А отличники сдохли первыми... 4 (СИ)
— Не было. Мы же его видели в тоннелях. — Напомнил я о нашей находке. — Только кейс с «Импульсом», наручники, часы и пистолет.
— А может в часах что-то спрятано? — Загорелась девочка. — Как у шпионов! Ты их Мите отдал?
— Да...
— Нет. — Слава махнул рукой. — Не может такого быть. Образцы этих микроорганизмов хранились в специальном переносном морозильнике. Он такой круглый обычно, размером с кастрюлю. Ну может есть импортные, поменьше... С кружку. Дело в том, что при температуре не намного выше ноля по Цельсию эти культуры довольно быстро погибали. Это ещё одно их необычное свойство, которое они выработали там в Антарктиде за миллионы лет подо льдом. Морозостойкость в сочетании с крайней нетерпимостью к теплу.
— Да, морозильники мы там, конечно видели... — Разочаровано протянула Алина и легко вздрогнула, припомнив подземные склады «СЭПО» и их мерзких обитателей. — Но совсем не такие. Жалко... Может и правда чего полезного могли бы получить от этого «Автонома»...
Все окружавшие нас кадеты, которые ещё не успели доесть свой обед, неожиданно повскакивали со своих лавок и встали по стойке смирно.
— Вольно... — Тихий голос Кита долетел из-за спины, и командир вскоре опустился на скамью рядом с нами. — Приятного аппетита, друзья.
— Есть новости?
— Так точно. — Он полез во внутренний карман бушлата. — Амазонки только что радировали, что засекли вертушку в Энгельсе... Он опять не стал там садиться. Полетал над местом сражения и ретировался. Тот же самый синий «Ансат».
— Засекли взлёт?
— Да. И посадку, судя по всему, тоже. Но это разные места...
И он, наконец, нарыл в кармане кусочек чертёжной кальки, развернул и положил его перед нами на стол. На нём было нацарапано две пары координат и выведен схематический контур Саратовской области, нарисованный вместе с руслом реки и областным центром. Внутри контура были проставлены две точки. Одна на северо-востоке от центра, выше по течению реки километров на сто-сто пятьдесят. А вторая — совсем рядом, на северо-западе от города.
— Вот тут он пропал с радаров прямо сейчас. Скорее всего, совершил посадку. — Кит ткнул на точку, ближайшую к Саратову. — В Светлом.
Глава 7. Враг моего врага
— Белый, давай за тот блок! Правый фланг! Пух — налево! Не пускайте доходяг, патроны беречь! Шоттган — в тот сарай! Следи за тылом! Драйв — за пулемёт! Фронт твой! Зря не бей!
О, Юрок всё-таки получил позывной. Разложив сошки, тот немедленно водрузил «покемона» на днище перевёрнутой буханки, укрылся за разорванным колесом и выцелил те кусты, откуда в нашу сторону прилетела ракета.
Егор раздавал приказы ровным, но звонким голосом, немного приглушенным газовой маской и костюмом биозащиты. Почти месяц уже своим отрядом командует. Саратовский речпорт вместе с Горяном брал — тут хочешь, не хочешь, а научишься. Либо сдохнешь.
Распределив своих бойцов по периметру развалин какого-то метеорологического комплекса рядом с Татищевским аэродромом, он обратился ко мне:
— Кир, ты как? Цел? - В паузе между его криками поскрипывала вертушка старого флюгер, помогавшая метеорологам определять местную розу ветров.
— Съездим на разведку, говорили они... — Выбираясь из перевернувшегося транспорта последним, я не упустил шанса поворчать, отпихнув в сторону сорванную с петель дверь фургона. — Нужно спешить, говорили они... Там только жоры вокруг... Хорошо хоть Алинке костюма не досталось...
— Вообще-то у нас есть запасные... — Егор заглянул внутрь фургона, где по всему салону раскидало пакеты с белыми комбинезонами и коробки с запасными фильтрами.
— Если ты ей об этом расскажешь... — Встретив мой взгляд под стеклом маски, он всё понял без продолжения. — Есть идеи, чем это нас так? Что видно?
— Оттуда прилетело... — Сквозь основательно потрескавшееся бронированное стекло командир отряда указал на ложбинку, поросшую каким-то кустарником.
— Ну так садани туда из РГ! — Выбравшись из салона, я привалился к бронированному борту. — Ждёшь, пока перезарядят свою базуку и опять нас тут накроют?!
