Двое из будущего. 1903 - … (СИ)

— А если «Звездочка» горит, то это плохо. Приличный ресторан был, кроме него разве что в «Варьете» посидеть можно, да в редких кафешантанах, — прозвучал обеспокоенный голос импозантного контр-адмирала.
— Да нет, не похоже, что «Звездочка». Не оттуда дым, — возразил ему другой. — Вообще следовало бы послать человека, чтоб он разведал. Чего мы тут гадаем?
— Господа, господа, давайте не будем отвлекаться, — напомнил вдруг Стессель. — Пожарная команда должно быть там уже работает. Посмотрите, дым уже белый и его значительно меньше. Верно уже тушат. Так что давайте не будем отвлекаться. Господин Рыбалко, прошу вас, продолжайте.
И я продолжил демонстрацию. А Стессель, мгновенно потеряв интерес, снова припал к окулярам. Продолжил обозревать окрестности.
— Господа, а не настала ли нам пора бахнуть? — вдруг двусмысленно прозвучал вопрос какого-то полковника, которому порядком наскучила моя болтовня. — Ваше Высокопревосходительство, что вы на это скажете? Бахнуть или не бахнуть?
Стессель даже не оторвался от бинокля, буркнув разрешение. А какой-то генерал, пробасил:
— Бахнуть или не бахнуть? Вот в чем вопрос! Ха-ха, занятно. Прямо по Шекспиру получилось. Но, конечно же, я с вами полностью согласен. Бахнуть, действительно, не мешало бы, — и генерал сделал знак своему лакею и тот быстро наполнил две рюмашки и пододвинул кислую закуску. — Ну, вот и бахнули, — опрокинув в себя полета грамм и разгладив пышные усы, продолжил он. — А вот теперь пора бы и по-настоящему… а то все разговоры разговариваем. Ну как, господин Рыбалко, покажите вы нам, наконец, свое чудо-изобретение в деле или нет? Или нам тут до морковкина заговенья ждать?
И сказал он это с такой веселостью в голосе, что стало понятно — он ждет здесь не демонстрацию замечательного оружия, а цирковое представление. Не верил он всем пьяным россказням, не доверял он. Все слухи делил на два и вычитал из результата столько же. Ну что же, похоже, настала пора действительно поразить высокочтимую публику в самое сердце, а то совсем разомлеют от выпивки.
— Господа, — прочистив горло легким кашлем, заявил я. — Посмотрите, пожалуйста, на ту сопку. Что вы видите?
Кто-то из вояк поднял бинокли.
— Щиты какие-то стоят. И что?
— Верно, щиты. Но только это не просто щиты, а ростовые мишени. Какие-то из них стоят на виду, какие-то находятся за защитой. Но не это самое главное. Там, на сопке вырыты углубления, такие, что отсюда и не видно. В реальных боевых действиях противника отсюда стрелковым оружием не достать — противник будет в укрытии. Я же своим минометом смогу его поразить и я это вам продемонстрирую. К тому же у подножия сопки есть еще несколько подобных мишеней, которые символизируют собой лагерь противника. Они стоят там в таком месте, где обычная артиллерия не сможет причинить никакого вреда. Но я и туда смогу закинуть минометный снаряд. Перекинуть по навесной траектории, через сопку и таким образом поразить противника.
— Позвольте, и как же вы их будете поражать? Вы же не видите лагерь? Разве можно вести стрельбу, не видя цели? А корректировать огонь как вы будете?
Это подал голос один из приглашенных контр-адмиралов. Ну, с ним-то все ясно — для них в приоритете контактный огонь, такой, при котором противник находится в прямой видимости.
— Полно-те, Роберт Николаевич, — возразил ему Белый. — Почему бы и не пострелять, если есть такая возможность. Тут я господина Рыбалко поддерживаю — идея хорошая. Да только как стрелять, если неизвестно где противник? Только впустую боеприпасы расходовать.
— Ну, с этой задачей вполне по силам справится воздушной разведке, — закинул я следующую удочку. — Но, господа, не об этом речь. Допустим, вы знаете, что на горе, на закрытой позиции сидит противник. И как же его достать? — я обвел их вопросительным взглядом. — А вот я вам сейчас это и продемонстрирую!
