Убийца на вечеринке с шампанским (= Любитель Шампанского, Убить, чтобы остаться)

- Благодарю за комплимент. 
- Присаживайтесь. Для вас это был, вероятно, утомительный вечер. 
- Убийство не относится к числу моих любимых видов спорта, - ответил Куист. Он сел в удобное кресло напротив Шабрена. Управляющий отелем курил плоские египетские сигареты. 
- Любопытство может стать надоедливой привычкой, - заметил Шабрен. - К сожалению, она укоренилась во мне. Управлять таким отелем - все равно что управлять небольшим городом. У нас собственные магазины, рестораны, бары, прачечные, химчистки, банковские сейфы, полицейские и тысяча одна мелочь всевозможного жизнеобеспечения. Только сохраняя свою любознательность, я могу оставаться в курсе последних достижений. Нам не раз приходилось сталкиваться с насилием, точно так же, как с ним сталкиваются в самом благоустроенном городе. Но я воспринимаю это как личный вызов. 
- Понимаю вас. 
- Когда дело касается человека, имеющего самый высокий общественный рейтинг в городе, я считаю, что это имеет отношение ко мне. Убийство плохая реклама для отеля. Мне кажется, что это не заурядное убийство, мистер Куист. Это дело рук не неловкого воришки или человека, который ненавидел Эдуарда Уизмера. 
- Вот как? 
- Пресса еще не провела никаких параллелей, но я это сделал, - заявил Шабрен, глаза которого превратились в узкие щелочки. - Человек по имени Макс Либман часто останавливался в нашем отеле. Он позвонил мне в субботу вечером, чтобы выяснить, когда должен появиться Джонни Сандз. Он позвонил мне, а не в отдел регистрации, потому что мы с ним старые друзья. Позднее он умер насильственной смертью. За несколько часов до этого, кажется, человек по имени Луи Сейбол был убит в Чикагском аэропорту. Выясняется, что он был другом Джонни Сандза. Теперь здесь, в моем отеле, убит еще один друг Джонни Сандза. Я чувствую, что между ними есть связь, мистер Куист. 
Куист слегка улыбнулся: 
- Ваш служащий Додд утверждает, что вы можете видеть сквозь кирпичную стену. 
- Так я прав? 
- Думаю, что правы. Джонни думает, что вы правы. Мы пытаемся убедить полицию, что мы правы. 
- Не логично ли утверждать, что следующим может быть Джонни Сандз? 
- Да, если во всем этом есть какая-то логика. 
- Что ж, - произнес Шабрен, глаза его заблестели, - этого не случится здесь, в моем отеле. - Он затянулся сигаретой, играя зажигалкой, лежавшей перед ним на столе, поворачивая и вертя ее из стороны в сторону. - Вновь моя любознательность. Существует какая-то связь между этими тремя покойниками, помимо их дружбы с Джонни Сандзом; какое-то событие, что-то, что они сделали вместе в прошлом? 
Куист заколебался. Его озадачила удивительная прозорливость невысокого человека, сидевшего за столом. 
- Ваши догадки, конечно, не беспочвенны, но я не вправе рассказать вам, в чем дело. Это история Джонни - а сейчас она также принадлежит полиции. Но я расскажу вам кое-что. Существует четвертый человек. Он был отставным полицейским в Лос-Анджелесе. Его нашли в пятницу утром у подножия скалы с проломленным, как у Эдди Уизмера, черепом, - но это не явилось результатом падения. 
Шабрен облизал губы. 
- Так, значит, первое происшествие в деле, о котором вы не хотите говорить, имело место в Голливуде, где все они жили. - Это не было вопросом. Он поднял набрякшие веки и посмотрел на Куиста. - Ни одно из происходящих сейчас событий не является тем, чем кажется, мистер Куист. Мы наблюдаем по телевизору за премьер-министром или президентом; он рассказывает нам о своих благородных целях и планах, но за всем этим стоит его собственная попустительская и маневрирующая политика. За чопорным лицом глубоко порядочной матери семейства скрывается вожделение к мужу соседки. В теле сильного на вид мужчины сидит рак, пожирающий его внутренности. Человек, щедро раздающий чаевые в моем баре, является потенциальным банкротом. Истина редко лежит на поверхности. 
- Интересное, но не слишком глубокое наблюдение, - заметил Куист. - Как это привязать к четырем убийствам, мистер Шабрен? 
- Я оплачу вам лучший обед в городе, если вы откроете правду там, где что-то только кажется правдой, - улыбнулся Шабрен. - Не имея на руках всех фактов, я просто занимаюсь игрой. Фокусник привлекает ваше внимание к тому, что кажется правдой, чтобы вы не заметили двойного дна в его цилиндре. Конечно, это фальшивое дно и есть единственная правда. Вы будете в гораздо большей безопасности, мистер Куист, пока охотитесь за убийцей, если будете помнить об этой простой истине. 
 
- Я, вероятно, слишком устал, чтобы как следует обдумать все это, ответил Куист. - Но я запомню, что вы предупредили меня. 
- Молодец, - сказал Шабрен. Он поднялся и протянул руку. - Если смогу чем-то помочь вам, дайте мне знать. Можете быть уверены, что с Джонни Сандзом в этом отеле ничего не случится. А вот в другом месте я не могу поручиться за его безопасность. Спасибо, что заглянули ко мне. 
Куист улыбнулся. 
- Мне это доставило удовольствие, - ответил он. 
Глава 2 
Куист направился к себе домой. Он не лгал, говоря Шабрену, что смертельно устал. И, честно говоря, он уже слышать не мог о фальшивых правдах и фокусниках. В этом не было никакого смысла, или все-таки смысл был?.. 
Куист устал, но спать не хотелось. Он ослабил узел галстука и расстегнул воротник рубашки. Подошел к бару и налил себе бренди. Потом, услышав шум, обернулся. Лидия спускалась по лестнице со второго этажа. На ней все еще был тот костюм, в котором она была на приеме. 
- Я передумала, - сказала она своим хрипловатым голосом. - Приехала сюда, вместо того чтобы отправиться к себе, как ты предлагал. 
- Я рад, - ответил Куист. - Выпьешь? 
- Налью себе шотландского виски со льдом. Ты ждешь кого-нибудь? 
- Возможно, позднее приедет Джонни. Он сильно потрясен, не хочет оставаться в "Бомоне". - Он достал одну из своих длинных тонких сигар из шкатулки, стоявшей на столе, и закурил. 
- Я не разыгрывала романтической истории, приехав сюда, Джулиан, сказала Лидия, приготовив себе выпивку. - Юный мистер Дуглас Хедман был чересчур настойчив. Он непременно хотел увидеть меня в домашней обстановке. В моем доме нет швейцара, и у меня возникло ощущение, что положение может оказаться слишком затруднительным. Поэтому я дала этот адрес и распрощалась с ним в вестибюле под бдительным оком дежурного.