Объект номер 13 (СИ)
А что мне остаётся? Я вздохнула — и принялась обрисовывать. Поскольку требовалось “коротко и существу”, то всякую ерунду, включающую в себя поцелуи и тактильные эксперименты, я опустила. Это при том, что после визита к профессионалам горизонтального профиля, когда я решила всё же последовать примеру ребят и сбросить напряжение таким образом, все мы с удовольствием обсуждали — и позы, и сколько раз, и вообще. И никаких комплексов. А вот про Родаса… ну не могла я обсуждать то, что мы разделили, в таком ключе.
И это, чтоб его, был звоночек. Даже, наверное, звоночище.
Так или иначе, рассказ мой был предельно коротким и ёмким. Тем не менее, ребята всё равно охренели.
— Погоди, — протянула Зара неверяще. — То есть, жуткие альданские генералы в масках, о жестокости которых ходят легенды, — это молокососы младше меня раза в три, выращенные в пробирке? Жертвы пыток, не способные возразить, и всё вот это вот?
Я передёрнула плечами:
— Я бы не стала оправдывать этим каждый их чих. Они не зайчики, факт; но в целом ты обрисовала верно.
— Это исторический день, — заметил Балбес, — у меня нет слов.
Кэп потёр лицо.
— Вот именно из-за такого дерьма я и воевал за то, чтобы не жить в Коалиции, — бросил он. — А теперь этот урод Волков решил устроить такое и у нас. Ну не отличный ли день?.. Ладно, дальше. Есть идеи, кто на нас напал? И кто вмешался?
— Прости, Кэп, знаю не больше твоего. Хотя поставила бы на то, что нападающие были ребятами Волкова. А вот те, другие…
— Они вмешались, как только нас стали сильно щемить. Странно это.
— Ребят, на выход, — бросил Мик, — оставим транспорт здесь.
Мы послушно высыпали из грузовика. Я задумчиво осмотрела огромное кладбище кораблей.
— Тут поблизости годная точка обзора, — пояснил Мик, — и машину среди лома найдут не сразу.
— То, что надо, — кивнул Кэп. — За мной!
Я ходко потрусила за ребятами. И в очередной раз признала, что Мик не зря считался гением в ориентировании на местности: очень быстро мы вышли к заброшенным складам, с которых действительно открывался отличный обзор. Ну, то есть как — отличный? Понятно, что расстояние в семь километров — это вам не кошка начихала, и нормальный человек тут ничего не увидит.
Но дак то нормальный. А у военных пилотов и снайперов поголовно глаза скорректированы специальной механикой, и я — не исключение. Да и обзорных дронов никто не отменял, хотя и злоупотреблять ими не стоило — могли срисовать.
На первый взгляд улица выглядела спокойно. И здание стояло на месте. Я нахмурилась: зная Родаса, ожидала, что там творится форменный кошмар с огненным штормом и перестрелкой. А тут… почему так тихо?
— Слишком тихо, — озвучил Кэп мои мысли, — может, ещё не началось?
Я снова попыталась достучаться к Родасу.
Безрезультатно.
— Уже должно было, но…
И в этот момент к выходу из медцентра, где мы остановились, плавно подрулило несколько гравимашин. Кортеж выглядел более чем внушительно: машинки, изящные даже на вид, явно были укомплектованы под самую завязку.
— Зара? На твоём сканере видно что-то?
— Пусто, — хмуро отозвалась единственная из Вихрей, у кого в систему зрения был встроен анализатор последнего поколения. — У нас тут “призрачный поезд”, ребята. Классический. Сканеры его не читают, и со спутников наверняка тоже не просматривается. Вся техника в радиусе накрывается, жучок не поставить.
— Дерьмо, — пробормотал Балбес, — так суперсекретные разработки и тайное оружие перевозят! Откуда оно вообще тут взялось?
— А Родас — это разработка и оружие в одном лице, — мне было паршиво, как никогда. Нам нет смысла соваться; не тогда, когда нас всего-ничего, а у противников разработки последнего поколения.
— А вот и груз, — заметил Мик негромко.
Я повернулась и почувствовала, как обрывается сердце.
