Переплет 13 (ЛП)

Наконец, когда я добралась до задней части автобуса и увидела последний ряд, мои щеки так запылали, что я была уверена, что излучаю огонь.
Честно говоря, если бы кто-нибудь прижал рашер к моему лицу, он бы зашипел.
Весь задний ряд был заполнен членами команды по регби.
О, Господи.
Я была в опасной зоне.
Краем глаза я заметила, что место у окна справа от меня, прямо перед задним рядом, пустовало.
Вздохнув с облегчением, я крепче сжала плечевые ремни своей сумки и повернулась, чтобы проскользнуть в ряд, но сразу же остановилась, когда заметила, кто растянулся на сиденье у прохода.
Мое сердце сжалось в груди.
Джонни был в наушниках, и музыка, доносившаяся из них, была такой громкой, что я отчетливо могла разобрать, как Jay-Z поет о девяноста девяти проблемах.
Я слышу тебя, Джей-Зи…
Он не смотрел на меня.
Он ни на кого не смотрел.
Все его внимание было сосредоточено на iPod в его руках.
На сиденье рядом с ним — единственном оставшемся месте во всем автобусе — была разбросана груда сумок со снаряжением, очевидно, принадлежащих команде.
О боже.
Прочистив горло, я указала на место.
Он не поднял глаз.
Его идеально уложенные волосы были единственной частью его головы, которую я могла видеть, когда он смотрел на iPod в своих руках.
Двигатель автобуса с ревом ожил, вибрируя у меня под ногами, и началась огромная волна паники.
Я протянула руку и похлопала его по плечу, прежде чем быстро отдернуть руку.
Джонни вскинул голову, и вспышка раздражения на его лице быстро сменилась удивлением, когда он дважды взглянул на меня.
— Шэннон?
— Мне нужно сесть, — выдавила я слова, подавленная звуками свиста и вкрадчивых комментариев, исходящих от остальных парней.
Последние две ночи я боролась со своими эмоциями из-за него, почти не спала и тонула в панике и неуверенности в себе.
Теперь, когда я столкнулась с неожиданной перспективой провести несколько часов рядом с Джонни, я почувствовала, что теряю самообладание внутри.
Серьезно, у меня скрутило живот, и я была совершенно уверена, что если я не сяду в ближайшее время, меня стошнит.
Бог…
Нахмурив брови, Джонни продолжал смотреть на меня, в то время как я продолжала лепетать.
— В автобусе не осталось другого места, и водитель сейчас уезжает, поэтому мне нужно, чтобы ты пропустил меня, — я перевела взгляд с него на толпу людей, наблюдающих за нами, а затем на свободное место, — Ты можешь просто задвинуть сиденье или передвинуть сумки, так я могу сесть, пожалуйста?
— Прости, — сказал Джонни извиняющимся тоном. Он протянул руку и сдернул наушники. — Я ничего из этого не услышал.
Взрыв смеха вырвался из мальчиков в заднем ряду.
Покраснев, я указала на стопку сумок на сиденье рядом с ним и прошептала: — Мне негде сесть.
— Дерьмо, да, извини, — ответил Джонни и быстро начал бросать пакеты на пол у моих ног. — Дай мне секунду, чтобы разобраться с этим.
— Ради Бога, Линч, сядь сзади! — рявкнул мистер Малкахи с передней части автобуса. — И пристегнись!
Смущенная, я оглянулась на Клэр за помощью, но встретилась взглядом с разъяренной Беллой.
О, черт.
Она собирается убить тебя, Шэннон.
Белла Уилкинсон собирается убить тебя.
Если твой отец не сделает это первым.
Униженная, я нырнула на сиденье, пытаясь протиснуться мимо чрезмерно длинных ног Джонни, в то же время он потянулся, чтобы положить еще одну сумку.
Конечный результат был не из приятных.
Это включало в себя много взмахов, запутанных конечностей, и одно из моих колен со всей силы врезалось в его нос, и хор охов от парней вокруг нас.
— Иисус, блять, Христос, — прошипел Джонни. Откинувшись на подголовник, он обхватил лицо руками и зарычал. — Черт возьми, Шэннон!
Я прикрыла рот рукой, широко раскрыв глаза.
— Мне так жаль!
— Давай, Джонни! — крикнул один из парней с заднего ряда. — Молодец, парень.
