Глазами пришельца (СИ)

Волнение оказалось не напрасным. Когда Рад вошёл в спортзал, то оказалось, что в спортивной форме, а именно — в трусах и майке, одет только он. Часть учеников стояла в нестройной шеренге в чёрных и синих трикотажных костюмах, а остальные, включая всех девочек, сидели на длинных скамейках вдоль стен в «вольной одежде». Хорошо, что эту картину не наблюдала директриса, которая не спешила выполнить своё обещание.
— Здравствуйте, — громко поприветствовал учащихся Рад и, услышав в ответ невнятное бормотание, обратился к сидящим. — А вы почему не переоделись?
— У нас освобождение от физкультуры, — ответила за всех Оля Коваленко и демонстративно отвернулась.
— Хорошо, — Рад удивился такому поведению девушки, но виду не подал и лишь повторил. — Хорошо.
Хотя ничего хорошего в этом не было. Почему у ребят освобождение? Разве можно освободить от здоровья? Но выяснять не стал. Наверное, есть какой-то неизвестный ему порядок.
— Познакомимся поближе, — Рад заглянул в классный журнал, быстро пробежал по фамилиям учеников, мимоходом заметив. — Спортивная форма, согласно правилам: у мальчиков — трусы и майка, у девочек — плавки и майка.
И тут же стены спортзала огласил дружный смех.
— Это в городе можно так, — весело гоготнув, пояснил Антон — высокий парень, стоящий во главе шеренги. — А у нас каждый одевается как может.
— Правила едины для всех, — Рад закрыл журнал и положил его на скамейку.
Веселье не утихало.
— Правильно, правильно! — надрывался один из «освобождённых». — Надо девчонок в плавки одеть! Вот классно будет! Ты чего, дура, дерёшься? Я пошутил.
— Сам дурак!
— Смотрю я на вас, — повысил голос Рад. — Все весёлые, остроумные и такие, простите за выражение, дохляки. Половина не может заниматься физкультурой, а вторая половина явно не достигла физического совершенства.
— Это кто не достиг? — сощурился Антон. — Я эспандер пятьдесят раз выжимаю!
— Который взял напрокат в школе?
— В магазине купил.
Но по тому, как забегали глаза у Антона, Рад понял, что попал в цель.
— Хорошо, — ещё раз повторил и повысил голос, чтобы перекрыть шум, поднятый учениками. — С сегодняшнего дня займёмся вашим физическим воспитанием.
— Будем играть в волейбол! — докончил за учителя Сергей, плотно сбитый паренёк со смешным хохолком на голове.
— Пока стоит тёплая солнечная погода, занятия рекомендуется проводить на свежем воздухе, — возразил Рад. — Да и два спаренных урока один раз в неделю — слишком мало для выполнения тех задач, которые стоят перед школьной физкультурой. Поэтому их надо использовать с максимальной отдачей, в постоянном движении.
— Волейбол — подвижная игра! — загалдела шеренга. — Всем будет жарко!
Рад терял контакт с учащимися. Впрочем, понимал, что этого контакта ещё и не было. Надо будет почитать что-нибудь по педагогике. Но что делать сейчас? Похоже, десятиклассники уже всё за него решили. А он-то удивился, кто мог натянуть волейбольную сетку в его отсутствие! Ученики заранее выбрали волейбол. Вот только зачем выкатили на середину площадки штангу?
— Хорошо, проверим, — не стал спорить. — Принесите мяч и уберите с площадки штангу.
— Нам не поднять, — притворно сокрушаясь, Антон с еле скрываемой улыбкой посмотрел на своих товарищей. — Это её, наверное, строители вытащили. Никогда за собой ничего не уберут.
«Проверка», — понял Рад. И что делать в данной ситуации? Поднять явно тяжёлый снаряд или всё-таки заставить ребят отнести его на место? Он подошёл к штанге и, толкая ногой, закатил её в нишу, где она упёрлась в сложенные друг на друга маты. Десятиклассники были явно разочарованы.
— А вы будете судить или играть в команде? — весело спросил веснушчатый паренёк, протягивая преподавателю мяч.
— Сейчас я продемонстрирую вам подачу, — проигнорировал вопрос Рад.
— Давайте играть! — зашумели ребята, которые уже успели разделиться на две команды.
