Один шаг, чтобы проиграть (СИ)

Покидаю салон автомобиля и подхожу к женщинам. Диана аккуратно берет меня за руку, активируя мурашки, и подводит к своей матери.
— Мама, познакомься, это Джеймс, мой руководитель. И просто хороший человек. — ты очень ошибаешься, маленькая мисс Уильямс. — А это моя мама, Пенелопа.
Безумно очаровательная женщина сейчас смотрела на меня и улыбалась. Дочь унаследовала ее комплекцию, цвет волос и потрясающую улыбку. Миссис Уильямс выглядела шикарно. Ее можно принять за старшую сестру Дианы.
— Джеймс, спасибо вам! Наша бабушка очень переживала, что не увидит внучку. Мы все сильно испугались, что случится непоправимое.
— Я рад, что сейчас все хорошо.
— Проходите, пожалуйста, не стойте на улице. Диана все вам покажет, а я пока доделаю ужин. Мы только недавно вернулись из больницы, поэтому все на скорую руку. Арнольд, давай живее.
Женщина показала рукой на дом и сама поспешила скрыться за входной дверью. Мистер Уильямс снова просканировал меня взглядом и ушел вслед за женой.
— Как ты? — пропускаю девушку вперёд, опуская взгляд на округлую попку, обтянутую узкими джинсами. Хорошо, что ее отец этого не видит.
— Сейчас намного лучше. Папа сказал, что бабушка в сознании и в настроении. С ней остался дедушка, поэтому я спокойна. — видно, что разговор о семье приносит Диане умиротворение. Лицо выглядит расслабленным, глаза сияют. — Я не нарушила твои планы, предложив приехать к нам?
— Нет, не переживай. У меня здесь кроме тебя нет никаких дел.
Девушка провела меня в маленькую уютную гостиную, в которой всюду присутствовали разные вязаные вещи.
— У тебя очаровательная мама.
— Спасибо. Этого у нее не отнять. — на лице Дианы промелькнула теплая улыбка. — Папа ещё более очаровательный.
— О, да — я рассмеялся. — Особенно, когда пытается расстрелять меня взглядом. А почему здесь столько вязаных вещей? — снова оглядываю комнату, пытаясь сосчитать необычные предметы интерьера: начиная с пледов, заканчивая накидками на стулья.
— Это бабушкино хобби. Она у нас любитель сидеть перед телевизором и строгать все то, что ты видишь. И, конечно же, все эти штуки есть у каждого члена нашей многочисленной семьи.
— И сколько же у тебя родни с вязаным приданым?
Смотрю на Диану, которая погружается в рассказ о том, что у мамы есть двое младших братьев, которые так же живут в этом городе, а у отца две старшие сестры, но обе уехали в другие штаты. Бабушка и дедушка по папе уже умерли, а по маминой линии живут вместе с родителями, потому что так проще всем присматривать друг за другом. Проследил, что Диана рассматривает полку с семейными фотографиями над камином, и осторожно спросил:
— Можно взглянуть?
— Конечно.
Девушка поманила меня рукой за собой, и вот через несколько секунд я сам рассматриваю изображения с разными людьми семьи Уильямс. Здесь и старые фотографии родителей, и фото Дианы с выпускного в университете, вот дедушка с отцом на рыбалке. Но привлекает меня только один снимок, от которого не могу отвести взгляд. Аккуратно беру массивную позолоченную рамку, подношу себе и всматриваюсь в пару, изображенную на фото.
— Ты не говорила, что у тебя есть брат. — смотрю на Диану. — Причем не просто брат, а близнец.
Девушка заметно мрачнеет. Осторожно забирает рамку из моих рук, медленно проведя указательным пальцем по фотографии, и ставит ее в самый дальний угол полки.
— Да, не говорила. Потому что его нет.
— Не понял.
— У меня был брат близнец, точнее двойняшка. Но три года назад он погиб.
Черт. Отлично, Джеймс.
— Прости за мою бестактность.
— Ничего, ты же не знал, — слабая улыбка на красивом лице. — Мне очень его не хватает.
— Как его звали?
— Дерек.
— Наверное, не стоит спрашивать, что случилось, потому что ответ я не получу?
— Не сегодня, — Диана погрузилась в свои мысли, продолжая рассматривать фотографии. Девушка настолько ушла в себя, что не заметила, как я подошёл ближе и взял ее маленькую теплую ладонь в свою. От смены ощущений, она удивлённо посмотрела на меня, распахнув свои потрясающие карие глаза, не успев сморгнуть стоящие в них слезы.
