Очаровательная сумасбродка

Она была тайным агентом ее величества, спаси ее, Господь, и в то же время она собирается стать соучастницей его светлости.
— Могу я… — Сглотнув, Холли шагнула вперед. — Могу я прикоснуться к нему?
Колин кивнул, но от ее внимания не ускользнуло, что его рука крепче сжала веревку и стала подниматься к уздечке жеребца. Холли подошла ближе к ним и оказалась так близко к Колину, что от его головокружительного мужского запаха у нее опять подогнулись колени. Он снова кивнул, на этот раз ободряя ее, но с места не сдвинулся, словно не мог доверять то ли ей, то ли жеребцу.
— Я никогда в жизни не видела более прекрасного коня…
Широко разведя пальцы в стороны, она поднесла раскрытую ладонь под нос жеребца, чтобы тот не мог укусить ее. Конь фыркнул, а затем робко ткнулся носом в ее руку. Голова его была опущена, и Холли расценила это как разрешение. Держа одну руку у его теплых губ, другой она похлопала его шею, погладила нос.
Чувство благоговения и восторга — бодрящее, мощное, пьянящее, словно штормовой океанский ветер, — охватило ее. Она нашла Гордость Принца — нашла его! Когда-то она сомневалась в том, что он вообще существует, но вот он стоит перед ней, на расстоянии вытянутой руки, а ее пальцы еще не остыли от его горячего дыхания. На этом ее миссия должна закончиться, однако интуиция подсказывала ей, что на самом деле все только начинается.
Холли нужны были ответы на вопросы, и где-то глубоко в ее сердце крепла уверенность в том, что без этих ответов действовать дальше невозможно, это может привести к катастрофе. Может, все дело в мужчине, который молча стоит рядом с ней, наблюдая за ее реакцией на тайну, которой он с ней поделился. И тут Холли вздрогнула: внезапно она осознала, что Колин мог бы и дальше притворяться. Да! Он вполне мог отправить ее назад в Аскот со своим младшим братом, но вместо этого решил довериться ей. И даже целовал ее. Под действием внезапного импульса? Или чего-то еще, более глубокого?
Подняв руку, Холли снова потянулась к жеребцу, и вновь ее охватил благоговейный трепет. Она быстро перевела взор с жеребца на Колина, но при виде благородных и красивых черт его лица снова отвела глаза. Ей нужно держать себя в руках, помнить о своем долге перед Викторией.
— Никак не могу понять, почему вы решили стать вором, да еще обворовать не кого-нибудь, а саму королеву?
Серьезность Колина вмиг исчезла. У него хватило смелости улыбнуться. При виде слегка изогнутых губ и огня в его глазах у Холли участился пульс.
— Разве здесь один я — конокрад, моя дорогая?
Свободной рукой Колин указал на Мэрибель.
Шею и щеки Холли словно жаром обдало. Да, да, она действительно взяла Мэрибель Фэнси без разрешения. Однако, пытаясь сохранить достоинство, Холли демонстративно подбоченилась.
— Это совершенно другое дело, — заявила она. — Я взяла Мэрибель лишь на время, чтобы вернуть ее позднее. Вы разве можете сказать то же самое?
— Вообще-то нет. Но здесь мы это обсуждать не будем.
Колин, прищурившись, посмотрел на ее губы. Холли засмущалась, ее рука упала.
— Что теперь? — спросила она.
— Ну да, вернемся к этому важному вопросу, — кивнул граф. — Милях в двух отсюда у дороги есть приличная гостиница. Предлагаю поехать туда, пока не стемнело. А все объяснения придется отложить до Девоншира.
Поставив на стол две оловянные кружки, хозяин гостиницы вернулся к стойке. За столами собирался народ, люди рассаживались на лавках, стоящих вдоль боковой стены. Несмотря на это, гул голосов был не слишком громким, и Колин, войдя в заведение, с удовлетворением отметил про себя, что это место больше привлекает путешественников, чем грубую местную публику. Что еще лучше, здесь больше не было ни одной женщины.
Граф и Холли заняли небольшой столик под окном, выходящим на двор конюшни. Возможно, Колин и не устроился бы здесь, да только со своего места он мог видеть каждого, кто входит в конюшню, и каждую выводимую оттуда лошадь.