И, не откладывая в долгий ящик, я подошел к своему миномету. Подправил сбитые углы наводки, достал из ящика мину и, вкрутив взрыватель, опустил ее в зев орудия. Мина скользнула вниз и, наколовшись капсюлем, выстрелила без задержки и по крутой траектории, с шуршанием ушла в небо.
 
— Господа, все внимание на сопку, — громко сказал я, хотя для этого уже не было нужды. Все как один приглашенные офицеры, устремили бинокли на противоположную сопку. Через добрый десяток секунд там вдруг поднялось облако пыли и через секунду-другую до ушей докатился грохот разрыва. Мина попала не точно в центр, а легла почти на самый край вершины. Но и этого было достаточно, чтобы даже отсюда стало заметно, как дернулась пара мишеней, пораженных осколками.
— Мимо, — констатировал Белый. — Недолет. Нужно дальше саженей тридцать и левее на столько же.
Я подкорректировал угол возвышения и опустил вторую мину. И вот она уже легла гораздо ближе к центру и несколько мишеней легли наземь.
— Вот, это дело! А ну-ка, господин Рыбалко, подкиньте еще парочку!
Генералу Белому явно понравилось увиденное. Ну, разве не красота? Фактически я ему давал возможность приобрести карманную артиллерию. И хоть калибр моих минометов ему до сих пор кажется не очень серьезным, но вот возможности, которые они давали, явно превосходили его ожидания. Отсюда и неожиданный восторг.
Я следом послал еще несколько мин, распустив пыльные бутоны разрывов в выкопанных на вершине окопчиках.
— А теперь, господа, предлагаю уничтожить цели, расположенные за сопкой.
— А давайте, — поддержал Белый. — Да только мы же не знаем, что вы там понаставили. А вдруг вы нас введете в заблуждение? Для начала надо бы проверить.
Что ж, с ним согласились многие и уже через несколько минут к подножию неслась пара адъютантов. Минут через двадцать они вернулись обратно и сообщили, что я не солгал и мишени действительно там установлены. И вот тогда я, подкорректировав наводку, сделал залп из десяти мин. Радостно так закидал, лихо. Уложился в полторы минуты, чем тоже удивил генералов. Ну и после этих стрельб мы всей компанией отправились рассматривать результаты.
У подножия выяснилось, что я положил мины не так прицельно, как рассчитывал. Слегка промазал, вспахав каменистую почву чуть дальше. Но и этого было достаточно, чтобы понять — по возможности доставать врага на закрытых позициях мое изобретение стоит вне конкуренции. Ни одно современное орудие на такое было не способно. И это впечатлило многих офицеров, и особенно генерала от артиллерии Белого. И именно его впечатление для меня было особенно важно. Как мне казалось — именно от его мнения будет зависеть поставки моих минометов военным.
— Но, господа, прошу заметить, — продолжал я свои объяснения. — Все, что я показал это не полные возможности этого вида оружия. Миномет — это система артиллерийской стрельбы, прошу особо обратить на это внимание, с закрытых позиций! Что это значит? А это значит, что вы можете поставить эти орудий куда-нибудь в яму, за бугор, за высокий бруствер и оттуда вести стрельбу. Конечно, стрельбу таким образом можно будет вести только по площадям, не прицельно, но это очень легко решается. И тут на главную роль должен выходить корректировщик с прямой телефонной связью. И вот только в этом случае будет полностью раскрываться потенциал этого оружия. Можно сказать, что мои минометы могут сильно потрепать будущего противника.
— Ну уж, прямо уж с прямой телефонной связью. Вы еще скажите, как нам эту связь установить на поле боя. Знаем мы о надежности этих телефонов, — подал голос Стессель, кривя в брезгливости губы. — Треск один в этих телефонах, ничего не слышно, да и глотки надрывать надо, чтобы тебя на той стороне поняли. С этими телефонами всей маскировке наблюдателя конец.
— Ваше Превосходительство, это конечно так, — не стал я спорить. — Но почему бы не протянуть телефонную связь, например, на воздушный шар? И тогда плевать на то, что корректировщик орет в трубку, его и так все будут видеть. А еще лучше, Ваше Превосходительство, если корректировщик будет пользоваться моими полевыми телефонами. Специально разработанная модель, с улучшенными характеристиками. В такие трубки не надо орать, в них и так все прекрасно слышно. Вот и господин наместник мог бы подтвердить — у него как раз подобный аппарат на столе стоит. И он им активно пользуется.