— Пусть демонстрирует! — перекричал всех Антон и, вызывающе посмотрев на учителя, прошёл на вторую половину площадки, приготовившись к приёму мяча. За ним последовало ещё несколько ребят.
 
Рад усмехнулся про себя. Когда-то он был одним из лучших волейболистов сборной команды археологов. Его силовая подача всегда вносила смятение в ряды соперников. И сейчас, прикинув вес мяча и учтя его неровности, а так же сделав поправку на свой уменьшенный в данном биоскафандре рост, мысленно прочертил траекторию в свободный от игроков участок площадки и, подбросив мяч, в прыжке всем корпусом нанёс удар. Словно снаряд просвистел в воздухе. Никто из принимающих не успел среагировать.
— Покажите ещё! — озадаченно почесал голову Сергей, возле которого приземлился мяч. И Рад молча показал ещё четырнадцать раз. При последних подачах на противоположной площадке стояли уже все игроки. Но даже если кто-нибудь из них и успевал подставить руки навстречу летящему мячу, то отбивал его почему-то не вверх, а в сторону ближайшей стены.
— Партия, — спокойно констатировал Рад. — Как видите, играю я один. А надо, чтобы в движении были все. Но для этого необходимо повысить ваш класс игры. После занятий, если будет желание, оставайтесь, потренируемся. А сейчас все на улицу. Построение за школой на пустыре.
— Я, кажется, опоздала, — в зал вошла Светлана Алексеевна и сурово обратилась к сидящим на скамейке. — Почему без формы?
— Это освобождённые, — осторожно подсказал Рад.
— Какие освобождённые?! — грозно повысила голос директриса. — Бронхитики, астматики, язвенники?!
— Светлана Алексеевна, — замямлили «освобождённые». — Мы думали, первый урок… Знакомство и так далее…
— Индюк тоже думал! Вот что, Родион Родионович, перепишите мне всех этих тунеядцев. Они у меня на физкультуру с родителями ходить будут! И побормочите у меня ещё! Строже с ними надо, Родион Родионович. А то сядут вам на шею!
— Я хотел бы обратить ваше внимание, Светлана Алексеевна, на спортивную форму.
— Вижу, вижу, Родион Родионович. Но тут уж придётся смириться. Мальчишки, конечно, трусы наденут, тем более такой пример для подражания в вашем лице. А девочки, сами понимаете, стесняются. Десятый класс. Невесты практически. В младших классах мы порядок навели, а вот старшеклассники… Вы уж не настаивайте. А сейчас я вас оставлю. Да, кстати, ваше интервью в газетах на первой полосе — это просто замечательно! И результат на лицо: после обеда должны привезти трубы для спортгородка. Что ни говори, а пресса — великая сила!
Рад очень интенсивно провёл оставшееся время урока. Он не стоял в стороне, а показывал все упражнения сам и участвовал во всех эстафетах. Но если он вернулся в спортзал бодрым и весёлым, то ребята подбирались к раздевалке чуть ли не на четвереньках.
— Если так и дальше пойдёт, то Родионыч нас всех загонит, — бухнулся на скамейку Сергей. — У него мотор внутри.
— Ага, на ядерных батарейках, — согласился Антон. — Но я ему не уступлю. Сегодня он первый, а завтра, вот увидите, я его сделаю.
— Смотри, не надорвись, — вытирая пот, сказал Володя и, выскользнув из раздевалки, постучал в кабинет учителя.
— Заходите, — Рад только что переоделся и стоял в своём неизменном джинсовом костюме, который едва успел просохнуть после вчерашнего купания.
— Родион Родионович, я, конечно, не возражаю, что вы назвали Олю моей девушкой, но то, что она меня спасла — с этим категорически не согласен! — начал агрессивно с порога Володя. — Против вас ничего не имею, хотя тоже вопрос, от чего вы меня спасли? Может быть, я и сам бы спасся? А теперь надо мной вся школа смеётся!
— Ты о чём? — спросил Рад.
— Об интервью.
— Я ещё не читал.
— Зачем вам читать? Вы же его давали, — Володя махнул рукой и вышел, уже в зале проскрипев зубами. — Слова надо выбирать!
А в переходе между спортзалом и основным корпусом Раду преградила путь Оля. Она от волнения теребила край оранжевой кофточки.
— Родион Родионович, зачем вы такое сказали?