Объект номер 13 (СИ)
— Слушай, — сказала я. — Вот с удовольствием поделилась бы с тобой планами, но правда не могу. Чисто физически.
— Тц, — Деймос прищурился, — неужели дело в твоей сделке с братом министра?
Я недоверчиво посмотрела на него.
— И об этом ты тоже догадался?
— Когда начинаешь разматывать клубок, многое становится очевидным, — сказал он лениво. — К тому же, я — гений.
— Скромно, — оценила я.
— Зато честно, — по-кошачьи улыбнулся он. — Меня создавали с расчётом на то, что я буду способен работать напрямую с виртом, анализировать за секунды огромные массивы информации. Собственно, ради этого мне в мозг вживили приличное количество биотехнологий… Итак, к моему вопросу. Почему бы нам не перезагрузить твой вирт? Это избавило бы от необходимости выполнять всякие скучные договора… Ты ведь, думаю, именно за этим здесь, в этом царстве беззакония. Я прав?
Я аж на месте подскочила. Забираю свои слова обратно! Этот Деймос — замечательный парень! Потенциально. В смысле, я многое готова ему простить, если он и правда может избавить меня от контракта с Пузом. Только вот…
— А зачем тебе это? Не проще ли меня убить? И забрать Тринадцатого себе?
Он склонил голову набок:
— Тринадцатый? Неожиданно. Мне казалось, он гордится тем, что нынче стал Седьмым.
— Восьмым, — встрял Родас, — если учитывать, что ты жив. Как это возможно, кстати? Тебя при мне забрали на утилизацию.
— Верно, при тебе, — улыбнулся Деймос. — Ты подвёл меня под утилизацию, и ты же отдал приказ.
— Ты проявил дефекты, несовместимые с функционированием! — я услышала, как Тринадцатый бесится всё больше. Знакомый вид злости: так всегда ведёшь себя, когда и сам знаешь, что накосячил. — Твой коэффициент лояльности…
— Любопытно, — фыркнул чернявый. — Ты мне даже сейчас, после восстания богов, будешь рассказывать о коэффициенте лояльности? Как будто сам уже не продемонстрировал свою дефектность.
— Я всегда подчинялся легитимной власти, — отрезал Тринадцатый. — Я поддержал Фобоса, когда он стал Канцлером по праву…
— Ну да, — сладко улыбнулся Деймос. — Расскажи мне ещё что-нибудь.
Я сидела, слушала это всё и тихонечко обтекала.
Знаете, что мне это всё напоминало? Мой семейный ужин перед отбытием на войну. Вот серьёзно, один в один. По крайней мере, на диалог с сестрой вот очень смахивает.
Только масштабы разные, конечно. У нас всё попроще было: сестрёнка сидела, опиралась на поддакивающего ей мужа, качала на руках свою личинку человека, попеременно исторгающую жидкости из всех отверстий, и вещала о семейном счастье. Которое, дескать, каждая баба должна хотеть до опупения. А не летать, воевать и вот это вот всё.
Я на это всё смотрела, слушала и в итоге не утерпела: объяснила, где я такое счастье видала.
Короче, ужин прошёл так себе. Никому не рекомендую.
У этих братцев-зайцев, конечно, всё сложнее. Иначе и быть не может, учитывая, из какой они семьи (если это всё вообще можно назвать семьёй, конечно). Но вот сама атмосфера — чисто как у нас с сестрёнкой.
И вот с одной стороны, пускай бы разбирались между собой. Мне-то что? А вот с другой — чем больше слушаю, тем больше понимаю, в какую же попенцию я угодила.
Хотя… Возможно, встреча с Деймосом — к лучшему.
—… Если хочешь знать, как я выжил, то всё просто: Фобос спас меня.
— Фобос? — впервые я услышала в голосе Тринадцатого искреннее изумление. — Но он же…
— Не был тогда Канцлером? Был таким же псом на поводке, как ты и я? Да. Но я открою тебе великую тайну, Родас: как бы тебя это ни злило, но я очень полезный малый. И, к моему счастью, не все боги с самого рождения такие идиоты, как ты. Всё же, не зря тебя назвали в честь куска горной породы…
Вот тут я поняла, что это мой выход.
— Так, господа, — встряла я. — Никто не хочет объяснить мне, о каких богах идёт речь?