Родас шёл к кортежу в сопровождении нескольких мутных личностей. Рядом с ним вышагивал черноволосый мужик в представительском костюме. “Волков,” — пробормотал Кэп, но я только мазнула по черноволосому обмудку взглядом, чтобы запомнить на будущее.
Меня интересовал только Родас.
Он выглядел целым, вполне здоровым, но…
— Маска, — выдохнула я, — ублюдок Деймос продал им маску.
Я сжала зубы, вспомнив реакцию Родаса на эти маски. Я была почти уверена, что он предпочёл бы сдохнуть, но не надевать эту гадость снова.
И вот он попался. Из-за меня.
— Кат, мне жаль, — сказал Кэп тихо.
Я ничего не ответила. Проследила взглядом, как Родаса упаковывают в машину. Он на миг замешкался, повернулся, будто почувствовал мой взгляд, а после шагнул, не сопротивляясь, в тюрьму на колёсах.
Я отвернулась, сжав кулаки до боли.
Мы не сможем перехватить их по дороге. Соваться к кортежу класса “призрак” — идиотизм и самоубийство. Хуже того, Родасу придётся встать на их сторону…
— Они едут в сторону теневого космопорта, — сказал Мик.
И я застыла.
Вот же оно!
— Они не рискнут пользоваться андроидами или мощным искином, — пробормотала я. — Они не станут набирать слишком большую команду. Зная способности Родаса, лучший способ транспортировки — суперскоростной корабль с минимумом экипажа. Я догадываюсь, каким будет маршрут, и смогу перехватить его в атмосфере. Дать ему шанс…
— Имеет смысл. Но я готов поспорить, что возле корабля, на котором мы прибыли, нас уже ждут, — заметил Кэп. — Да и недостаточно он хорош, чтобы тягаться с крутой техникой, доступной Волкову.
Я покачала головой.
— Ребят, тут мы попрощаемся. Вы постарайтесь максимально тихо убраться с Дельты, желательно на общественном транспорте. А я…
— А ты щас получишь в зубы, — хмыкнула Зара. — Все значит все, Кат. Вместе в это сунулись, вместе и выпутаемся. Если ты идёшь спасать мутанта, я тоже иду.
— В деле, — сказал Мик.
— Будет весело! — ухмыльнулся Балбес.
И все посмотрели на Кэпа. Он вздохнул.
— Я не стал бы влазить в это ради альданца. Но делать из моих соотечественников лабораторное мясо, пытать детей и клепать суперубийц для политических разборок? Не в мою смену.
Я почувствовала, как от облегчения дрожат колени, а сердце заходится… Ага, надо ещё укольчик.
— Спасибо…
— Не спеши, — хмыкнул Кэп. — Сначала надо где-то реквизировать боевой корабль. И хрена там это будет просто…
— О, — я невольно ухмыльнулась. — Так уж вышло, что корабль у меня есть.
37
Родас
* * *Она так и не сказала мне правду.
Я думал об этом, шагая по разбитым, покрытым грязью плитам.
Я не доверился ей, она — мне. Можно ли это назвать взаимозачётом? Впрочем, тут мы подходим к моментам неоднозначным.
С одной стороны, у людей стандартной модели принято считать, что ради так называемой “любви” можно и нужно сделать всё. С другой стороны, по моим наблюдениям, именно из-за этой тенденции в обществе склонны оправдывать любовью предательства, ложь, жестокость, насилие и прочие неоднозначные с точки зрения этики поступки. Допустимо ли, например, предать по этой причине боевых товарищей или интересы страны? В общественном сознании — да. Для нас с Катериной — нет. И, несмотря на свою эмоциональную нестабильность, я скорее рад, что тут мы совпадаем.
Но всё же, ощущается это всё довольно странно. Как будто моей иррациональной части очень хотелось бы, чтобы она доверяла мне… Ещё одна сторона дефекта, очевидно. Нужно будет обдумать.
* * *Здание гостиницы замаячило передо мной, намекая, что очень скоро придёт очередь второго этапа плана. Я не чувствовал никаких лишних ментальных эманаций, не мог уловить ни одной подозрительной мысли; впрочем, меньшего от Ал-45 и не следовало ожидать. Он не мог не просчитать, что единственный способ поймать меня — ментальная тишина.
Либо правильная наживка. Но этого варианта я всеми силами старался не допустить.