— А что если это охрана вертушки? Мы же с ними договориться хотим?
— Некому договариваться будет! Гаси!!!
Вместо дальнейших возражений Егор вытащил из-за спины гранатомёт из арсеналов центровых, заряженный гранатами, в изобилии найденными в опустевшей Дзержинке. Примерившись, он пустил одну гранату над днищем фургона в сторону ложбинки.
Перелёт. Заросший овражек накрыло только комьями грязи, вывороченными взрывом гранаты. Но теперь там тоже должны били вжаться в землю, как и мы.
— Попробуй ещё раз. — Я, в свою очередь, попробовал приподнять отвалившуюся дверь. — Всё равно как на ладони тут... Надо рвать когти! Юрок! Или как там тебя теперь... Драйв? Я щас туда двинусь... Пока буду корячиться, короткими их прижимай на всякий!
— Принял! — Юрок ответил не глядя, продолжая целить в свой сектор.
— Давай лучше я! — Егор схватился за моё плечо.
— Ты её не утащишь! — У меня получилось поднять тяжёлую дверь, но нести я её не мог — только переставлять перед собой мелкими интервалами. — Давай ещё выстрел и помогай крыть! Пацаны, чё на флангах видно?
— Чисто! — Белый приглушённо выкрикнул справа. И сразу после его отзыва ещё одна граната разорвалась немного не долетев до укрытия с ракетчиком.
Выждав секунду послегрохота взрыва, кадет, кроющий правый фланг, добавил:
— Пара доходяг на горизонте. К нам ковыляют!
— Не подпускай! Пух?
— Движение! — Кадет, умудрившийся сохранить весьма упитанное телосложение даже во время полуголодного периода жизни корпуса, прозванный за это «Пухом», подал более тревожный сигнал. — Вон там, за сушняком!
— Херачь, не жди пока сменят позицию!
Несколько коротких очередей скосили степной сухостой. И нам тут же ответили оттуда несколько одиночных выстрелов. Судя по звуку и характеру поднятой пыли вокруг нашего укрытия — гладкоствол.
— Ленинские, небось... — Приготовившись выдвигаться, я прислонился к поднятой двери и собрался с духом. — Тоже решили вертушку разъяснить. Походу, зачастила сюда садиться. Егор, кинь в ту сторону тоже!
— А ракетницу где они взяли, если ленинские? — Командир отряда кадетов нацелил гранатомёт в низину за сухостоем на левом фланге. — Ф-ФОМП!
На этот раз попадание было как нельзя более удачным. Вместе с комьями земли из-за жухлых зарослей вылетели ошмётки чьего-то тела.
— Да мало ли в ленинском жило криминальных граждан с базуками на чёрный день. Нашли по коттеджам, так же как и Колян свои гранаты. — Ухватившись за ручку двери правой рукой, я взял в левую обрез «винчестера». — Но вот теперь эти ублюдки обоссались как надо! Всё я пошёл. Юрок, как договорились! Пух, продолжай их там беспокоить, не давай по мне стрелять!
Глухо угукнув сквозь маски, оба кадета открыли огонь по своим секторам редкими короткими очередями. А я вышел из-за поверженной «буханки» и понемногу стал передвигаться к ложбинке, переставляя перед собой бронированную дверь — шаг за шагом — и наблюдая за кустами через те участки стекла, которые ещё были свободны от трещин.
Кажется, засевшие там противники начали что-то подозревать. По мне немедленно открыли огонь из разнообразных стволов. Судя по звуку — всё тот же гладкоствол и охотничьи карабины. Точно ленинские. Юрок, не тупи... Ты же видишь пламя точно так же как и я... Гаси их!
Юрок не тупил. Следующие его выстрелы явно срубили чью-то подававшую надежду жизнь — из кустов сначала донесся сдавленный стон. А после второй короткой очереди из ПКМ — истерический визг. Больно, должно быть... Наверное, в лицо попал. Или кишки разворотил.
Пули и картечь толкали дверь мне в плечо. Но пробить её были не в состоянии. Стрелки, которые залегли на фланге Пуха молчали — то ли граната Егора накрыла их всех, то ли контуженные уцелевшие бандиты благоразумно не рисковали высовываться из канавы, рискуя словить от упитанного ефрейтора пару пуль из то и дело плюющегося в их сторону «укорота».