Степень свободы

Когда мы продвинулись примерно на километр в глубь тоннеля, я перестал беспокоиться о возможной полицейской погоне. Зрячих кристаллов в канализации не было, людей, способных связаться с полицейским участком, тоже, а протяженность сети и ее разветвленность была так велика, что шансов настигнуть нарушителя в этом лабиринте не было никаких. Убегать тут куда проще, чем за кем-то гоняться. Зато был вполне вероятный шанс лишиться в лучшем случае головы, а в худшем – какой-нибудь менее важной для жизни части тела, например обеих ног, как это часто бывало с незадачливыми путешественниками по этим чудовищным катакомбам. Или очнуться с перебитым, а то и с перекушенным хребтом, что тоже случалось.
Мысли невольно крутились вокруг этой темы, хотя я старательно вытеснял ее из головы. Но чем дальше мы углублялись в тоннели, тем ощутимее рубашка прилипала к покрывшейся холодным потом спине.
На втором километре тоннель закончился тупиком, и нам пришлось выбрать одно из двух более узких ответвлений. Единогласно было решено двигаться по правому рукаву, хотя мы с Гафи прекрасно понимали, что с тем же успехом можно было сыграть в чет-нечет.
– Паршиво, что на приборной панели нет указующего кристалла, – вздохнул я.
Эхо моих слов заметалось под сводом тоннеля и умчалось прочь, в непроницаемую темноту за пределом освещенного фарой пространства.
– Ага, – невесело усмехнулся маг. – Еще хуже, что скутер не оборудован скорострельными спелганами. А насчет направления не волнуйся, все тоннели рано или поздно выходят к очистным блокам. Выберемся.
– Меня радует твой оптимизм.
– Спасибо.
Через полчаса пути воздух начал содрогаться от нечленораздельных выкриков, рычания, воя. Я и без того не очень уверенно себя чувствовал, а тут и подавно волосы по всему телу встали дыбом. У цвергов волосы в нашем понимании не росли, но было видно, что Гафи тоже не чувствует незыблемой уверенности в завтрашнем дне. Шутки шутками, но мы, спасаясь от преследования, умудрились оказаться в одном из самых опасных мест в Мире Пророчества.
Вскоре поток воды сузился, обнажив по бокам канала больше каменного пространства, а еще через несколько минут мы попали в огромный сводчатый зал распределительного коллектора, из которого во все стороны разбегались более узкие тоннели. Посреди озера, под сводом коллектора, покоился полузатопленный полицейский турбо-драйв. В свете нашей фары на стенах виднелись многочисленные следы попаданий бортовых спелганов.
– Кажется, тут была неслабая заварушка, – негромко произнес я. – Интересно, что завлекло патруль так далеко в глубь канализационной системы?
– Гнались за кем-то, – с иронией ответил цверг. – Погорячились.
Подъехав ближе, я притормозил над водой возле сбитого аппарата. Лобовое стекло драйва было выбито, внутри белели костями два сильно разрушившихся скелета, а обшивка зияла несколькими опаленными дырами – узкими, а не круглыми, с надорванными краями.
– Это не из спелгана, – приглядевшись, сообщил Гафи. – Похоже на удары энергоклинком.
– Очень мило… – поежился я. – Остановить турбодрайв в рукопашной схватке… Я был бы не прочь побеседовать с погибшими пилотами после их возрождения. Представить не могу, что тут произошло.
– С каких это пор, Бас, тебя потянуло на беседы с полицейскими? Я вот боюсь, что тебе не надо будет ни у кого ничего выяснять. Мы с тобой оба, скорее всего, получим возможность увидеть подобную сцену собственными глазами. Причем с нами самими в главных ролях.
– Ты всегда был склонен к пессимизму? – глянул я на спутника через плечо. – Или это последствия долгого пребывания под землей?
– Глупый вопрос. Но в любом случае шуточкам, тем более таким плоским, как твои, сейчас не место. Надо срочно делать отсюда ноги. Здесь нечто вроде перекрестка, поэтому обитатели подземелий всегда могут рассчитывать тут поживиться. Если в системе канализации и появляется кто-то, то он с очень большой долей вероятности окажется в этом месте.
