Степень свободы

Маг добрался до входа в тайник и с недовольным кряхтением спустился вниз.
– Не знаю, стоит ли ему там мешать, – с сомнением произнес я.
– Лучше не надо, – подумав секунду, ответила Арда. – Если понадобимся, сам позовет.
Не успела она закончить фразу, как снизу раздался недовольный окрик:
– Вы долго там будете стоять, сонные мухи? Вас песком заметет!
Мы с Ардой переглянулись, и оба невольно прыснули смехом.
– Старик в своем амплуа, – негромко сообщил я.
– Посидишь несколько лет отшельником в одиночестве, еще не таким станешь, – с улыбкой заявила Арда.
– Ты думаешь, что на него так дурно влияет отсутствие представительницы противоположного пола?
– Я об этом даже не подумала, – ответила девушка. – Я имела в виду, что одиночество вообще не лучшим образом отражается на любой личности.
– Тогда нам с тобой это точно не грозит, – сказал я и первым спустился в подземелье.
Короткая лесенка привела меня в полутемную прямоугольную комнату, в которой над засыпанным песком полом висел камень Аруна.
Маг уже раскрыл свой мешок и расположил вокруг себя с десяток артефактов совершенно непонятного мне назначения. Как только к нам присоединилась Арда, он подманил меня рукой и вручил кристаллический кубик величиной сантиметров пятнадцать по грани. Точно такой же кубик он дал моей напарнице.
– Встаньте по обе стороны камня, – попросил Фарн. Чтобы не раздражать его лишний раз, мы поспешили выполнить указание. Цверг в это время собрал устройство из нескольких кристаллических призм, уселся на пол, положил его на колени и принялся вращать призмы одну за другой. Через несколько секунд в воздухе ясно прорисовался зеленый треугольник, одна вершина которого упиралась в мой кубик, другая в кубик, который держала Арда, а третья вершина входила в устройство мага. Пространство вокруг ощутимо завибрировало – нарастающий низкий звук перекрыл вечную песню ветра наверху. Сам треугольник тоже задрожал, по нему поплыли ярко-зеленые искры и разноцветные муаровые пятна. Вокруг самого мага возникло сияние. Призмы на приборе в его руках засверкали и зазвенели на все лады. Фарн продолжал их подкручивать, как бы настраивая музыкальный инструмент, пока аккорд звуков не сделался стройным.
Однако по лицу мага нельзя было сказать, что это принесло ему какое-то удовлетворение. Напротив, оно делалось все более угрюмым, и наконец цверг прошипел сквозь зубы имя Шинтая.
– Что такое? – не удержавшись, спросил я.
– Помолчи, если тебе не трудно, – пробурчал маг.
Я прикусил язык, а Фарн занялся своим делом, то поднося к камню Аруна один свой прибор за другим, то прикладывая к нему ухо, то простукивая шлепками ладоней. Однако никакое из этих действий не привело его в благостное расположение духа. Минут через пять он окончательно психанул, длинно выругался на древнем языке цвергов и уселся на пол.
– Долго вы будетет стоять там, как столбы? – спросил он у нас.
Я решил, что эта реплика ответа не требует. Мы с Ардой просто положили кубики у его ног. Некоторое время под потолком тайника висела напряженная тишина. Наконец Фарн подал голос:
– Этот камушек сложней, чем я думал, – постепенно успокаиваясь, сказал он. – С одного раза мне его разгадать не удастся.
– Возвращаемся? – спросил я.
– Дело не в этом, – ответил он. – Для исследования мне не хватает кое-какой информации. – В принципе я понимаю, как эта штука устроена, но нужна технология, при помощи которой можно детально понять структуру камня. Я никогда не занимался изучением столь сложных артефактов, тем более имеющих отношение к древним сидам.
– Это не артефакт, и сиды его не создавали, – вклинилась в разговор Арда. – Этот камень – очень редкий магический минерал, возникший, скорее всего, за пределами Мира Пророчества.
– Ты хочешь сказать, что он является порождением космоса? – сощурившись, глянул на нее маг.
– Да. Сиды уверены, что оба камня Аруна являются фрагментами кометы, рухнувшей в древние времена почти в центр материка Атрея.
– Той, что принесла арраунов? – удивился я.
