парень, и подними этот гребаный кубок.
— Я, блядь, говорю здесь, Пирс, — огрызнулся Джонни, оборачиваясь, чтобы посмотреть на того, кто его звал. — Дай мне минутку, черт возьми.
— Тебя зовут твои друзья, — поспешила сказать я, зная, что мне нужно уйти от этого мальчика, прежде чем я сделаю что-нибудь невероятно глупое, например, приму его приглашение.
Потому что я так сильно хотела.
Я очень, очень хотела.
И если я останусь здесь и продолжу смотреть на него, я знала, что так и произойдет.