Меня не надо было упрашивать. Качнув ногой акселератор, я на малом ходу направил машину в один из тоннелей.
 
– Труба ведет на юг, – прикинул маг. – Хороший выбор. Таким образом мы достигнем окраины города кратчайшим путем.
Путь, может, и был кратчайшим, но примерно через два километра, не встретив ни одного бокового ответвления, мы оказались перед массивной чугунной решеткой, перекрывавшей проезд.
– Тьфу, Шинтай! – Я зло сплюнул в грязную воду.
Если поначалу она пахла только текстильными красками, то по мере углубления в сеть канализационных коммуникаций все больше приобретала резкий аммиачный запах. Меня от него начинало подташнивать.
– Читая Пространство, не всегда имеешь возможность получить информацию о таких мелочах, – развел руками Гафи.
– Это мелочь? – скривился я. – Нам теперь пилить обратно несколько километров. А кристалл-кассета, предупреждаю, на исходе. И полной не была с самого начала. Мне бы из-за подобных мелочей не хотелось бродить тут пешком по пояс в дерьме.
– Твой кастер точно ее не пробьет?
Я прикинул толщину решетки и помотал головой.
– Ладно… – Маг виновато опустил взгляд. – Я буду внимательнее.
Развернув скутер на месте, я направил его в противоположную сторону, однако не проехали мы и километра, как снова уперлись в точно такую же решетку.
Я притормозил перед ней и оставил двигатель работать в режиме самого малого потребления энергии, чтобы он просто держал машину в сантиметре над гладью воды.
– Я не виноват, – на всякий случай заявил Алл, увидев, как побелели мои пальцы на рукоятке кастера.
– Не сомневаюсь, – ответил я. – Кто-то запер нас, как крыс в ловушке.
– Хороший способ, – одобрил цверг задумку наших таинственных недругов. – Не надо даже ввязываться в драку. Если все организовано только ради завладения нашим имуществом, то достаточно дождаться, когда мы умрем с голоду.
– Скорее от жажды. Не знаю, как ты, а я пить эту жижу не буду. Лучше сразу отстрелю себе башку.
– Вообще-то ее можно очистить магическим образом… – прикинул Гафи. – Но я не владею соответствующим заклинанием.
– А решетку нельзя открыть магическим образом?
– Можно. Я специально учился вышибать двери, окна и даже пробивать не очень толстые стены. В том числе защищенные чужой магией.
– Так какого Шинтая ты мне мозги пудришь? Надо было ту, противоположную решетку ломать! Поехали!
– Ничего не выйдет, – устало махнул рукой цверг. – Эти решетки защищены такой магией, которая мне не по зубам.
– Что за чушь? – удивился я. – Ты же у меня на глазах снял со стекла защиту, установленную магом из охранной фирмы! Они денег зря не получают!
– Там другое… – Маг покачал головой. – В охранных предприятиях работают выпускники Университета. Их магия стандартна. А тут… Я не знаю, как организована блокировка, поэтому не могу ее снять.
– Хочешь сказать, что тут задействована Дикая Магия? – осторожно уточнил я.
– Именно так. Я не знаю, что делать.
– Вот Шинтай! – Я в сердцах стукнул кулаком по рулевой стойке.
На всем пространстве Истинной Империи, да и в землях тэнки тоже, Дикая Магия была запрещена давным-давно. Но что значат законы верхнего мира для жителей заполненных тьмой подземелий? Ничего. Понятное дело – монга не приняли бы в Университет, а потому если он пожелает воспользоваться магией, то она будет Дикой. По определению. Возможно даже, что полоумным монгам она вредит меньше, чем людям. Человека Дикая Магия рано или поздно сведет с ума, а как свести с ума монга, который уже рождается сумасшедшим?
– В любом случае, нам лучше дожидаться своей участи у другой решетки, – заключил я, стараясь взять себя в руки. – По крайней мере, выход там.
Цверг ничего не ответил, а я развернул скутер и рванул его в первоначальном направлении. Вскоре снова пришлось притормозить у решетки.
– Говорят, безвыходных положений не бывает. – Прижав скутер бортом к препятствию, я ощупал частые массивные прутья.