 
— Мне очень жаль, что я невольно вернул тебя в эти воспоминания. — провел пальцами по ее руке.
— Они всегда со мной, не взирая на место и прошедшее время. От этого не убежать. — девушка часто заморгала, но одна слеза всё-таки предательски побежала по бледной коже. Осторожно касаюсь тёплыми пальцами ее холодной щеки, убирая влагу, а затем просто смотрю на нее сверху вниз, подавляя желание задать миллион вопросов и обнять так крепко, чтобы ощутить всю ее хрупкую фигуру в моих руках.
— Кхм-кхм, — мистер Уильямс стоит в проходе и наблюдает за нами. Диана медленно отстранилась от меня, виновато улыбнувшись. — Пенелопа попросила сказать, что ужин готов. Останетесь с нами, мистер Тернер?
— Я бы с удовольствием, но не думаю, что это будет уместно. Вам всё-таки хочется побыть семьёй. — смотрю на часы, прикидывая, сколько добираться до гостиницы. — Поэтому я, пожалуй, оставлю вас.
— Джеймс, — мне определенно нравится слышать, как мое имя звучит в ее исполнении, — останься с нами. Пожалуйста. — взгляд карих глаз стреляет на поражение. — Мама потрясающе готовит. Не обижай ее.
— Ну что ж, — улыбаюсь Диане, пока мистер Уильямс обречённо закатывает глаза, — тогда не будем отказывать себе в удовольствии.
Диана
Уже час лежу на своей кровати и пялюсь в потолок, переваривая события вчерашнего дня. Джеймс Тернер был в моем доме, сидел за нашим столом, вел беседу, смеялся, шутил, и, похоже, безоговорочно очаровал маму. Я весь вечер не могла от него глаз отвести. Этот человек — миллионер, но в нашей гостиной, среди бабушкиного рукоделия, он выглядел таким своим. Как мне хотелось приложить руки к его щекам, покрытым щетиной, провести по ним, дотронуться до массивной шеи. Джеймс тоже весь вечер наблюдал за мной, этого невозможно было не заметить. Чем вызывал ещё большее напряжение у отца. Но, когда пришло время проводить гостя, мама увела папу за собой, давая мне возможность спокойно попрощаться.
— Потрясающий ужин. Спасибо. — вдвоем с Тернером вышли на улицу. Джеймс останавливается возле машины такси. — У тебя классные родители.
— Ты понравился моей маме. Это видно невооружённым взглядом.
— Польщён, — улыбается. Глаза сканируют мое лицо.
— Когда ты улетаешь?
— Пока не решил. Но обещаю, я сообщу тебе. До встречи, Диана.
— Спокойной ночи, Джеймс.
Вспоминаю вечерний разговор, навевающий тоску. Он улетит, но мне так этого не хочется. С ним было спокойно, комфортно.
Вчера я успешно прошмыгнула к себе, чтобы не стать жертвой расспроса родителей, но сегодня не смогу этого избежать. Поднимаюсь с кровати и спускаюсь вниз.
— Доброе утро, милая.
— Привет, мам, — чмокнула ее в щеку и занялась приготовлением кофе.
— Как спалось?
— Отлично. Я очень устала за вчера и моментально выключилась.
— Понятно.
Поворачиваюсь к маме и вижу ее горящие любопытством глаза. Обречённо вздыхаю, усаживаясь за стол, и говорю:
— Давай, спрашивай. Я же вижу, что тебя распирает.
— Диана, я в восторге! Такой мужчина. Красивый, умный, сексуальный…
— Мама! — закатываю глаза.
— Ну, а что мама? Тебе не пятнадцать лет. Он действительно хорош собой. И превосходно может поддержать разговор. — родительница садится напротив и пристально смотрит на меня. — Но самое главное — как он относится к тебе.
— Он просто хороший человек.
— Но это не отменяет того, как ты владеешь его вниманием. Поверь, это очень заметно.
Молчу, не зная, что сказать. Я все это так же вижу, но события прошлых лет не дают мне погрузиться в эмоции сердцем.
— Он тебе нравится, дочка?
— Да, мама, очень. Но я боюсь обжечься.
— Милая, — она подходит и обнимает меня, прижимая голову к своей груди, — это сложно забыть. Я сама живу с воспоминаниями каждый божий день. Но тебе пора двигаться дальше. И я уверена, что Джеймс сможет тебя защитить.