Приключения либроманта 3 (СИ)

— А нам? — хором завыли остальные волшебницы.
— Не маленькие. Сами соберёте, — хмыкнула друидка и мотнула головой в ту сторону, откуда пришла, — Там этого добра теперь полно.
Такие вот кудесницы в стране растут. Я тут как-то подумал и пришёл к выводу, что если эту компашку настропалить и пустить по любой территории, то после себя они оставят либо выжженную землю и лунный ландшафт, либо благоухающие поля и сады. 
А ещё меня терзает один вопрос: раз уж будущие профессии так сильно влияют на специализацию волшебниц, то что будет, если со мной в кровати окажется студентка ветеринарного института? Она станет анимагом? А если да, то в какого зверя она сможет оборачиваться?
* * *
Дублин — это не только столица Ирландии, но и самый большой город на острове, а заодно и главный порт страны. А для советского человека он ещё и желанная "заграница", причём, капиталистическая. То есть, самой высшей пробы и сложности попадания туда.
Как ни упирались некоторые чиновники — перестраховщики, а всё-таки пришлось им пойти на то, чтобы отправить нас в Дублин за неделю до начала конкурса. В большей степени тут помог авторитет дирижёра. Юрий Васильевич Силантьев вдрызг разругался с половиной Министерства Культуры, доказывая, что для работы с незнакомым оркестром ему кровь из носа нужно не меньше недели на притирку и репетиции.
Короче, изображая из себя мучеников и страдальцев, чиновники сдались под натиском именитого дирижёра с таким видом, словно они эти несколько несчастных дней зарубежной командировки от себя отрывают. Зато на командировочных отомстили. От всей широты своей советской души выделили нам по восемь ирландских фунтов в виде суточных. Хорошо, хоть предупредили, что гостиница и завтрак в ней уже оплачены.
— Настя, собирай всех девчонок в своём номере, брат с севера приехал, подарки привёз, — поймал я руководительницу нашей танцевальной группы около витрины сувенирного ларька, что находится в фойе гостиницы.
Для обычной девчонки из Чувашии товар на витринах ларька был абсолютно непонятен. Да, красиво и оригинально, но почему оно столько стоит? Глиняная, а то и вовсе гипсовая фигурка, раскрашенная под лепрекона, не может стоить дороже нескольких пар джинсов. В голове честной советской девушки такое соотношение цен попросту не укладывалось, оттого она и отозвалась не сразу, зависнув над витриной с вытаращенными глазами и проводя в голове сложные математические вычисления. По всему получалось, что если джинсы в Чебоксарах стоят двести тридцать рублей, то сувенир чуть ли не на тысячу с лишним тянет. Нет, никак не может безделушка, лишённая хоть какой-то художественной ценности, стоить, как цветной телевизор и холодильник вместе взятые…
Я как раз возвращался после переговоров с администрацией, закончившимися к обоюдному удовольствию. Нам с Галкой, вместо двух одиночных номеров, выделили шикарный номер для новобрачных. Да, я заплатил денег за разницу в цене номеров, и не мало, презентовал две здоровенные банки чёрной икры, сопроводив их достойным коньяком, зато цель была достигнута. И это главное. Для меня всегда важен результат.
Я, своим подходом к переговорам, похоже неслабо поломал сложившийся стереотип о советских гражданах в головах той пары администраторов, с которыми пришлось решать вопрос о замене номеров, но какая мне разница. Вот уж к чему я никак не смог привыкнуть за всё время пребывания в СССР, так это к тому, чтобы ради соответствия какому-то собирательному образу об облике советского человека, мириться со снисходительным отношением к себе. Именно поэтому я сейчас и собрался поговорить с нашей танцевальной группой. Поверьте, восемь фунтов в день — это весьма невеликие деньги по меркам европейцев. Ирландия сама по себе очень дорогая страна. Достаточно сказать, что она "дороже" Англии. Обычный билет на электричку в одну сторону до Белфаста, к примеру, как раз стоит ровно восемь ирландских фунтов, или равен нашим суточным деньгам, выделенным нам на эту поездку.
 
