Прайм. Чужая земля (СИ)

Голова странной формы была сознательно изменена за счёт шлема. Нижняя часть лица не сильно отличалась от человеческого. Разве что была очень бледной. Такая же бледная кожа проглядывала в разрывах брони на руках и животе. К чёрной броне на бёдрах крепились чехлы для оружия.
Мне бы в голову не пришло так подробно изучать обычных мобов. Я просто не мог себе представить ситуацию, в которой скелет-воин приходит с работы и снимает свои доспехи. Это даже звучало, как полный бред.
Вот только Айтрин не были мобами, а значит можно было ожидать чего угодно. Вплоть до того, что крылья у них тоже всего лишь часть экипировки. Это было бы особенно интересно…
Желание попасть в логово Ратхаков в результате моих наблюдений только усилилось. Жаль, что это было невозможно. Вернее, я мог туда отправиться, но мне будут однозначно не рады. Слова старшей в паре девушки чётко обозначили отношение этой расы к Хомори.
Основой жизни моего класса был мориден. Странная энергия, которая возникала в момент гибели всевозможных существ и таинственным образом конденсировалась измененными для этих целей растениями.
"Вонь моридена", "враги"… Связка более чем очевидная. По всей видимости, Хомори наделали в Диаре немало всякого, за что местные жители их не любили.
Эта мысль заставила меня замереть на месте. К этому моменту я добрался до вершины склона. Впереди заманчиво возвышались уходящие в сумерки леса ряды деревьев. Вывод был неожиданным и удивительно логичным. Хомори были не из Диара.
Вот так. Одной случайной мыслью можно было сделать для себя настоящее открытие. Я давно избавился от глупого убеждения, что новую фракцию ввели в игру разработчики Прайма.
Слишком это было сложно. Слишком много моментов было учтено и продумано. И вот теперь я получил ещё одно подтверждение своим выводам. Раса Хомори появилась в Прайме сама. Её представители вели подготовку к этому моменту очень долго. И, когда время пришло, появились первые изменения в алгоритмах системы. А потом появились мы — местные носители этой силы. Вирус, запущенный в систему Прайма и ведущий к расширению влияния Хомори.
Для чего? Детище Жилина оставалось игрой, несмотря на все изменения и шумиху вокруг неё. У неё не было связи с реальным миром. Если заткнуть вопящий голос рассудка, то можно было представить себе захват цифрового мира специально подготовленным для этого видом существ. Вот только смысла в этом не было. А такие масштабные мероприятия всегда имеют очень серьёзные основания.
Невозможно заставить целую расу или даже большую группу существ работать долго над чем-то, не имея конкретной цели. Просто у меня пока что было слишком мало информации и я не мог эту цель понять.
Мне пришлось ненадолго прерваться и сосредоточиться на коротком броске. За минуту мимо пронеслось три пары скаутов. Мобы патрулировали границу зоны происшествия. В любой другой ситуации это не представляло проблемы. Тропу монстров можно было пересечь даже без помощи навыков. Мне же придётся совершить настоящее путешествие длинной в пять метров всего за пятнадцать секунд. Именно столько времени было между каждой парой монстров.
Я поднялся в полный рост и начал движение, когда новая пара ещё только показалась в поле зрения. Шаг, другой… Мимо пробежали закованные в хитин чудовища и я максимально ускорился, а потом просто упал вперёд, вцепившись в камень возрождения изо всех сил.
Получилось! Дальше брел уже не останавливаясь и постоянно прислушиваясь к окружающим звукам.
На данный момент у меня было три основных точки интереса. Прайм, Диар и неизвестное пространство, откуда пришли Хомори. Что это такое не так важно. Другая планета, параллельный мир или плод воображения неизвестного существа… Любой вариант был одинаково безумным. Как и все мои рассуждения на эту тему.
Нужно было исходить из фактов. Факт первый — Хомори ведут подготовку к полноценному появлению в Прайме. Вторжение это будет или визит вежливости с пышным банкетом пока неясно. Хотя, судя по реакции Ратхаков, тарталеток с икрой точно ждать не стоит.
