Очаровательная сумасбродка

Дойдя до ограждения скакового круга, они встали рядышком, глядя на то, как конюхи в последний раз проверяют уздечки и подпруги. Колин ощутил слабый аромат ее духов и в одно мгновение забыл, о чем они до этого разговаривали. От Холли исходил не цветочный запах, как от большинства женщин, а какой-то пряный, похожий на аромат корицы. Колин с наслаждением вдохнул его, чуть повернув к ней голову, и вдруг почувствовал, что испытывает огромное желание зарыться лицом в ее волосы.
Он весь встряхнулся, чтобы отогнать наваждение, и повернулся лицом к скаковому кругу.
— Мисс Сазерленд, вы абсолютно уверены, что Саймону известно о том, что вы здесь? — спросил он.
Вздернув вверх подбородок, Холли посмотрела на него пылающим зеленым взором.
— Вы опять за свое?
— Прошу вас, развеселите меня, мисс Сазерленд, — попросил Колин. — Честно говоря, меня, кроме вас с сестрами, никто не интересует.
Холли крепко сжала губы, но быстро расслабила мышцы.
— Полагаю, это именно Саймон позаботился, чтобы мы получили эти комнаты, — заявила она.
— При том, что его жена в положении?
— Лорд Дрейтон… — Холли положила руку на перила ограждения, и даже через перчатки Колин сумел разглядеть, что ее пальцы крепко сжались. — Айви уже сказала вам, что чувствует себя отлично. Женщина не становится в одночасье хрупкой, как ваза, лишь из-за того, что она… — Холли украдкой огляделась по сторонам. — И вам лучше больше не говорить об этом, вы же обещали.
— Прошу прощения, мисс Сазерленд.
Холли, прищурившись, посмотрела на него, но затем улыбнулась:
— Не стоит извинений! Я благодарна вам за то, что вы беспокоитесь о моей сестре. К тому же с вашей стороны было очень мило пригласить нас сюда сегодня. Что из меня за гостья, если я буду делать выговоры своему хозяину? — Отпустив наконец перила, она махнула рукой в сторону лошадей, которых уже вывели на старт. — Которая из них фаворит?
— Моя собственная. — Колин поднял руку, чтобы указать на своего коня. Холли наклонилась ближе к нему, чтобы проследить, куда указывал его палец, и он снова уловил волну исходящего от нее аромата. — Вон тот высокий конь, посередине. Его зовут Кордельер. Вообще-то мне уже пора занять место возле него.
— Так вы сами примете участие в скачках?
— Разумеется.
Рот Холли открылся, глаза восхищенно заблестели.
— Разве это не опасно? — спросила она.
— Не особенно. — Голова Холли недоверчиво склонилась набок, казалось, ее охватили мрачные предчувствия. Неужели она тревожится за него? Или предмет ее беспокойства составляют только лошади? — Этот круг слишком мал по сравнению, скажем, с Аскотским, поэтому тут не развить слишком большую скорость. Считайте, это здесь мы всего лишь демонстрируем чистокровных лошадей, предназначенных для продажи.
— Я ни разу в жизни не бывала на скачках, лорд Дрейтон, и не сомневаюсь, что это зрелище поразит меня до глубины души.
— Стало быть, вы хотите посмотреть? Не все леди любят такие вещи, — заметил Колин.
— Нет, я обязательно посмотрю скачки, к тому же я сама собираюсь прикупить лошадь, вы не забыли?
— И если вам захочется что-то увидеть, — заговорил Колин, наклоняясь ближе к Холли, чтобы разглядеть россыпь нежных веснушек на ее щеках и переносице, — то обязательно скажите об этом мне. Обещаете?
Она подняла глаза, и он утонул в ее взоре, завороженный крохотными золотистыми огоньками в их зеленой глуби, как пират — золотом в сундуке с сокровищами. О, как ему хочется похитить милую мисс Сазерленд! Взять ее на руки и сначала завладеть ее чувственными губами, а потом и всем восхитительным телом, скрытым под складками одежды. Колин представил, что у такой искусной всадницы должны быть мускулистые ноги и точеные бедра богини…
Сама Холли что-то говорила ему, желала удачи, просила быть осторожнее. Колин выпрямился, заставил себя поблагодарить ее и пошел прочь, потряхивая головой, чтобы вновь отогнать от себя наваждение, охватившее его целиком.
