Объект номер 13 (СИ)

И даже, возможно, Деймос прав касательно моего идиотизма.
Дело в том, что, разумеется, я был обнажён, когда лежал на операционном столе. Годы в лаборатории отучили меня обращать внимание на такие вещи, равно как и придавать им значение. Опять же, я был, скажем, не вполне осторожен, особенно зачищая мостик — мысли о Катерине, вынужденной катапультироваться в открытый космос, не способствовали сдержанности. 
Так что теперь я стоял перед ошеломлёнными пилотами обнажённый, с несмываемой хирургической разметкой на руках и ногах, почти полностью покрытый кровью и прочими телесными жидкостями, с глазами, чуть мерцающими алым… 
— Ну них… — икнул Вихрь 4, позывной Балбес. — Кат, это вот его мы спасать прилетели? А нас-то теперь кто спасёт?!
Вихрь-2 прикидывал, успеет ли он пристрелить меня, если брошусь. 
Вихрь-8 сжала единственную рабочую механическую руку, как будто это действительно могло ей против меня помочь. Это было наивно и немного мило с её стороны. Я-номер-два даже порывался сообщить ей об этом, но я-номер-один достаточно хорошо держал себя в узде. 
Кэп по связи спрашивал, что за непереводимая матерная конструкция у нас тут происходит.
Катерина смотрела на меня своими огромными глазами, светлыми, ясными, темнеющими к зрачку. И я одновременно пожалел и порадовался, что всё же не умею читать её мысли.
Я так хотел, чтобы они увидели во мне человека — и совершил самую глупую ошибку из возможных…
Катерина тяжело встала на ноги, опираясь на корабельный фиксатор. Хотела сделать шаг ко мне, но ноги её подогнулись… Я метнулся вперёд на предельной скорости, подхватил её, не позволяя упасть, бережно сжал руки. Краем сознания отметил, что вихри насторожились, Вихрь-8 охнула. Но огонь не открыли — уже хорошо. А моя предельная скорость действительно может быть удивительна для людей стандартной модели… 
Но не это было важно.
— Твоё сердце, — сказал я. — Тебе срочно нужно в медкапсулу. 
В ангаре стало очень тихо.
— Охренеть, — сказал Вихрь-4. 
— Ага, — отозвалась Вихрь-8. — По ходу, мы думали не на те позы. 
Я удивлённо поднял брови, уловив воспоминания. 
— Заткнитесь, — Катерина, не отрываясь, смотрела мне в глаза. — Родас… Кровь твоя?
— Нет, техников, врачей и охраны. А…
— Хорошо, — сказала она.
А после обхватила моё лицо руками, будто не замечая грязи. И поцеловала меня. 
  
42
 
Катерина
* * *
— Чтоб я так жил… Слушайте, может, податься в пираты? Работёнка не пыльная, ничего такого, что мы на военке не делали. Но гляньте, какое оборудование! Закачаешься! Неплохо по ту сторону закона нашему космическому брату, а?
Кэп крякнул.
— Пойди Максу расскажи, как хорошо по ту сторону нашему брату живётся. То-то он порадуется! Хотя нет, чего это я — не порадуется. Мертвецы радоваться не умеют. 
Балбес вздохнул:
— Кэп, но я же образно! 
— Просто аппаратура реально классная, — подала голос Зара. — Годная военная техника, наша и альданская вперемешку. Классическая штурмовая пятёрка! Хуже наших красавчиков-Вихрей, конечно. Но не так чтобы намного. 
Мы удивлённо присвистнули; штурмовая пятёрка — это круто. Намного больше, чем я надеялась.
— Пираты были на побегушках у Рамино, — сказала я. — А у него есть доступ… ко многому.
Мне вспомнился ари Деймос. А ведь он был не единственным торговцем оружием, с которым Рамино работал; сколько ещё таких кадров поставляли ему всякое разное?..
Мысли о Деймосе снова напомнили мне о маске на лице Родаса. 
— Мик, что там?.. Балбес, ты только треплешься, или для разнообразия ещё и дело делаешь?
— Я мультизадачный, — фыркнул он. — Если бы я не умел дело делать, вы бы сдохли в полном составе ещё семь лет назад. Помните тот случай, когда мы в окружение попали, и у нас было ровно тридцать четыре секунды, чтобы высчитать координаты для произвольного гипер-прыжка? Вот-вот! А про трёп я бы попросил: если бы я не умел трепаться параллельно с работой, вы бы сдохли от скуки. Всё те же семь лет назад…
 
