Фантомы (СИ)
Он опустил руку и покрутил головой: за его спиной возвышалась горная гряда, в которой виднелась дверь, из которой он только что вышел и которая уже была закрыта. Насколько Мет понимал, никаких систем слежения в пещерах не было, видимо геронты были уверены, что никто без их разрешения из шахт не убежит, кем бы он не был, потому что изнутри шахты входную дверь в неё открыть было невозможно, либо было что-то такое, чего Мет ещё не знал и потому, будет ли его кто-то искать и когда, мог лишь гадать.
Куда нужно было идти он не представлял и выбрав направление наугад, неторопливо, насколько позволяла сила тяжести, зашагал в ту сторону.
* * *Шёл он уже долго, а идущая вдоль горы улица, казалось не имела конца. Благо, что местное солнце не досаждало и было не жарко.
Несколько раз Мет пытался перейти улицу, чтобы подойти к одному из местных зданий, но он неизменно упирался в какую-то невидимую стену, будто построенную жалящим энергополем и получив сильный энергетический удар, непременно оказывался на полотне улицы и поднявшись, возвращался на сторону улицы со стороны горной гряды.
После очередной неудачной попытки, он задумался, пытаясь понять, каким образом можно попасть в этот странный город.
«Неужели в город можно попасть лишь на каком-то летательном аппарате? Такого не может быть, — он механически покрутил головой. Значит должны быть какие-то ворота, или проход между домами, — потекли у него мысли, наполненные досадой. — Между домами я уже пытался, — он попытался хмыкнуть, но лишь издал громкий щелчок. — Значит ворота. Они должны быть как-то видны, — он покрутил головой и вдруг увидел чуть в стороне большую арку в доме. — А если это и есть ворота?»
Воодушевлённый своей догадкой, он направился к арке и вскоре беспрепятственно прошёл через неё и сделав пару шагов, остановился и закрутил головой, рассматривая этот странный город уже изнутри.
Перед ним вдаль уходила широкая улица, на которой, кроме деревьев, больше никого и ничего видно не было. В обе стороны от него тоже, как и вне города, шла радиусная улица, по которой иногда проскакивали такие же серые облачка, как и по улице вне города. В отличие от высоких зданий по периметру города, внутри здания они были невысоки и в основном белого цвета и если снаружи дома шли вплотную друг к другу, будто были единым целым, то внутри они стояли достаточно далеко друг от друга и пространство между ними было засажено невысокими кустами с красно-коричневой листвой без цветов, хотя, насколько Мет видел, листва на деревьях имела зелёный, но бледный цвет. Внутри города было очень ярко, хотя, насколько Мет помнил — снаружи было пасмурно. Он поднял голову и увидел чистое синее небо и яркое местное солнце. Это была более, чем непонятная метаморфоза.
«А ведь во дворе клана Туранов я видел точно такое же небо и солнце, — замелькали у него догадки. — Значит клан находится где-то внутри этого города. Где? — он покрутил головой. — Может быть когда-то удастся узнать? Но как отнесётся клан к моему побегу из шахты? Лучше к ним не соваться», — он опустил голову и механически покрутил ею.
Вдруг Мет услышал громкий окрик. Повернув на него голову, он увидел, однозначно, дастьена, который быстро шёл в его сторону, держа своё оружие направленное на него. Мет замер.
«Зачем?» — вошла в мозг Мета резкая мысль, когда дастьен остановился напротив него.
Мет замешкался, лихорадочно пытаясь выдумать причину своего появления внутри города. Вдруг он увидел что дастьен держит своё оружие лишь одной рукой, а в другой сжимает баночку. У Мета тут же мелькнула, как ему показалось, нужная причина.
— Я хочу пить! Где я могу напиться? — произнёс он на языке геронтов.
«Проваливай!» — получил ещё одну резкую мысль и оружие дастьена упёрлось ему в грудь.
Мет тут же вспомнил слова Слай Тарта, что геронты обрабатывают некоторых дастьенов и те не понимают речь.
«Я хочу пить! Где я могу напиться?» — отправил он уже мысль в адрес дастьена.
«Проваливай!» — вошла ему в мозг та же мысль.
Не зная, как поступить, — Мет высвободил своё поле, выстроил его в иглу и уже приготовился вонзить её в голову дастьена, как вдруг увидел идущих по улице нескольких человек, похожих на геронтов. Он тут же спрятал поле.
