Очаровательная сумасбродка

На террасе почти никого не было; не увидел он и мисс Сазерленд. Первым делом Колину пришло в голову, что она снова отправилась в конюшню. Но зачем? Утром он продемонстрировал ей все: лошадей, условия — одним словом, все. Его охватило неприятное предчувствие.
Действительно ли ее интересует только покупка лошадей? Колин поверил в то, что увлечение мисс Сазерленд всем, что касается этих животных, и привело ее прошлым вечером в конюшню. Но если это не так, что же здесь ищет соблазнительная мисс Сазерленд?
Бальный зал находился в восточной части особняка, и она могла пойти только в двух направлениях — вниз по ступенькам в сад (или, возможно, в конюшню, располагавшуюся за садом) или в западную часть дома, в те комнаты, которые выходили на террасу.
При мысли об этом у него во рту появился горьковатый привкус. Может, она проскользнула в кусты, где у нее назначено свидание? Только с кем? С Бентли? Нет, Колин оставил его в бальном зале, где тот танцевал с другой мисс.
К тому же интуиция подсказывала Колину, что мисс Сазерленд едва ли вышла из дома для того, чтобы скомпрометировать себя. Конечно, она очень чувственная и жизнерадостная, но ведь не глупая, чтобы позволить кому-то погубить себя. Как и ее сестры, она никогда не теряет голову.
Но тогда?..
Колин шел вперед, пока не оказался там, где свет факелов и горящих в бальном зале свечей уже не освещал террасу. Музыку стало почти не слышно, зато со всех сторон от него затрещали кузнечики, зашумели деревья. Он брел вдоль темных окон и французских дверей. Куда она пошла? В какое место не могла попасть более простым путем — из дома?
Разве что… Разве что Холли не хотела, чтобы кто-то видел, куда она направляется.
Уиллоу видела, что лорд Дрейтон — или Колин, как она иногда осмеливалась назвать его, — вышел на террасу. Она сделала все, что могла, чтобы задержать его, но безуспешно. Успела ли Холли пройти туда, куда собиралась?
Повернувшись, Уиллоу увидела Айви, которая шла куда-то под руку с герцогиней. Ее сестра тоже то и дело украдкой бросала встревоженные взгляды на террасу.
Взмахнув веером, Уиллоу обратила на себя внимание Айви. Затем она захлопнула веер и его кончиком указала в том направлении, куда пошел граф. Брови Айви сосредоточенно сдвинулись. Уиллоу приложила ладонь к груди, показывая, что пойдет следом за ним, но Айви покачала головой. Сказав что-то на ухо герцогине, она стала пробираться к выходу из зала.
Интуиция подсказывала Уиллоу, что надо пойти следом за Колином. Возможно, его уход не имел никакого отношения к Холли. Решив, что должна успокоиться насчет графа, Уиллоу направилась к выходу на террасу, где она ожидала увидеть Колина, стоящего у балюстрады и наслаждающегося ночным покоем или разговаривающего с кем- то из гостей.
— Мисс Уиллоу! — Затянутая в атласную перчатку рука леди Сабрины похлопала ее по плечу. Этого было достаточно для того, чтобы Уиллоу остановилась. — Один человек хочет потанцевать с вами, но не решается пригласить вас.
— О, я…
— Прошу вас, для него это очень много значит, поверьте мне.
— Господи, почему это кто-то не решается пригласить меня? — удивилась Уиллоу.
Впрочем, ответ и без того известен: это наверняка Джеффри, самый младший и застенчивый из Эшуортов.
— Ну вот и он.
Леди Сабрина подвела ее к кому-то, но запястье, до которого она дотронулась, и фигура, к которой подошла, была куда более солидной и внушительной и уж никак не могла принадлежать юному Джеффри Эшуорту.
Тяжелый взгляд лорда Брайса — куда более мрачный и таинственный, чем у его братьев, — привел ее в оцепенение. Он опустился на Уиллоу почти с физической силой, от которой колени у нее подогнулись.
— Добрый вечер, мисс Сазерленд.
— Доб-б-брый вечер… — запинаясь, пролепетала Уиллоу.
Ее голос дрожал, как крылья мотылька.
— Брайс, кажется, мисс Сазерленд никто не пригласил на этот танец.
Брови леди Сабрины приподнялись, она хотела пригвоздить брата к месту, если он вздумает увильнуть от ее предложения.
Лорд Брайс помедлил — мгновение или целую вечность, отчего внутри у мисс Сазерленд все перевернулось. Потом его низкий, задумчивый голос произнес: «С удовольствием!» Оцепенев от радости, Уиллоу вдруг поняла, что ее рука лежит на его согнутой руке, а ее пальцы прикасаются к его налитым мышцам, скрытым под рукавом. Вновь зазвучала музыка. В сильных, надежных объятиях лорда Брайса Уиллоу кружилась и кружилась, летала и парила до тех пор, пока все вокруг не пошло кругом, и она не забыла о том, где они находятся, — забыла обо всем, кроме серьезного выражения лица ее партнера, его уверенной поддержки и непроницаемого взгляда, устремленного прямо в ее глаза.
 
