Эффект Робинзона Крузо
Возникает вопрос, ведь столько стран, политических и экономических союзов, блоков на планете Земля — принимают ли они участие в перекраивании мировой карты? Кто–то из них становится статистом, кто–то пешкой или разменной монетой в большой политической игре. А настоящих игроков на порядок меньше, некоторые из них находятся периодически в теневом секторе. Между государствами неизбежны столкновения, правила игры не предполагают такого развития событий, поэтому страны вынуждены формировать коалиции, конфликтовать и заключать мир в зависимости от ситуации. Политика любых стран осуществляется всегда в их собственных интересах и никогда в интересах чужих. Как говорится «своя рубаха ближе к телу». Военная слабость никогда не была залогом безопасности и, наоборот, всегда являлась притягательным фактором для потенциального агрессора. «Народ, который не желает кормить свою армию, будет кормить чужую», — цитата, приписываемая французскому императору Наполеону, как нельзя лучше отражает положение вещей. Когда мы говорим, что цель мировой политики — борьба за ресурсы, то направление и скорость реализации задач зависят от следующих факторов:
• Ресурсы всегда ограничены, следовательно, надлежит быть всегда первым. И неважно, в каких направлениях: пилотируемые полеты в космос или разработка месторождений полезных ископаемых и их добыча;
• Ничьих ресурсов не бывает. Если ресурсы не контролируют белые, значит, эти ресурсы будут в распоряжении черных;
• Сохраняя контроль над имеющимися ресурсами, игрок попытается взять под контроль чужие ресурсы и заставить их работать на себя.
Геополитические войны имеют разновидности. Это не только имевшие место в истории военные агрессии, но и другие способы влияния: информационные, культурно–социальные, религиозные и этнорелигиозные, политические и особенно торгово — экономические, которые являются стержнем современной экспансии. Если у игроков на политической карте нет возможности вести войну всех перечисленных типов, то в долгосрочной перспективе он обречен на проигрыш. Для долгосрочного присутствия на геополитической сцене игроки должны располагать ресурсами для всех типов войн:
• вооруженными силами — для ведения глобальной, региональной и локальной войны;
• автономной финансово–экономической системой, от которой зависят другие участники геополитической игры;
• уникальной и значимой для мира идеологией (проектом), как ресурсом для ведения психоисторической войны.
Еще один элемент, который является топливом и энергией для ротации мировых доминантов, дающий смысл и надежду другим игрокам для постоянной борьбы за мировое господство, является пресыщение цивилизованностью. Знаете, удовлетворение нейтрализует желания. Степень цивилизованности определяет стадию развития или краха цивилизации. Когда удовлетворение нейтрализует желание: имеющие самое совершенное оружие, не хотят служить и умирать за родину; доминирующие в мире финансов и экономики, перестают инвестировать в будущее и накапливают риски и проблемы; обладающие идеологическим превосходством, перестают следовать своим же идеалам. В итоге, насытившийся цивилизованностью геополитический игрок начинает проигрывать тем, кто двадцать лет назад был лишь пылью у ног, а ведь внешне принципиально ничего не изменилось. Такие увядающие, пассивные политические игроки требуют перезагрузки и нового топлива, иначе их ждет вырождение и гибель. Многие мощные политические игроки канули в лето истории. К примеру, сегодняшняя Австрия и Греция, Египет явно не геополитические игроки, чего не скажешь о прошлых временах. А многих игроков уже нет на мировой карте. Те игроки, которые прошли перезагрузку — сохранили контроль над геополитическим проектом и перешли на следующий уровень, как это успешно выполнено еврейскими, американскими и англо–саксонскими элитами. Поэтому основной стратегической целью игроков является формирование геополитической триады (военной, торгово-экономической, идеологической) и подбрасывание топлива в костер цивилизованности. Ведь наступает момент, когда некая степень цивилизованности способствует не эволюционированию, а деградации.
До 1920 года в мировой истории было огромное количество примеров геополитических сражений, некоторые игроки сменяли друг друга, некоторые оставались в числе неизменных, но применяемые методы и способы борьбы оставались такими же, как и раньше, иногда усовершенствовались.
