Убийца на вечеринке с шампанским (= Любитель Шампанского, Убить, чтобы остаться)

- Помни только, дорогой, что сказал это ты, а не я. 
- Сказал что? 
- Хедман*. 
______________ 
* По-английски эта фамилия означает "предводитель". (Примеч. перев.) 
Куист пристально посмотрел на нее. 
- Разве Дэн не говорил, что того подонка с побережья звали Дэвид Харрис? - спросила она. 
- Кажется, так. 
- Д.Х. - Дэвид Харрис, - объяснила она. - Инициалы "Д.Х." - Дуглас Хедман. - Она, слегка вздрогнув, перевела дыхание. - Я не могу больше думать о каком-то случайном совпадении, Джулиан. 
Он стоял не шелохнувшись, пристально глядя на нее. 
- Игра слов, - сказал он. 
- Почему ты не спросил Мариан Шир, не знала ли она Беверли Трент? 
- Говорю тебе, что-то предупредило меня не делать этого. 
- Дуглас Хедман чист, - сказала Лидия. - Его алиби непоколебимо, даже если у тебя есть сомнения относительно Мариан Шир. В те дни он встречался с множеством людей, которые подтвердят его алиби. Он не убийца. Он, по всей вероятности, и не шантажист. 
- Так что?.. 
- Так что мы забудем о нем, - ответила Лидия. 
- Не забывай о твоей игре слов. С Предводителем. - Куист направился к бару и налил себе новую порцию. 
- Должны существовать совершенно невинные причины, по которым Беверли Трент захотелось иметь фотографию Мариан Шир в своей комнате. 
- Назови две, - предложил Куист. 
- Богатая, хорошо известная в обществе женщина, которой Беверли восхищалась. Возможно, она мечтала походить на нее. 
- Фотография сделана в студии, это не вырезка из газеты, - напомнил Куист. 
- О, послушай, дорогой. Ты знаешь, как легко получить фотографии людей у фотографов, из других источников. 
- Какие другие источники? 
- Возможно, она написала Мариан Шир и попросила ее об этом. 
- Итак, это одна невинная причина. Назови еще одну, любовь моя. 
Лидия заколебалась: 
- Не могу больше ничего придумать, но должны быть другие. 
- Хедман, - повторил Куист. - Предводитель. Черт ногу сломит. 
- О чем беспокоиться, Джулиан? Он вне подозрений. 
Куист подошел к двери террасы и уставился в ночное небо. Секунду спустя Лидия последовала за ним и остановилась позади, крепко держа его за руку. 
- Что тебя тревожит, Джулиан? 
- Я думаю об этом проклятом цилиндре, - ответил он. 
- О цилиндре? 
- О цилиндре Шабрена с двойным дном. - Куист повернулся и посмотрел на нее. - Наверное, мысль об этом и помешала мне задавать вопросы Мариан Шир относительно фотографии. Что-то, касающееся ее и Хедмана. 
- Что еще - помимо моих глупых предположений? 
Он повернулся и сверху вниз посмотрел на нее. Его голубые глаза были прищурены, холодны. 
- Я был уверен, что никто не станет отбирать эту сумку с деньгами в "Гарден", - сказал он. - Не было абсолютно никакой возможности выбраться оттуда с ней. Вот почему мне пришла в голову эта мысль относительно снайпера. 
- К счастью, ты ошибся. 
- Так что же случилось? Какова была цель всей этой шарады? 
- Ничего не случилось. 
- Ошибаешься. Дуглас Хедман снял с себя все подозрения в убийстве и шантаже. 
- И что? 
- То, что при следующих звонках от шантажиста будет один человек, за которым мы не станем вести наблюдение. Дуглас Хедман. Он вне подозрений. Фокус. Наше внимание привлечено к нему, он доказал свою непричастность, так что мы не станем вновь вести за ним наблюдение, - и тут из цилиндра достают кролика. 
- Но алиби... 
- Обеспечено человеком, который связан с самым началом этой ужасной истории. Эти алиби нуждаются в более тщательной проверке. - Куист наклонился и прикоснулся к ее щеке. - Поезжай домой и отдохни. Утром мы начнем докапываться до истинной сути твоего Предводителя и его подружки. 
Без объяснений было понятно, что Лидия не должна оставаться на ночь у Куиста. Поскольку Джонни спал в кабинете, это уже перестало быть их личным делом. Возникли и небольшие разногласия по поводу того, должен ли Куист провожать Лидию те два квартала, что разделяли их дома. Она убеждала его, что кому-то следует остаться с Джонни. Этот район находился под неусыпной охраной полиции. Лидия не испытывала ни малейшего страха. Она позвонит ему, как только доберется до дому. 
 
Куист налил себе стаканчик спиртного и стал ждать. Меньше чем через десять минут позвонила Лидия. 
- В полном здравии и безопасности, - сообщила она. - Ложись спать. 
- Попытаюсь. 
- Мне уже не хватает тебя, - сказала Лидия. 
Куист выключил свет и поднялся наверх, в свою спальню. Он разделся, чувствуя сонливость. Господи, как он устал! 
Он заснул, как только его голова коснулась подушки. 
И проснулся оттого, что кто-то кричал у него под ухом. 
Ему понадобилось не больше секунды на то, чтобы сориентироваться, а потом он понял, что вопль ужаса издает Джонни Сандз, этажом ниже. Куист вскочил с постели и бросился в гардеробную. Натянул желтый махровый халат и достал из верхнего ящика комода спрятанный под стопкой носовых платков полицейский револьвер 38-го калибра. 
Он бегом спустился по лестнице и ворвался в кабинет. Крики прекратились. В свете, падавшем из-за его спины, Куист увидел Джонни, сидевшего в своей постели. 
- Джонни! 
- О боже! - простонал Джонни. 
- Я включу свет, - сказал Куист и щелкнул выключателем около двери. Он стоял при ярком свете, обводя комнату своим револьвером, внимательно наблюдая, не возникнет ли какое-то движение за занавесками. 
- Я кричал? - хриплым голосом спросил Джонни. 
- Не то слово, приятель! 
Джонни сонно щурился, глядя на свет. 
- Так у тебя не было легкого огнестрельного оружия? - сказал он. Хорошо, что ты не дал его мне. Я убил бы этого Хедмана. 
- Джонни, что случилось? 
- Приснился кошмар, - объяснил Джонни. Он потянулся к ночному столику за сигаретой. 
- Ты напугал меня до полусмерти, - заметил Куист. Он опустил револьвер в карман своего халата. 
Джонни закурил сигарету и потянулся к бутылке ирландского виски, которая стояла на полу рядом с кроватью. 
- Кто-то пытался убить меня - серебряным подсвечником, - объяснил он. 
- Если бы ты не был так переполнен спиртным, я предложил бы тебе снотворное, - ответил Куист, поворачиваясь к двери. 
- Не уходи, - настойчиво попросил Джонни. - Останься и поговори со мной, дружище.