— У тебя есть визуальное подтверждение?
— Есть оно у меня. Как не быть? Я всё ещё надеюсь получить новый корабль из линейки Альфа-Гелиос. Хотя бы на денёчек. Ну правда, я всё отдам, чтобы покопаться у этой машинки в мозгах! Даже на позы готов! Ну, если очень надо…
— Ты свою рожу в зеркале видел? — возмутилась Зара. — Позы ему… Тебе ещё доплачивать должны, чтобы без поз обошлось!
— Вот не надо мне тут! Я плейбой, между прочим! У меня знаешь, сколько было! Кого только не было… Вот ты с амо пробовала?
— Как я вообще жила без этой инфы?.. И серьёзно, Егор, мы с тобой вместе по заведениям шарахались, я в курсе, что ты любишь эксперименты. переходи уже от прелюдии к делу, а?
— Не называй меня Егором: мне сразу кажется, что ты — моя мамочка. Не приведи вообще никто… Вот так развлекаешь вас, стараешься… Но ладно, к делу так к делу. Отчитываюсь: смотрю в оба за нашим мутантом и эскортом; ребята готовятся ко взлёту. Корабль-полупризрак: не читается на камерах и со спутника, но всё же улавливается бортовым сканером. 
— Тип корабля?
— Исследователь. С ним — классический военный эскорт, не особо старательно замаскированный под “мы-с-маней-мимо-пролетали” и всё вот это вот. 
— Взломать можешь?
— Полное вирт-молчание, явно правительственная разработка. Взломать можно, если попасть внутрь — и то не факт. Снаружи даже долбанный волшебник из сказки (или альдский божок) эту систему не вскроет.
— Ясно… Их статус? 
— Идёт подготовка ко взлёту. С минуты на минуту. Два робота двинули в сторону диспетчерской… На кой, интересно? Там же и так все трупы! В этом городке в целом весело сегодня… 
Да, тут Балбес не соврал: веселье на теневой Дельте шло полным ходом. Фонтанировало, так сказать. По правде, именно потому мы ещё не попались: на улицах произошло ещё несколько стычек неизвестных с неизвестными. К которым недолго думая подключились и местные преступные элементы. Опять же, люди великого гуманиста Волкова, обожающего с экрана вещать о мудром, добром и вечном, нехило так порезвились в диспетчерской теневого космопорта. Настолько, что мы, планировавшие прорываться с боем, на деле вошли на территорию без малейших проблем: работнички местные стали тихи, молчаливы и никого больше не потревожат. Вообще никогда. 
Будто в ответ на мои мысли, корабль завибрировал. 
— Что за?..
— Кажись, в городе склады бабахнули.
— Ну нехило же так… 
— Не нравится мне это, — сказал Кэп. — Готовимся ко взлёту! Зара, что у тебя? 
— Сломаны штурмовые манипуляторы, остальное в полном порядке. 
— Мик?
— Норма.
— Кат?
— Ко взлёту готовы. 
— Балбес?
— Заканчиваю. 
По полу снова прошла вибрация. 
— В воздухе закончишь. Ходу!
У кэповой команды было отличное звуковое сопровождение: здания теневого космопорта начали один за другим взлетать на воздух.
— Пристёгивайтесь, придурки! 
— Крутые парни не оборачиваются на взрывы!
— Крутые парни драпают со всех ног, чтобы не сдохнуть… Твою мать, опора сломалась!
— Как-нибудь сядем!..
Космопорт погрузился в хаос. И, если подумать, это было отлично придумано: уж теперь концов точно не найти.
— Господа пассажиры! — каркнул Кэп. — Ща немного потрясёт!
— Это, мать твою, немного?! — заорала Зара.
Я порадовалась: если орёт, значит, не померла. А тряхонуло-то так, что я чудом себе не откусила язык. 
— Имела я такие праздники! Балбес, что с долбанными гравистабилизаторами?! 
— Накрылись! Выравниваю!
— Кат, займись навигацией! 
— Уже!..
Вокруг был он самый, который полный и безоговорочный. А ещё — знакомый и родимый. Там всё взрывается, здесь несётся, корабли, которые успели взлететь, в воздухе мечутся, ребята матерятся, цель на мониторе светится, скрыться пытается — в общем, обычная рабочая атмосфера.