Первый пример, который как нельзя лучше демонстрирует геополитические интересы Суши и их реализацию по отношению к Морю, связан с правлением Пётра I Великого в конце 17 — начале 18 веков. Всем известный исторический факт того, что император Петр «прорубил окно в Европу» в Петербурге, затмил другое историческое событие, а именно то, что Рига и Таллинн стали русскими городами в XVIII веке, сделавшись базами русского флота. «Окно прорубили» еще в Прибалтике для того, чтобы обеспечить выход к Балтийскому морю. После этого началось строительство действительно мощного флота. До прихода Петра к власти Русское царство владело только двумя морскими побережьями: на Белом море и на севере Каспия. И оба были бесперспективными. Сухопутная держава, зажатая на континенте, искала варианты выхода к морю. На пути к Балтийскому морю стояла Швеция, которая по Столбовскому мирному договору забрала предыдущие русские земли и полностью заблокировала России выход к морю, а значит и к мировой торговле. На тот момент Швеция была одной из сильнейших держав, поэтому воевать с ней, было бы безрассудством. Движение в сторону Азовского и Черного моря, с последующим выходом в Средиземное преграждала ослабевшая Турция. Ситуация на этом направлении была благоприятной и с политической точки зрения. Не то, что надежда на помощь европейских стран, а хотя бы надежда на отсутствие с их стороны активного противодействия. В тот момент времени существовал военный союз между Россией, Польшей, Австрией и Венецией, направленный против Турции. Первой попыткой реализации геополитических интересов была осада турецкой крепости в устье Дона, которая закрывала выход к Азовскому морю. Петр терпит неудачу и задумывается о строительстве флота. Уже с первыми кораблями, галерами и брандерами Петр возвращается в устье Дона и в результате шестичасового штурма берет крепость. В 1696 году Боярская дума с Государем решают расширить программу строительства кораблей до 77. Технологию строительства кораблей флота берут у ведущих кораблестроительных державах: Голландии и Англии. Геополитический фон того времени, когда Петр I принимал решения, выглядел так: англо–французское противостояние по всему миру и главенствующая роль флота в этом соперничестве. В тот период силы Франции и Англии были примерно равны на море, а вот на суше Франция, имевшая большую численность населения, обладала преимуществом. Именно недостаток сухопутных войск и восполняли англичане путем субсидирования других стран для войны против Людовика XIV де Бурбона.
Противостояние Англии (Море) и Франции (Суша) будет еще происходить очень долго за политическое и военное господство на планете. Оно проявляется в дальнейшем и в войнах революционной Франции, и в войнах Наполеона. Война за колонии, деньги и ресурсы — это были стратегические интересы. А формальный, тактический повод — это политический династический ход французского короля Людовика XIV. Французский король решил посадить на трон Испании своего внука, что могло привести к слиянию Франции и Испании в единую страну. Такая консолидация не устраивала в первую очередь англичан. И поэтому Лондон довольно быстро собрал антифранцузскую коалицию за счет денег. На фоне таких геополитических событий, Дания и Речь Посполитая предлагает русскому царю вступить в тайный союз, направленный против Швеции (Стокгольм имел союзнические отношения с Лондоном), и совместными усилиями ослабить и уничтожить оппонентов. Россия резко заключает мир с Турцией, а датский король Фредерик IV открывает боевые действия против Швеции, вторгается в германские владения шведов — княжество Гольштейн, со столицей в портовом городе Киль. Россия настолько быстро поменяла геополитический сценарий, что даже отказалась от главного требования у турок: права хождения русских судов по Черному морю. Но король Карл XII при поддержке англо–голландского флота неожиданно высаживается под стенами Копенгагена и принуждает капитулировать датчан. Россия теряет одного из союзников и главного инициатора военных действий, и оказывается лицом к лицу со шведской армией под Нарвой, где терпит поражение, имея превосходство по численности. В этой битве артиллерия досталась шведам, и Петр отдаст приказ переплавлять в пушки церковные колокола. Карл не добил Россию, посчитав дело завершенным, не постарался заключить мирный договор, а ушел воевать с польским королем.