 
– Видимо, да, – кивнула Арда. – По крайней мере, так говорят.
– Похоже на то, – задумчиво произнес Фарн. – В любом случае, я могу смело утверждать, что ни с чем похожим мне никогда не приходилось сталкиваться.
– И что нам делать? – напряженно спросил я.
– Я думал, что нужная для исследования информация содержится в книге древнего мага Би Грауфа, – сказал цверг. – Но слова Арды меня смутили. Дело в том, что Грауф занимался теорией сложных артефактов, созданных сидами. Но если камень Аруна действительно является порождением космоса, то нам нужна совершенно другая книга. Это трактат о фундаментальной космогонии, созданный в Истадальском Университете в то время, когда я еще не был отшельником.
– Значит, книга должна быть в университетской библиотеке, – предположил я.
– В библиотеке она точно есть, но не в университетской, а в городской.
– Там, где хранятся секретные архивы? – догадался я.
– Именно, – кивнул Фарн. – Этот труд содержит информацию, которую лучше не знать даже выпускникам Университета, не говоря уж о том, что они могут разболтать ее всем остальным. В этой книге написано и доказано, как зарождалась Вселенная, как возникли все семь разумных рас и раскрыты многие еще более серьезные тайны.
– Ничего себе! – воскликнула Арда. – Я знала, что такая информация существует, но не думала, что она объединена в один труд.
– В существовании книги сомнений нет, – ответил маг. – Более того, я даже знаю, в каком архиве содержатся эти данные. Правда, я не думал, что представится случай в нее заглянуть.
– Ты хочешь сказать, что тебе, бывшему преступнику, а ныне отшельнику, дадут эту книгу? – удивленно спросил я.
– Нет, конечно! Но ты ее похитишь.
– Веселый оборот дел. – Я не удержался и почесал макушку. – Ты это серьезно?
– Вообще-то книга нужна не мне, а тебе, – напомнил цверг. – Без нее я просто ничем не смогу тебе помочь.
– Конечно, на моем счету немало дел, которые любой суд сочтет опасными для общества, но это, пожалуй, слишком. Интересно, какой численности понадобится отряд, чтобы он мог штурмом взять городскую библиотеку. Там же служба безопасности, которой позавидует главный банк Велланского союза!
– Никакого отряда не будет, а вот одиночка способен это сделать. К тому же насчет главного банка ты перегнул, архивы библиотеки охраняются не так строго, как тебе кажется.
– Но пропуск мне туда не выдадут однозначно, – с уверенностью заявил я.
– Я на это и не рассчитываю, – пробурчал маг. – Но за недельку я тебя натаскаю так, что ты сможешь провернуть этот фокус.
– Натаскаешь? – с опаской переспросил я.
– Конечно. Тебе придется наконец изучить некоторые приемы магии.
– Но у него нет Печати Мага! – воскликнула Арда. – Он же не учился в Университете.
– Она ему не понадобится, – спокойно ответил Фарн. – Дикая Магия позволяет куда больше, чем тебе, девочка, кажется.
– Но это опасно! – Арда округлила глаза.
– Иногда опасно бывает даже поесть в ресторане, – урезонил ее цверг. – Он же не собирается заниматься Дикой Магией вечно, а от десятка произнесенных заклинаний ничего с ним не сделается. В любом случае, другого способа понять структуру камня Аруна я не знаю. Вам выбирать!
Мы с Ардой переглянулись.
– Ладно, поехали обратно, – произнес я как можно спокойнее. – Там разберемся.
Фарн собрал свои штуковины в мешок, закинул его на плечо, и мы телепортировались в его жилище.
Честно говоря, его предложение застало меня врасплох. Я никогда всерьез не думал об изучении магии. В Университете учиться мне было лень, а Дикая Магия слишком вредна для здоровья, чтобы я взялся в ней упражняться. Но и отказываться от мечты мне не хотелось. В конце концов, мне нередко приходилось рисковать здоровьем и даже попаданием в Призрачный Мир по куда менее важным для меня поводам. Например, прыгать под лучами спелганов и кастеров, когда я влип в историю с Шарки Шаном. Останавливаться теперь, когда цель так близка, мне тем более не хотелось. Мы с Ардой сели в кресло возле стола, а Фарн отправился в лабораторию, чтобы отнести инструменты на место.