  
Глава 13
 
Возможно, Айви была права, говоря, что в личном кабинете герцога едва ли можно найти документы, имеющие отношение к пропавшему жеребцу, однако Холли была уверена, что обнаружила кое-что стоящее. В одной папке она нашла кучу бумаг, содержащих бесчисленное количество имен и названий — покупателей и лошадей, скачек и победителей, возле каждого из которых стояли цифры, означающие цену, размеры, вес и скорость. Одним словом, там не было ничего примечательного. Но во второй папке было кое-что интересное: справки о Девонширском поместье Эшуортов.
Прежде Холли как-то не задумывалась над тем, что немалое количество эшуортских чистокровок были выращены не в Мастерфилд-Парке, а в двухстах милях отсюда, в уединенной загородной усадьбе. Может ли Гордость Принца быть родом из далекого Бриарвью? Это могло бы объяснить, почему ярые поклонники скачек ничего не слышали о необыкновенном скакуне. И, несмотря на уверенность Виктории в обратном, Гордость Принца могли вывезти из Аскота уже давно.
Так ли это? Прошлым утром лорд Дрейтон повернул их лошадей в сторону дома, как только Холли задумала свернуть в долину. По его словам, в маленькой долине крылась опасность для нее.
А что, если там крылось еще кое-что, а не только зыбучая почва?
Шум быстрых шагов с террасы заставил ее насторожиться. Тихо охнув, Холли вскочила из-за письменного стола, за которым сидела, и задула единственную свечу. Холли направилась было к двери, но по пути вспомнила, что все еще держит в руках папку герцога. Вернувшись к столу, она нашарила в темноте нужный ящик, приоткрыла его и сунула туда папку. Шаги становились все слышнее, отдавались эхом от стен дома.
Лорд Дрейтон? Лакей, который непременно сообщит своему нанимателю о том, что увидел ее здесь?
От нерешительности Холли застыла на месте. Кабинет не имел выхода на террасу. Она вошла в дом через дверь библиотеки, проскользнула по коридору и добралась до кабинета.
Приоткрыв дверь, Холли прислушалась. Есть ли у нее время вернуться в коридор и убежать подальше отсюда, пока тот, кто приближается к кабинету, идет по библиотеке? Или лучше остаться в кабинете и найти там какое- то укрытие? Оглянувшись назад, она отогнала от себя эту мысль. В комнате негде спрятаться, разве что под столом. И уж если ее обнаружат где-нибудь в коридоре, то по крайней мере не придется пережить тот позор, который она бы испытала, если бы ее увидели стоящей под столом на четвереньках.
Приняв решение, Холли переступила порог кабинета. Не представляя, куда ведет коридор, она закрыла за собой дверь и пошла вперед самым быстрым шагом, на какой только была способна.
Колин миновал библиотеку и, дойдя до коридора, остановился, прислушиваясь к удаляющимся шагам. К легким шагам, как будто кто-то шел по коридору в бальных туфельках. Но еще громче шагов звучал шорох шелка и тафты, заглушающий даже стрекот кузнечиков. Колин улыбнулся, правда, не слишком-то приветливо.
Ему хотелось знать, была ли она всего лишь в библиотеке, когда направился сюда с террасы. Но в таком случае почему столь торопливо сбежала? Может, она заходила еще куда-то — в кабинет отца, например? Только что могло ее заинтересовать в огромных томах с данными о лошадях и хозяйственными записями?