Снова моя (СИ)

- А добиваться его угрозами и использованием своей власти – это вершина благородства?
То, что Ветров не нашелся с ответом, разлилось внутри жарким мстительным удовольствием. Даже мурашки рассыпались по коже.
- Вот только знаешь, что Ветров? Ваня сорвался потому, что любил меня. А ты просто никак не можешь принять, что тебе такому богатому и крутому отказала какая-то там я, которая когда-то растекалась лужицей у носков твоих брендовых ботинок. И поэтому совершаешь низкие, мерзкие поступки, разрушаешь людям жизни. Неужели думаешь, тебя за это все полюбят?
Сдавленно выдохнув, он отвернулся к окну. Сжал оплетку руля так, что побелели пальцы, потом уронил на колени руки.
- Я не знаю, за что любят, Злат. Отец, например, любит то, что я иду по его стопам и успешно развиваю бизнес. Мать – то, что, смогла не только вовремя залететь – до того, как отец налево уйдет, благодаря чему подольше женой побыла – но и сына родить. Она за это до конца дней в шоколаде. Френды мои и телки любят бабло и понты. А именно меня… Меня любила только ты. И я не могу понять за что. Я ведь… Как ты правильно сказала всего-то смазливая мордашка с мажорскими понтами. Как был, так и остаюсь.
У меня был готов ответ. Но я его не дала. Горечь и даже какое-то отчаяние, звучавшее в каждом слове, сказанном мужчиной, были такими искренними. Словно сейчас в эту минуту со мной был тот парень, которого никогда не существовало. Тот, кого я любила всем сердцем, всей своей юной и наивной душой. Любила так, как любят впервые в жизни. Так, как любят только один единственный раз.
Словно под всей этой броней из наглости, сарказма, подлости и цинизма находилась ранимая душа. И сейчас, на пару минут, мне дали ее увидеть, к ней прикоснуться.
- Ты тогда казался мне другим. Я с тобой впервые в жизни чувствовала себя счастливой. Защищенной. Чувствовала, что не одна.
Я потянулась к дверной ручке, чтоб выйти из машины.
- Я отвезу, - глухо сказал Ветров.
И отвез. Молча. Но это молчание было красноречивее всего того, что было сказано с первой секунды нашей новой встречи. Потому что в нем не было ни подлости, ни цинизма, ни лжи.
Глава 16
Следующие несколько дней были самыми обычными. Работа. Дом. Снова работа. Если бы заказчиком проекта торгового центра, над которым я работала, не значился Ветров, можно было бы попытаться представить, что все события минувших недель просто приснились мне в каком-то очень длинном и очень плохом сне.
Разработка подошла к концу, а это значило, что придется назначать встречу с Ветровым. Если б не тот разговор, снова видеть его мне было бы проще. Адаптировавшись к его наглой и циничной версии богатого мерзавца, как вести себя с той, которая открылась после нашего последнего разговора, я не знала.
- Налил тебе сиропа в уши, ты и растаяла, - пробубнила себе под нос.
И написала сообщение.
Zlata Frolova: «Руслан, привет. Проект готов. Давай согласуем время встречи».
Доставлено. Прочитано. Wild набирает сообщение.
Wild: «Понедельник, четырнадцать ноль-ноль?»
Zlata Frolova: «Ок!»
Еще секунд двадцать я смотрела на экран, но Ветров больше ничего не добавил. Не желая разбираться в том, какие чувства это во мне вызывает, я погрузилась в работу и не заметила, как время подошло к шести вечера. Впереди выходные, а у меня нет никаких планов. Чем себя занять?
 
По дороге домой я позвонила в салон красоты. Присмотрела его довольно давно, но пойти туда все никак себе не позволяла, слишком дорого. А сейчас вдруг решила – почему нет? Неужели я за столько лет усердной работы не заслужила побаловать себя парой-тройкой часов кайфа от хорошего ухода? Тем более весна в разгаре, я и так опоздала с обновлением.
Стрижка, окрашивание, уход. Маникюр и педикюр. Все это заняло аж целых семь часов воскресенья. Пожалуй, впервые в жизни я уделила себе столько времени. И вот из зеркала на меня смотрела девушка с гладкими, как шелк, волосами. Я не меняла кардинально цвет, просто освежила краской и теперь он стал более насыщенным и равномерным. Нежно-розовые короткие ногти ухоженно поблескивали, придавая моим рукам лоска. Из салона я вышла с ощущением приятной легкости и обновленности, похожей на ту, что бывает после душа в первый день без температуры при простуде.
Заехала в торговый центр. Купила себе трикотажное черное платье с рукавом до локтя. Оно плавно облегало фигуру и доходило до колена. К нему матовые колготки асфальтового цвета. Из-за того, как легко рвутся колготки, юбки и платья я носила только летом, когда они не нужны. К счастью, офисный дресс это позволял. А сегодня вот решила нарушить правила. Ко всему этому новые туфли. Тоже асфальтового цвета, замшевые, на высоком, непрактичном каблуке. Мои ноги в них казались бесконечными. Ну и что, что у меня уже есть туфли, причем новые и дорогие? Одной пары мало. Баланс на кредитной карте взывал к разуму, но я была непреклонна.
Дома еще минут двадцать крутилась перед зеркалом, примеряя покупки и любуясь укладкой.
Следующим утром, в понедельник, проснулась в традиционные пять часов утра. Аккуратно, чтоб не замочить волосы, вымылась. Потом накрасилась. Чуть больше туши, чуть шире стрелки. Вообще ничего особенного, просто платье требовало добавить лицу лоска. Позавтракать не успела даже с тем, что решила вызвать такси. Погода шепчет, а у меня на ногах замша.
- Вау! Я еле тебя узнала! – воскликнула Яна при виде меня в офисе. – Так нарядилась. Что за праздник?
И ничего же особенного. Ну, платье. Ну, подкрасилась чуть ярче. Ну, каблуки. У нас в компании все девушки хорошо выглядят…
- Да нет никакого праздника, - отмахнулась я. – Так просто платьев давно не носила…
- Ой, ну и умница. С твоей-то фигурой, только облегающее и носить. Вот, признайся, явно же на диете какой-то сидишь…
Стандартный разговор, повторяющийся уже раз в десятый, меня вполне устраивал. Уж лучше в который раз рассказать о том, что нет никакой особой диеты, я просто ем понемногу, чем отмахиваться от вопросов о причине, по которой «нарядилась».
Вернувшись в свой кабинет, я еще раз просмотрела материалы по проекту. Проверила, нет ли каких ошибок. Уже в третий раз. Но не могу же я выглядеть как Воронин, верно?
Тринадцать пятьдесят. Пятьдесят один. Пятьдесят два. Звонок по телефону с рецепшена. Ветров приехал. Достав из ящика стола зеркало, я еще раз взглянула на себя. Макияж в порядке, прическа тоже. Не идти же мне замарашкой, верно?
Вышла, направилась в зал заседаний. Мои каблуки тихо стучали по плиточному офисному полу. Как раз когда подходила к дверям, приехал лифт. Но вместо Ветрова Никита Стеклов собственной персоной. Один из его друзей, Анин парень. Серьезно?
Словно наяву я снова услышала его насмешливый голос себе вслед: «Зла-а-ат, я Ветру из-за тебя триста баксов проспорил. Ставил, что ты два месяца продержишься, а ты… Эх!».