— Так, солнышки мои. Отчего-то я не наблюдаю радостных мосек. Чего пригорюнились? — с шумом завалился я в Настин номер, который она делила с ещё одной симпатичной девахой, а сейчас тут собрались все четверо танцовщиц, — Дед Мороз в этом году уже ко всем приходил, а Санта Клаус вас ещё не навещал.
Действительно, я припёрся к девчатам, как истинный Санта Клаус. Даже зелёный колпак не поленился загодя вытащить, разыскав его в каком-то местном каталоге.
— Думаем, как питание организовать, — слегка тормознуто попыталась донести до меня свои трудности Настя.
Нет, так-то я её понимаю. Одним завтраком в гостинице сыт не будешь, а когда небольшой пирожок, который видишь на витрине буфета, имеет цену фунта в два — три, то поневоле начнёшь нервничать и жалеть, что мало тушёнки и кильки в томатном соусе с собой прихвачено.
— Всё учтено могучим ураганом, — источал я во все стороны волны оптимизма и максимум настроения бесшабашности, словно реальный Санта, — Продовольственные пайки и денежное вспомоществование уже прибыло. Получите и… Впрочем, нет, расписываться не надо. Просто разбирайте подарки. Распространяться про них нежелательно. Считайте, что это помощь от компартии Ирландии, — добавил я под конец таинственным шёпотом, — А у них сейчас с Англией чуть ли не война. Так что благодарим людей молча и языки придерживаем.
Чего не отнять у Советского Союза, так это системы промывания мозгов. Перед поездкой каждый из нас выслушал по две трёхчасовые лекции на тему "Ирландия — страна контрастов". И вроде бы далеко не глупые люди нам про эту страну рассказывали, но вот чего-то полезного мы узнали не так-то и много. Если один из мужиков может быть и побывал в Ирландии лет десять назад, то второй лектор точно нет. Пусть он и силён был в перечислении социалистических ценностей и причин преобладания социализма над всеми остальными государственными строями по любым параметрам, но как оказалось, что он даже названия городов в Ирландии не знает. Как не знает ни цен на товары там, ни жизненных реалий. Таких простейших, как цена на булку хлеба или стоимость поездки на такси.
— Держите подарки. В каждом пакете есть конверт, его не теряйте, там местные деньги. Продукты не экономить. Обратно в Союз их могут не пропустить, а я дня через три ещё раз вам примерно такой же продпаёк выдам.
Про то, что продукты обратно в Союз не пропустят, я специально приврал. Девчонкам надо будет танец выдать на высшем уровне и нормальная еда им попросту необходима, как тем же спортсменам. Они же по несколько часов в день скачут. Признаюсь, было у меня в мыслях зарядить им кроссовки. К примеру, артефактами на снижение веса или мигающими подошвами. Но нет. Посмотрел ещё раз скачанные с интернета выступления участников конкурса Евровидение — 81 и решил, что оно того не стоит. Настин коллективчик и без магических приблуд всех порвёт своим танцем. Те англичане, что в моём времени этот конкурс выиграли — это от силы неплохой самодеятельный ансамбль, и до профессионалов им очень далеко. Как по мне, так ни петь, ни танцевать англичане не умеют, всё исполняют на твёрдую троечку, и не более того. Зато девчонки у Насти чудо, как хороши. Лёгкие, с высоким прыжком и изумительной синхронностью отточенных движений. Настоящие машины танца. А ещё фигуристые и глазастые.
Им всего-то надо создать необходимый настрой и задать кураж, и они покажут всей Европе, что такое танец летающих кроссовок. И для того, чтобы у них пропала зажатость и они почувствовали в себе уверенность, я сегодня вытащил зелёный колпак. Пусть девушки прогуляются по столице Ирландии принцессами, с гордо задранными носиками, а не нищенками, сжимающими в потной ладошке сэкономленные на питании суточные.
 
Женское любопытство — это великая сила!
— Ананас! Смотрите, настоящий ананас! А это что? Неужели… Девчонки, убейте меня, но это манго! Я его по картинке узнала.
— Никогда такой твёрдый сыр не видела. А вот за бутылку красного вина отдельное комсомольское спасибо нашим ирландским товарищам!