Очаровательная сумасбродка
— Да?..
Холли отвела глаза за густые заросли цветущей сирени.
— В прошлом году на мою сестру Лорел напал незнакомец, который, кажется, знал ее. — Потом она снова посмотрела на лорда Дрейтона, но в ее взоре не осталось ни капли знакомого ему кокетства. — Мы считаем, что это может быть человек из нашего прошлого, некто, знающий о нас больше, чем мы сами. У которого к тому же есть неведомая нам причина желать нам зла.
Колину безумно хотелось заключить ее в свои объятия, но он подумал, что довольно будет просто подойти ближе.
— И вы предположили, что вчерашний нападающий?..
Холли поспешно помотала головой, словно только что пришла к какому-то заключению.
— Нет, этого не может быть! Человек, напавший на Лорел, говорил по-французски. А этот тип… он говорил очень мало и очень тихо, поэтому я не могу сказать с уверенностью… Да, один раз он назвал меня по-французски «моя дорогая», но что с того?
— Да, боюсь, что так. Я сам много раз произносил эти слова. — Но при мысли о том, что вчерашнее нападение мерзавца на молодую женщину может быть не только пьяной выходкой, по спине Колина пробежал холодок. — Холли, я думаю, что вам и вашим сестрам следует поехать домой. Забудьте о скачках. Отправляйтесь в Харроувуд или назад в Лондон — куда угодно, где вы будете в безопасности.
Холли изумленно посмотрела на него:
— Разве здесь мы не в безопасности? Тем более что после вчерашнего происшествия мы стали особенно осторожны.
«Нет, потому что я скоро уезжаю», — промелькнуло в голове у Колина. Его здесь не будет, и он не сможет защитить ее, поэтому лучше, если она окажется в другом месте.
Неправильно истолковав его молчание, Холли добавила:
— Разве что мы больше не желанные гости в вашем доме.
Едва Колин хотел сказать ей, что ее предположение не имеет ничего общего с реальностью, как вдруг заметил одного из конюхов, спешащего к ним по дорожке. Увидев их, грум снял с головы шапку.
— Милорд!
Колин отошел от мисс Сазерленд.
— Да, Кеннет, что такое?
Подняв руку, Кеннет разжал пальцы. Круглый серый камешек с острыми краями около дюйма в диаметре лежал на его мозолистой ладони.
— Я обнаружил это в грязи одного из демонстрационных загонов, ваша светлость.
Поморщившись, Колин пожал плечами:
— Что такого необычного в том, что на земле валялся камень?
Грум, примерно того же возраста, что и граф, негодующе посмотрел на него и даже сердито нахмурился.
— Милорд, я сам очень внимательно осмотрел каждый дюйм земли в каждом загоне, — сказал он. — Чистая, мягкая грязь — ничего больше. Такого камня я бы не пропустил, ведь он может застрять в копыте лошади, а одна из наших чудесных охотничьих собак может и вовсе захромать.
— Тогда каким, по-твоему, образом этот камень мог туда попасть?
Колин протянул Кеннету руку, и тот положил ему на ладонь найденный камень. Граф внимательно осмотрел его.
Сунув руки в карманы куртки, Кеннет переминался с ноги на ногу.
— Кеннет!
— Видите ли, милорд, я подумал о скакуне миледи — Принцессе.
— Ты считаешь, что кто-то мог бросить в кобылу этот камень?
— Такой камень мог причинить лошади столь же острую боль, как укус пчелы, милорд, — сказал Кеннет. — И от этого она могла просто взбеситься — запрыгать, встать на дыбы, разозлиться… — Кеннет пожал плечами. — Надеюсь, я ошибаюсь, сэр.
— Спасибо тебе, Кеннет.
Грум ушел, а Колин продолжал задумчиво смотреть на камень у себя на ладони, раздумывая над тем, что это может означать.
Холли, сохранявшая молчание во время разговора графа с конюхом, прикоснулась к его локтю.
— Это могло бы объяснить поведение Принцессы. А заодно и успокоить вашу сестру.
Колин поднял на нее глаза.
— Так Сабрина переживает?
Брови Холли приподнялись вверх, она сжала губы, а затем, взяв себя в руки, сказала:
— Сабрина обвиняет во всем себя. Она опасается, что сделала что-то такое, из-за чего ее лошадь взбунтовалась.