 
Факт второй — без помощи и поддержки местного населения у Хомори нет шансов. Потому что нет. Иначе они бы давно обошли такой сложный момент, как вербовка обычных игроков. Только я лично активировал целое убежище в стартовой зоне и внёс кучу изменений в алгоритмы игры. При достаточном количестве подобных носителей вируса, заражение будет очень быстрым. И это речь идёт только о стартовой зоне шестого сервера, где теперь никого не удивишь появлением НПС запредельного уровня или никому неизвестными мобами.
Факт третий — в Диаре ситуация развивалась похожим образом, но без деталей я не мог понять на какой стадии завис этот мир. Ратхаки победили? Или они уничтожены и я оказался возле последнего очага сопротивления? Неизвестно, но Хомори здесь очень не любят и это четвёртый факт.
С направлением движения я определился ещё во время наблюдения за офицерами Ратхаков. Мне нужно было на восток. Шанс встретить в необъятных лесах Диара хозяина напавших на одного из крабов модулей был исчезающе мал, но он был в разы выше, чем вероятность выжить при масштабной зачистке леса воинами Ратхаков.
Мне нужно было прояснить ситуацию. Если где-то рядом был представитель Хомори, то я наверняка смогу найти с ним общий язык.
Тот же Рисай был достаточно дружелюбно настроен. Это, кстати, был ещё один интересный факт. Комплекс испытаний Хомори, под завязку забитый невероятной мощи модулями, однозначно находился в Диаре. Видимо, мастер скрывался от местных в каком-то аналоге убежища, которое было доступно только для избранных.
Значит до окончательной победы исследовательского корпуса было ещё далеко. Других причин прятаться в горах от всех у Хомори не было. Следовательно, конфликт двух рас или ещё не начался, или завершился поражением чужаков.
А ещё меня занимал один странный вопрос. По большому счету, ответ на него ничего мне не давал, но любопытство жгло изнутри.
Я достаточно удалился от зоны патрулирования скаутов. За десять минут мне не встретились ни одного Ратхака. Я решился снять маскировку. Скорость выросла всего раза в три, но я хотя бы перестал чувствовать себя умирающей улиткой. Дальше двигался на рывках, безжалостно расходуя остатки энергии.
Ратхаки. Кто они? Если в Прайме игроками были люди, то логично было предположить, что увиденные мной Айтрин тоже не были простыми НПС. Они свободно рассуждали о системных параметрах и уровнях. В Прайме никто из персонажей не владел такой информацией и не пользовался подобной терминологией.
Можно было предположить, что увиденные мной существа были игровыми аватарами? Что их хозяева лежат в своих квартирах в уютных коконах и играют в свой аналог многопользовательской игры? Можно! Сейчас я вообще мог предполагать что угодно. Вот только отношение к этой игре у местных было совсем другим. Словно она была действительно важна. Словно…от неё очень многое зависело…
***********
Диар.
По ветвям деревьев неслась стремительная тень. Вика по откату использовала все доступные навыки, чтобы ускориться. Спешка уже стоила ей двух модулей, но других вариантов не было.
В Чаще всё слишком быстро менялось. Ей нужно было преодолеть огромное расстояние, по местным меркам, и без проблем это сделать было невозможно.
Часть мобов могла преследовать жертву по верхним путям. Внизу лес кишел хищной живностью. И это для девушки было уже привычно.
В первые дни ужас вселял каждый встреченный монстр, а сейчас поистине жутко становилось только тогда, когда чудовища вокруг исчезали. Когда вопли Архилов внезапно обрывались в самом начале.
Означать это могло только одно — в Чащу пришли Ратхаки. Это были самые жуткие монстры в местной иерархии. Многочисленные, организованные, дисциплинированные… Иногда Вике даже казалось, что уродливыми хитиновыми существами повелевает настоящий разум, а не игровой алгоритм.
Появление Ратхаков всегда сопровождалось шумом падающих деревьев и тишиной в лесу. Скауты безжалостно уничтожали любые опасности в зоне работы крабов. Для них не было разницы кто мешает выполнению задания. Огромный хищник или безобидный падальщик.