Схватившись рукой за ограждение, Холли искала глазами Айви и Уиллоу. Колин Эшуорт что-то… подозревает. Или подозревал, пока ей не удалось отвлечь его разговорами о скачках. Ей нужно предупредить об этом сестер.
 
Наконец Холли заметила их в толпе. Сестры разговаривали с мистером Чарльзом и леди Элизабет Далтон. Сначала она хотела подойти к ним и увести сестер в сторону, но потом вспомнила, что в прошлом году мистер Далтон, известный лондонский барристер, добился потрясающих побед на скачках в Аскоте, Ньюмаркете и Эпсоме. Этот человек знал всех и все, что имело хотя бы небольшое отношение к скачкам. Так что уж пусть Айви с Уиллоу продолжают разговор с ним.
К тому же, обсуждая особенности скаковых лошадей, сестры смогут навести их владельцев на разговор об их последних приобретениях, о перспективах вырастить будущих чемпионов. Вот только станет ли вор, пусть и преисполненный гордостью за собственный «подвиг» и поверивший, что преступление сошло ему с рук, рассказывать что-то, что может выдать его? Холли на это надеялась. Может быть, кто-то чем-то выдаст себя…
Она вновь устремила взор на скаковой круг. Зашуршали шаги — это мужчины и женщины устремились к самой дальней части скакового круга в низине, где был воздвигнут финишный столб. Холли едва не подняла руку, чтобы поприветствовать одну женщину. Высокая и элегантная, она шла знакомой походкой, сочетающей в себе грациозность танцовщицы и живое, почти нетерпеливое проворство.
— Это герцогиня, — подсказала какая-то женщина в высокой шляпке с цветами, проходившая мимо Холли.
Холли кивнула. Герцог и герцогиня не были на свадьбе Айви, но она бы все равно узнала эту леди, потому что ее сходство с дочерью поражало.
— Джентльмен, который идет рядом с ней, — это брат ее светлости, лорд Шелби, — добавила незнакомка.
Герцогиня несла в руках ярко-красный флаг, который весело бился на ветру. Возле финишного столба стояли два стула. Стряхнув с туфель налипшие комья земли, двое заняли места на этих стульях, смеясь и болтая о чем-то.
К Холли подошла Уиллоу — она слегка задыхалась, словно только что бежала.
— Сразу не смотри, — прошептала она, — но он здесь.
— Кто?
Ожидая ответа Уиллоу, Холли продолжала глазеть на скаковой круг. Повороты были широкими и удобными, а прямые части круга — гладкими и ровными. Как и говорил лорд Дрейтон, это был демонстрационный круг, на котором ни люди, ни животные не подвергались риску.
— Лорд Брайс!
Поспешный шепот сестры заставил Холли перевести взгляд на толпу. Второй по старшинству из братьев Эшуортов стоял на краю тени вяза и умудрился казаться одиноким в окружении толпы людей. Даже от членов своей семьи Брайс Эшуорт отличался. Он был блондином, как и его братья, но волосы у него были более темного оттенка, его грубоватые черты трудно было назвать красивыми, а чересчур 50 пронзительный взгляд — дружелюбным.
Когда Холли познакомилась с ним на свадьбе, что-то в его угрюмой манере вызвало ее интерес и даже симпатию, хоть она и не могла этого объяснить. Холли задумалась, почему сестра так странно отреагировала на этого человека.
— Он чем-то тебя обидел? — спросила она.
— О ком это вы? — спросила Айви, неожиданно появившаяся рядом с Уиллоу. — Кто тебя обидел, Уиллоу?
— Никто.
— Ее беспокоит лорд Брайс, — шепотом сказала Холли сестре.
— А где он? — Айви вытянула шею. — О, я его вижу!
Она хотела было помахать лорду Брайсу, но Уиллоу перехватила ее руку.
— Нет, не привлекай его внимания! — взмолилась она.
— Почему?
По плечам Уиллоу пробежала легкая дрожь.
— Он меня пугает, — объяснила она.
Айви нетерпеливо фыркнула.
— Брайс — абсолютно нормальный человек.
— Он вечно хмурился, и в то же время он какой-то неестественно спокойный, к тому же он знает тайны людей, — тихо проговорила Уиллоу. — А еще его руки…
— Уиллоу, по-моему, ты преувеличиваешь.
Звук горна прервал разговоры, и взоры собравшихся устремились к тому месту, где стояли лошади. Ворота распахнулись, шестеро мужчин вышли на трассу — все в высоких, до колена, сапогах, кожаных бриджах и отлично сшитых камзолах для верховой езды.