— О, так ты не знаешь? — переключился на меня Деймос. — Боги — это мы.
Ну осоловеть теперь.
— Вдвойне скромно.
— Нет-нет, — сверкнул зубастой улыбкой черноволосый. — Проект “Боги новой эры”. Или “Инициатива нового Олимпа”. Так называемся мы.
14
Плохая новость: альды больны на голову. И откровенно заигрались в свои игры с модификациями.
Хорошая новость: Деймоса тянет поболтать.
Не знаю, правда, какие цели он при этом преследует. Да и наплевать, честно говоря. Я хочу уже понимать хоть что-нибудь, а не тыкаться слепым кутёнышем. Так что попробую расспросить его. А что я теряю?
— Можешь рассказать подробнее? Хотя бы то, что вне грифа “секретно”.
— Не вздумай, — отметил Тринадцатый. — Это вне её компетенции.
— Ну-ну, — улыбка Деймоса стала ещё шире. — Видишь ли, моя дорогая, тут есть неприятный момент: всё, что касается нас — секретно. Тем не менее, до определённых пределов я готов ответить на твои вопросы. Так что — спрашивай!
Парень, ты сам предложил.
— Что вы такое? Клоны, киборги, синтетики… нечто вообще новое. Не просветишь?
Деймос соединил кончики пальцев.
— Интересный вопрос, — сказал он. — На него весьма тяжело дать однозначный ответ. Тем не менее, опираясь на вашу терминологию, мы скорее синтетики. У нас нет биологических или генетических родителей… Есть прототипы — около пяти десятков, если не больше. Не всегда люди. Разные существа, у которых взяты фрагменты ДНК. Но многое в нас при этом создано вручную, без образа и подобия. В нас встроены некоторые механизмы, преимущественно из биотехнологий; так, например, в крови каждого из нас гуляют неактивные бактерии, которые уничтожают тело после смерти, разрушают ДНК так, чтобы враг не смог его повторить. То же самое, кстати, касается и взятых образцов. Полагаю, только потому мой брат ещё жив.
Дела.
— Не думала, что такие технологии уже доступны. То и дело говорят о попытке создать синтетиков, но настолько удачные… Получается, технология разработана? Но как тогда вышло, что вас сделали только тринадцать? Можно было бы наклепать армию ребят вроде вас. В чём проблема?
— Катерина, Катерина… — Деймос покачал головой. — Твоя наивность типичного жителя Земного Союза потрясающе мила. Разумеется, мы — далеко не первые! Проект наш был суперсекретными, он потребовал огромных затрат. И изначально нас, думаю, было не меньше нескольких тысяч.
— Подожди. А остальные?..
— Некоторых списали на стадии эмбриона. У других проявились непредвиденные мутации в младенческом возрасте. Биологическом, разумеется. Мы росли в специальном субстрате, из которого вышли примерно двенадцати-тринадцатилетними. На этом этапе списали очень многих: как только мы вышли из субстрата, проявились дефекты разного рода, преимущественно неврологические. Такие, разумеется, сразу шли на списание. Некоторые просто не справлялись: проявляли слишком много поведенческих девиаций, пытались сбежать, напасть на кураторов, проявляли сексуальное поведение без команды… Ну, и прочие варианты отклонений. Их проводили через жёсткий инструктаж и по результатам либо отправляли на переработку, либо списывали. В итоге, к тому моменту, как началась отладка серии, нас осталось не больше ста…
Так. Понятно. Тут притормозим.
— Слушай, — сказала я. — Ты всё равно меня чем-то накачаешь, если захочешь. Будь добр, очисть воздух и предложи мне выпить. Пожалуйста. Ты всё равно уже всё знаешь, и всё такое. Мне правда надо.
Он прищурился:
— Ну, если ты так мило просишь… — он махнул рукой, и климат-системы загудели, прогоняя кислород. — Чай?
— Лучше чего-то алкогольного.
Он покачал головой.
— Алкоголь на самом деле не помогает справиться со стрессом, знаешь? Это популярный миф.
— Знаю, — огрызнулась я. — Уж извини, это был длинный день.
— Воля твоя. Что ты предпочитаешь? У меня есть очень хороший саке.
— Давай.
Я без особенного страха проглотила содержимое маленькой чашечки, чувствуя, как по телу растекается тепло.