Оружие больно давило в грудь и Мет невольно сделал шаг назад.
Идущие по улице геронты совершенно не обратили на них внимания и повернувшись скрылись между домами напротив.
Мету вдруг, действительно, захотелось пить, тем более, что дастьен наклонил баночку и жидкость из неё капала ему под ноги, но почему-то не разбрызгивалась каплями по сторонам, а будто прилипала к покрытию улицы.
Мет опять выстроил своё поле в иглу, но вдруг убрал его и сунув руку в карман куртки, достал красный минерал, который взял из чужой шахты и протянул его дастьену, надеясь, что тот не только даст ему напиться, но и пропустит в город, где он сможет познакомиться с жизнью чужой цивилизации в чужой Вселенной.
— Пить! — произнёс он, указывая второй рукой на баночку с капающей жидкостью.
Неожиданно дастьен опустил оружие и закрутил головой, видимо осматриваясь — на улице, вокруг, никого не просматривалось.
Опять повернувшись в сторону Мета, он быстрым движением повесил оружие себе на шею, схватил нед и сунув его себе в карман куртки, таким же резким движением снял оружие с шеи и вытянул руку, в которой держал баночку в сторону Мета. Мет взял баночку и поднёс её ко рту, намереваясь выпить её содержимое.
Дастьен больно ткнул ему в грудь своим оружием, заставив поперхнуться жидкостью, которая оказалась почти не насыщенной тем, что он чувствовал, когда пил жидкость в шахте.
«Проваливай!» — получил Мет колючую мысль.
Состроив гримасу досады, Мет опустил руку с баночкой.
— Я заплатил! Пропусти! — прошипел он на языке геронтов.
Неожиданно дастьен приподнял оружие и ударил его тыльной стороной Мету в лицо. Мет резко дёрнулся, баночка выпала у него из руки и ею он схватился за лицо.
«Проваливай!» — получил он туже мысль, но она была самая колючая.
К тому же, дастьен опять воткнул излучатель своего оружия ему в грудь и розовый сполох в нём сделался ярче.
Мет опустил голову и увидев, что баночка уже откатилась достаточно далеко, разбрызгивая из себя жидкость, наклонился и вытянув руку в её сторону, вознамерился шагнуть к ней, как вдруг сильный удар твёрдым предметом в голову, бросил его в пропасть тьмы.
* * *Скорее всего, Мет очнулся быстро, так как почувствовал, что его кто-то волочит по твёрдой поверхности. Он крутанул головой и увидел, что его тянут через арку уже два дастьена.
Вытащив его на улицу вне города, они оставили его на ней, а сами направились в арку. Отомстить им своим полем Мет не решился.
Дождавшись, когда они скроются из вида Мет поднялся. В голове шумело. Он дотронулся до того места на голове, куда получил удар — там была небольшая шишка, но крови не было. Не было крови и на лице, хотя оно было припухшим — удар в лицо тоже был ощутимым.
«Гады! Когда-нибудь я до вас доберусь, если выживу здесь», — скользнула у него злая мысль.
Понимая, что почему-то отделался достаточно легко, состроив возможную гримасу досады, он развернулся, намереваясь продолжить прежний путь, как вдруг увидел, что на него летит серое облако. Удар получился такой силы, что он пролетел несколько метров и растянулся на очень жёстком покрытии улицы, осушив руки и обзаведясь ссадиной на лбу. Поднявшись, он, оглядываясь, вернулся по улице на сторону горной гряды и остановившись, принялся ощупывать ссадину.
Посетовав на свою невнимательность, он в очередной раз покрутил головой и вдруг увидел стоящего неподалёку человека, который смотрел в его сторону. Видимо он появился, когда Мет был внутри города и увидев происходящее событие, с интересом наблюдал за ним. Несомненно, это был человек, потому что его черты лица просматривались вполне хорошо. У него был гребень на голове, точно такой, какой имели роганы, его лицо было достаточно грубым, ближе к серому цвету, чем к светлому и он имел большие зелёные глаза, нос с горбинкой, светлые, а скорее всего седые взъерошенные, будто никогда нечёсаные волосы, хотя лицо было без волос и создавалось впечатление, что они на нём никогда не росли. Ростом он был примерно таким же, как и носитель Анр Барра, но выглядел достаточно коренастым. Его одежда была весьма невзрачной, сильно измятой и потёртой.