— Отвали, Люк, — огрызнулся Джонни.
Он дважды дотронулся до носа, проверяя, нет ли крови, и когда убедился, что ее нет, издал нечто похожее на раздраженное рычание.
 
— Я действительно не хотела этого сделать, — выдавила я, подавленная, отчаяннои безуспешно пытаясь высвободиться из его бедер.
Это был нелегкий подвиг со школьной сумкой за спиной.
У меня в сумке было книг на целый день, так как я не могла дойти до своего шкафчика перед тем, как меня запихнули в этот автобус, а вес, привязанный к моей спине, выводил меня из равновесия.
Держась за спинку подголовника Джонни, я подняла одну ногу и попыталась перелезть через его ногу, но моя нога, должно быть, прошла в опасной близости от его области, потому что Джонни протянул руку и схватил меня за лодыжку, удерживая ногу на месте, отчего моя юбка задралась.
— Осторожно! — рявкнул он, и в его глазах вспыхнуло беспокойство. — Перестань двигаться.
Я не винила его за то, что он выглядел обеспокоенным.
Я была обузой.
Покачав головой, Джонни тяжело вздохнул, отпустил мою лодыжку, а затем встал на ноги. Это был ужасный ход, который привел к тому, что наши тела были прижаты друг к другу, не оставив ни дюйма свободного места.
— Знаешь, я бы пересел, — объяснил Джонни, не сводя с меня глаз. Мы были так близко, что я чувствовала запах его одеколона. — Если бы ты дала мне хотя бы половину шанса.
Я открыла рот, чтобы ответить, но все, что вышло, было дуновением воздуха.
Было невозможно сформулировать слова, когда я была полностью зажата между его грудью и сиденьем впереди, моя дурацкая школьная сумка не позволяла мне сбежать.
— Они будут кататься или как? — крикнул кто-то.
— Конечно, чертовски похоже на то, — хихикнул другой.
— Что, черт возьми, там происходит? — Мистер Малкахи взревел во всю мощь своих легких. — Кавана! Линч! Забирайте свои игрушки и занимайте свои места!
Все в автобусе разразились свистом и смехом.
Тем временем я умерла внутри.
— Мы, блять, стараемся! — Джонни взревел в ответ. — Дайте нам минутку, черт возьми, ладно?
— Насколько сложно сидеть на чертовом стуле, Кавана? — потребовал учитель.
— По-видимому, очень сильно, — пробормотал Джонни себе под нос, прежде чем снова обратить свое внимание на меня.
— Идите налево на счет три, — проинструктировал он. — Раз, два…
Я уставилась на него:
— Моя левая или твоя левая?
— Боже мой. — Пробормотав себе под нос череду проклятий, Джонни проворчал — Неважно, просто иди сюда, — а затем продолжил хватать меня за талию, притягивать мое тело ближе к своему — впрочем, это было вообще возможно — а затем повернул нас боком.
Он отпустил мою талию, и я практически плюхнулась на сиденье у окна, лицо пылало, тело дрожало.
Как только мы оба сели, автобус начал двигаться под нашими ногами.
— Спасибо, — прохрипела я, вжимаясь в свое место, опустив плечи.
— Без проблем, — пробормотал Джонни, откидываясь назад и касаясь переносицы. — Господи, ты немного ушиблась, не так ли?
— Ах, да, — мне удалось ответить, хотя мой голос был одновременно хриплым и пронзительным.
— Мне очень жаль, что я ударил тебя коленом по носу.
Скинув сумку с плеч, я бросила ее на пол и откинулась назад.
Джонни повернулся, чтобы посмотреть на меня, легкая улыбка тронула его губы. — Ты уверена, что не лукавила и не пыталась…
— Что — нет! — Я упиралась, качая головой. — Конечно, нет. Я действительно не хотела…а
— Расслабься, Шэннон, — усмехнулся он. — Я просто издеваюсь над тобой.
Да, он определенно издевался надо мной.
Моя способность дышать, например.
Мое неустойчивое сердцебиение было другим.
Джонни заерзал на своем сиденье, очевидно, пытаясь найти удобное положение, которое у него было до того, как я его потревожила.
— Я ненавижу путешествовать на автобусах, — объяснил он, когда, наконец, занял позицию.