— Но кто мог бросить камень в лошадь, находящуюся в загоне?
Холли взяла камень в руку. Зажав его между большим и указательным пальцами, она прищурилась.
— Возможно, кто-то, кто был против того, чтобы Сабрина в тот день участвовала в демонстрации лошадей, — предположила она.
— Прошу вас, не молчите, если у вас есть кто-то на подозрении, — проговорил лорд Дрейтон. — Кто не одобрял того, что Сабрина участвует в демонстрации?
Она посмотрела ему прямо в глаза.
— Мистер Бентли сказал, что если бы ваш отец был здесь, он бы никогда не позволил Сабрине так рисковать. И еще он добавил: «Черт бы побрал Дрейтона за то, что он это позволил!»
— Черт бы его побрал!
Подняв голову, Колин обвел взором террасу.
— Но не одобрять что-то — далеко не то же самое, что бросать камни, — скороговоркой произнесла Холли. — Извините меня, я не должна была говорить об этом.
— Нет, вы поступили правильно.
Его ищущий взгляд остановился еще на одном лице, и он взял Холли за руку. Около балюстрады стояла леди Пенелопа, которая, похоже, тоже кого-то искала глазами. Не дожидаясь, пока она повернется и заметит Колина здесь, в саду, он увлек Холли на боковую дорожку, где они скрылись за подстриженными деревьями.
Похоже, Холли ощутила его нервозность или разглядела ее в его лице, потому что она вопросительно взглянула на него, наморщив лоб.
— Если вы намереваетесь остаться в Мастерфилд-Парке, то могу я попросить вас присматривать за Сабриной? Оставайтесь все время рядом с ней, катайтесь вместе с ней верхом, но только никуда не отпускайте ее одну. Лучше всего, если вы повсюду будете ходить вместе со своими сестрами и с моей сестрой — это поможет вам избежать неприятностей.
— Но… Вы говорите так, как будто собираетесь уехать куда-то? Вы уезжаете?
— Нет, до скачек осталось не больше недели, и я боюсь, что мне придется бывать то тут, то там, потому что я за многое отвечаю, — промолвил он. — Мне будет легче на душе, если я буду знать, что вы все вчетвером вместе, и никто никуда не ходит в одиночку. — Отпустив плечи Холли, лорд Дрейтон взял ее за руки. — Вы мне обещаете, что так оно и будет?
— Разумеется, — кивнула мисс Сазерленд. — Вам не о чем беспокоиться.
Лорд Дрейтон хотел просто поблагодарить ее, но когда он наклонился к Холли, чтобы произнести слова благодарности, и она подняла навстречу ему свое милое личико, их губы встретились. Колин прижимался к ее губам все крепче и был не в силах совладать с собой, выражая в поцелуе все — свои чувства, желание, преданность, жажду быть все время рядом с ней, отчаяние из-за предстоящей разлуки.
Глава 16
Завтрак заканчивался; группы весело болтающих между собой гостей стали спускаться с террасы в сад, чтобы погулять в тени деревьев. Прохладное утро сменилось погожим днем с чистыми красками и приятным ветерком, который согревало яркое солнце, сияющее на безоблачном небе. В этот редкий даже для конца мая день гости Эшуортов, похоже, твердо вознамерились воспользоваться всеми развлечениями, которые предлагались им хозяевами поместья. Сабрина была вместе с матерью, они наблюдали за сборами отъезжающих и следили за тем, чтобы слуги вовремя спускали вниз багаж и готовили экипажи.
Холли следовало бы испытывать радость. По сути, так оно и было. До утренней прогулки она была уверена, что если Колин и украл Гордость Принца, то он спрятал его в долине. Пустое стойло, которое она там обнаружила, казалось, послужило ответом на ее мольбы и снимало с лорда Дрейтона подозрения.
Но потом последовала просьба Колина, его поцелуй… Направившись к сестрам, которые рука об руку прогуливались по садовой дорожке, она покосилась на подстриженные кустарники. Ее словно жаром обдало, начиная с губ и заканчивая кончиками пальцев на ногах. Но при воспоминании о чудесном поцелуе Колина она ощутила необъяснимую печаль — в точности такую же, как и в прошлую ночь в библиотеке. Казалось, он хочет что-то сказать ей, несмотря на то что вслух Колин уверял ее в обратном.