Эффект Робинзона Крузо
Это людям свойственно совершать злые или добрые дела. В произведении Михаила Булгакова «Собачье сердце» есть замечательная цитата:
«Что такое эта ваша разруха? Старуха с клюкой? Ведьма, которая выбила все стёкла, потушила все лампы? Да её вовсе и не существует. Что вы подразумеваете под этим словом? Это вот что: если я вместо того, чтобы оперировать каждый вечер, начну у себя в квартире петь хором, у меня настанет разруха. Если я, входя в уборную, начну, извините за выражение, мочиться мимо унитаза и то же самое будут делать Зина и Дарья Петровна, в уборной начнется разруха. Следовательно, разруха не в клозетах, а в головах. Значит, когда эти баритоны кричат «бей разруху!» — Я смеюсь. Клянусь вам, мне смешно! Это означает, что каждый из них должен лупить себя по затылку! И вот, когда он вылупит из себя всякие галлюцинации и займётся чисткой сараев — прямым своим делом, — разруха исчезнет сама собой.»
Поступки совершают обыкновенные люди, неважно как их называют: неблагородными, злыми, нецивилизованными. Философия порождает психологизм, а психологизм порождает поступки человека — степень сопротивления в определенных условиях. Поэтому психологической подготовке всегда уделяется ключевое внимание. Научить человека на мотоцикле ездить не проблема, и медведи в цирке по вертикальной стене на мотоциклах ездят. А вот принять психологию, то есть заставить себя не бояться скорости, подчинить себе мотоцикл, который в три раза больше тебя по весу — вот это важно!
И правильно сказал один специалист в этой области, что если глупому человеку дать мотоцикл в 150 кубиков, даже если в нем будет 1 лошадиная сила — он обязательно убьется. А вот другому человеку можно дать 2‑х литровый мотоцикл — и никаких проблем с человеком не будет. Философия определяет уровень интеллекта. Тот уровень, который позволяет преодолевать интеллектуальные препятствия, который позволяет учиться. Именно философия позволяет качественно обучаться, потому что обучение — это всегда боль. Вообще любая перестройка его автоматических настроек для человека — всегда больно. И именно философия позволяет эту боль преодолеть.
Хотите признания — совершайте поступки. В контексте данной монографии в разделе психологического омовения, отметим и такой принцип. Признается только результат, как в книге рекордов Гиннеса. Она ярко демонстрирует, что подчеркиваются достижения. Наша цивилизация, в которой мы живем, подчеркивает достижения человека. Еще что важно, хороший спортсмен — не всегда хороший тренер, и хороший фотограф — не всегда хороший преподаватель. Объяснять очень мало людей умеет. Да и доносить до людей информацию с каждым годом все сложнее — они все цивилизованнее и цивилизованнее, у них нет причины впитывать знания, все в их жизни автоматизировано. Зачем цивилизованному человеку в условиях комфорта мучать себя — тренироваться, вникать в тематику, познавать устройство, когда дал команду «Окей, Google», и голосовой поиск к твоим услугам — ищи любой ответ на вопрос. Методология обучения пропала. И получается, как в произведении А. С. Пушкина «Евгений Онегин»:
«Мы все учились понемногу. Чему–нибудь и как–нибудь.»
Когда мы переходим к пятому шагу, нам требуется система тренировки. Сами мы ее разработать не можем, нам должен кто–то объяснить, как тренироваться в процессе жизни и деятельности. Это тот важный момент, когда у вас нет специально отведенного времени на тренировку. К примеру, в общих и специальных подготовительных упражнениях бокса есть такое понятие, как «прогулка или тропа боксера». Спортсмен во время ходьбы добавляет элементы приседа, скручивание туловища, наклоны вперед, выбрасывания рук вверх/вперед/вбок, нырки и уклоны — для синхронизации работы рук и ног. Ещё предшественники современного бокса, кулачные бойцы и воины, для развития специальных качеств, повсеместно применяли упражнения, заимствованные из трудовых и смежных процессов. Особенно популярны были упражнения, которые по характеру нервно–мышечной работы и по форме напоминали ударные движения бойца. К примеру, рубка топором деревьев и колка дров, копание земли мотыгой, удары молотом по наковальне, перекидывание камней и многие другие. Все они по своей структуре и характеру выполнения должны быть аналогичны боевым движениям боксёра, борца и т. д. Если мы возьмем профессию журналиста, то ваше общение каждодневное с родственниками, друзьями должно быть в форме журналистского интервью или журналистского расследования, тогда можно говорить, что вы тренируетесь в процессе жизнедеятельности и оттачиваете свой навык. Да хоть у кошек берите интервью, — вы втянуты в процесс, а значит плоды тренировок дадут о себе знать.
Все эти пять шагов — обязательное условие для быстрого и качественного обучения и приобретения практических навыков. Теперь предлагается рассмотреть небольшое уравнение с этими пятью элементами.
1. Историчность = события истории
2. Прототипологичность = персонажи и явления истории
3. Системы и механизмы; логические и тактические модели — проистекают из прототипа и передаются из поколения в поколение = инструменты истории
4. Философия, как в части систем отдельных философов, так и в части развития их взглядов в рамках философских школ, исторические типы философии = история философии (убеждений, взглядов)
5. Тренировка в процессе жизнедеятельности = история тренировки (жизни отдельного человека)
Все перечисленные элементы тождественны истории, по сути, это разные виды истории. Можно даже сделать вывод, что в мире существует только одна наука — прикладная история. Все прочие дисциплины происходят из истории. И ключевыми факторами истории выступают люди и события, а не время, не хронология. В наше время считают, что все науки происходят из философии. И это ошибка современной академической науки. Все науки историчны, а не философичны.
Академик Попов нам показывает, что вся система науки — это разновидности истории. Все науки происходят из истории: это опыт поколений, передаваемый до сегодняшнего дня. Почему все считают, что все науки произошли из философии? Потому что существуют философские категории, которые порождают научные категории. Что из них правда? И то, и то, потому что мы имеем дело с крестообразной системой координат: вертикально это философия, горизонтально история. Но если мы говорим о происхождении науки — она исторична. История развития науки доносит человеку самые актуальные научные данные в тот момент, когда он живет: что нам известно о человеке и окружающем его мире. То есть, по сути, можно изучать одну практическую и эффективную науку всю жизнь и потому все уметь. И таковая наука — прикладная история; Экспедиционный корпус изучает историю науки — такой объект нашего исследования, предметом же выступают механизмы власти и технологии.
Из ранее описанного заключаем: психологический аспект событий и людей, в них участвовавших, по актуальности и релевантности превалирует над временным аспектом истории, непосредственно с точки зрения практичности полученных знаний. Так, первый вопрос, который задаётся человек, получивший набор знаний, звучит «Как я могу это использовать в своей жизнедеятельности? В чём польза и практичность?» Хронология как переменный фактор мало в чём «поможет», с перспективы полезности и многофункциональности. Практическая психология же как ключевой объективный фактор истории, как наука о выполнении задач, способствует обретению смыслов — в частности, постижению великой тайны: что есть человек и на что он способен.
ГЛАВА 7 ЭФФЕКТ РОБИНЗОНА КРУЗО
История науки неоднородна, она не подчиняется законам эволюции.
История словно выстраивается из столкновения противоположных взглядов, стремлений, интересов, наложения нескольких исторических кадров друг на друга — она коллизийна. Так, ввиду разности восприятия, возникает фантомность событий и персонажей в исторический процессах и волнообразный технический прогресс. Но никаких исторических провалов (знали–забыли–восстановили) в техническом прогрессе не должно было быть.