— Как давно вы поняли, — спросила Холли, — что меня интересует жеребец?
 
— Я не был уверен, пока не увидел вас на дороге. До этого я все время пытался убедить себя, что мои подозрения безосновательны.
— И все же вы увели жеребца этим утром из потайного места в долине.
Лорд Дрейтон тихо засмеялся, поднимая кружку.
— Вообще-то было еще кое-что, что вас выдало, или по крайней мере насторожило меня, — признался он. — Прошлой ночью вы знали, что по коридору к библиотеке идет ваша сестра Айви.
На щеках Холли вспыхнули красные пятна, и на мгновение она опять стала такой же, какой была, когда он поцеловал ее на дороге. От этого Колину захотелось поцеловать ее. Желание так и запульсировало в его теле, но тут граф понял, что и его лицо обдало жаром. Хорошо, что он не попросил отдельную комнату. И в то же время жаль, что… он этого не сделал.
— А вы? Когда вы догадались? — полюбопытствовал граф.
— Виктория первая забила тревогу и сказала, что вы — наиболее вероятный подозреваемый. Но до тех пор, пока вы недавно не вывели жеребца на дорогу, я считала, что вы ни в чем не виноваты.
— Должно быть, вас ждет немалое разочарование.
Колин старался говорить беспечным и легкомысленным тоном, но это плохо ему удавалось.
Оно провела пальцем по рисунку дерева на столешнице.
— Да, думаю, мне придется нелегко.
— Вы можете прямо утром вернуться в Мастерфилд-Парк, — сказал Колин. — Я не буду удерживать вас.
Похоже, его слова удивили Холли.
— Почему? Вы же понимаете, что я сразу пойду к королеве.
Почему-то Колин в этом сомневался.
— Есть еще один вариант — я могу похитить вас, — промолвил он. — Так, может, мне стоит добавить к конокрадству еще и похищение?
Брови мисс Сазерленд почти сошлись на переносице, когда она, опираясь локтями на стол, наклонилась к нему, держа в руках свою оловянную кружку.
— Нет, все-таки скажите мне, почему вам в голову пришло совершить столь нелепый поступок и обворовать королеву? Неужели вы надеялись, что это сойдет вам с рук?
— Бывают случаи, когда не думаешь о том, что что-то может сойти или не сойти с рук, — заметил лорд Дрейтон.
— Ну а ваше будущее? Будущее вашей семьи? Что, если вас обвинят в измене?
— Что ж, тогда меня лишат титула и состояние достанется Брайсу, — спокойно ответил граф.
— Да как вы можете быть так к этому равнодушны?!
Холли резко поставила кружку, отчего часть эля пролилась на стол. Она откинулась на спинку стула и с молчаливой мольбой в глазах посмотрела на Колина в ожидании хоть сколько-нибудь рационального объяснения.
Лорд Дрейтон опустил глаза на свой эль, а затем снова посмотрел на нее.
— Есть вещи поважнее титулов, — проговорил он. — И важнее будущего одного человека.
— Какие, например? — Она подняла руку ладонью вверх. — Что может быть более важным? Только не говорите мне, что ответ я найду в Девоншире.
Хозяин заведения вернулся к ним и поставил перед каждым по тарелке с горячей тушеной бараниной, от которой поднимался ароматный пар.
— Что-нибудь еще, милорд? — спросил он.
— Я просил комнату — вы приготовили ее?
— Да, одна комната освобождается на ночь, ваша светлость.
— Отлично, благодарю вас, — кивнул Колин.
Потянув себя за чуб на лбу, хозяин неспешно пошел прочь.
— Вы так и не ответили на мои вопросы, — к удивлению Колина, вымолвила Холли.
Он-то думал, что она потребует, чтобы ей выделили на ночь отдельную комнату.
— Вы же сказали, чтобы я не говорил, что ответ на них можно найти в Девоншире, — сказал лорд Дрейтон. — Поэтому я и не буду ничего объяснять.
— Не понимаю я вас, — заявила Холли. — Вы украли то, что ваш отец преподнес в подарок королеве, имея на то полное право, но вы даже не пытаетесь придумать себе хоть какое-то оправдание.
— Вообще-то мой отец не имел права что-то дарить королеве, — тихим голосом произнес граф. — И уж тем более он не мог распоряжаться жеребцом.