Грибификация: Легенды Ледовласого (СИ)

— Тото, ко мне!
Копавшаяся в придорожной канаве Тотошка живо подбежала к хозяину и завиляла хвостом.
— Сидеть!
Тотошка села. Хрулеев знал, что говорить проще, чем думать. Если он будет не просто считать, а рассказывать о своих расчетах Тотошке, будет гораздо легче.
— Итак, Тото...
Псина подняла голову и с интересом посмотрела в лицо хозяину.
— Что нам собственно известно об Оредеже? Мы знаем, что там наверняка есть дети, и стоит нам только войти в город, дети сразу же попытаются нас убить. Поэтому мы должны войти, когда дети будут заняты, и им будет не до нас. Заняты дети бывают только во время кормежки, в это время они собираются на Грибных площадках и пожирают Гриб. Ближайшая кормежка детей начнется ровно в 19 часов 46 минут и 38 секунд. Сейчас 19:16. Таким образом, все что нам нужно чтобы выжить, это узнать, где находятся Грибные площадки в Оредеже, а также рассчитать сколько по времени здесь длится кормежка детей.
Давай сначала о Грибных площадках. Где находится одна из них, мы можем сказать совершенно точно, Гриб на ней так разросся, что его видно за много километров, он где-то на севере Оредежа, относительно далеко отсюда, туда мы сегодня точно не пойдем. Таким образом, дети, которые уйдут жрать этот огромный Гриб, нам совершенно точно не угрожают, мы просто не пойдем к ним. Но есть ли в Оредеже другие Грибные площадки? Давай рассуждать, я полагаю, что Оредеж это именно город, маленький городок, а не село и не деревня. Этот красивый пограничный камень, который ты только что обоссала, вряд ли поставили бы на въезде в село.
Но Оредеж определенно невелик, я думаю, в этом городке раньше жило несколько тысяч жителей, максимум — десять тысяч человек. Из этого следует, что в Оредеже должно быть около сотни детей. Еще один вывод — в Оредеже должно быть, вероятно, две Грибные площадки, в маленьких городках обычно выращивали именно два Гриба.
Сотня детей будет поедать Гриб около двадцати минут. И в эти двадцать минут мы с тобой можем свободно передвигаться по городу, главное — не наткнуться случайно на вторую Грибную площадку, местоположение которой нам пока неизвестно. Дети во время кормежки увлечены пожиранием Гриба, но если подойти слишком близко, они все же могут отвлечься, чтобы убить нас.
Надеюсь, теперь тебе ясен мой план — мы войдем в Оредеж ровно в 19:46 и постараемся за двадцать минут, пока дети кормятся, найти безопасное место, чтобы укрыться. Если не успеем — нас убьют. Если случайно наткнемся на вторую неизвестную нам Грибную площадку — тоже умрем. Это очень плохой план, Тото, но другого у меня для нас с тобой нет, прости.
Тотошка тявкнула в ответ.
Монолог отнял у Хрулеева остатки сил, но решение было принято, теперь оставалось только ждать.
Хрулеев сел на землю и прикрыл глаза. Однако ждать оказалось невыносимо. Желудок ныл, Хрулеев ощущал, как его бросает в жар, голодная лихорадка накатывала на него волнами, когда он закрывал глаза, за веками плясали разноцветные круги. Хрулеев несколько раз включил и выключил тамагочи, ему казалось, что прошла уже целая вечность, но проклятая японская игрушка показывала только 19:21.
Хрулеев встал.
— Плевать. Мы идем прямо сейчас, Тото, и будь что будет.
Пошатываясь, Хрулеев зашагал по дороге в сторону коттеджей на въезде в город. Оредеж встречал путников могильной тишиной и выбитыми окнами домов.
  
Хрулеев: Гостеприимное селение
 
3 октября 1996
Балтикштадтская губерния
Воняло здесь отвратительно, тухлятиной.
Труп продавщицы валялся возле прилавка, были заметны ошметки когда-то синего фартука, но сам труп давно превратился в серое желе. Над трупом резвилась огромная стая мух, в мясном перегное копошились черви. Из шеи продавщицы торчал кухонный нож, нож был вогнан со смаком, по самую рукоять.
Хрулеев пытался вставить в тамагочи найденные на одной из полок батарейки, но руки дрожали, а батарейки были совсем маленькими, не больше таблетки от кашля.
 
Хирургу было легче провести операцию на мозге, чем Хрулееву сейчас вставить батарейки в проклятый тамагочи. А время не ждало. Хрулеев запомнил, что когда он вынул из тамагочи старые уже почти севшие батарейки на часах было 19:58. Если Хрулеев промедлит с заменой батареек, то не сможет правильно настроить часы, а неправильно настроенные часы это смерть.
Рядом с трупом продавщицы валялась огромная желтая буква Э, раньше она помещалась на фасаде магазина, но кто-то швырнул букву внутрь, разбив при этом витрину, так что над входом в магазин теперь была только надпись ЛЕКТРОТОВАРЫ.
Магазин был разгромлен, по полу были разбросаны этикетки от продукции, ненужные Хрулееву пальчиковые батарейки, ошметки проводов и битые лампочки.
Сквозь разбитую витрину Хрулеев видел нависший над Оредежем Гриб, а на стене за раскуроченным прилавком была намалевана черная надпись «ДЕТИ-ЗЛО.ГЕРМАН» с непременным портретом Достоевского под ней. Это была уже шестая подобная надпись, замеченная Хрулеевым в городе.
Первая встретила его сразу при входе в Оредеж на стене проржавевшего гаража. Вторая была изображена на асфальте прямо посреди улицы. Третья — на памятнике воину-освободителю. Четвертая помещалась на заколоченных дверях магазина компьютерной техники BolgenOS. Пятую Хрулеев обнаружил на фасаде сожженной пельменной «Dumpling and Vodka».
Никаких пельменей в давно разграбленном заведении, разумеется, не было. Даже стоявший раньше перед входом талисман сети пельменных пластмассовый Пельмешек Вотя пропал. От Воти осталась только одна нога в дутом ботинке, стилизованном под поварешку, как будто Пельмешек отгрыз собственную конечность и в ужасе бежал из охваченного смертью городка. Зато девиз на фасаде пельменной сохранился и извещал Хрулеева, что «ПЕЛЬМЕНИ БЕЗ ВОДКИ ЕДЯТ ТОЛЬКО СОБАКИ».
Эта старая якутская пословица когда-то ассоциировалась у большинства граждан с Президентом. Легенда гласила, что Президент изрек эту мудрость однажды в самолете, когда ему подали обед без соответствующих напитков.
Хрулеев не был собакой, но сейчас он бы с удовольствием съел пельмени даже без водки. Он бы съел хоть что-нибудь. Но в Оредеже не было ничего кроме проклятых художеств неизвестного Германа повсюду.
Хрулееву потребовалось всего полчаса, чтобы осмотреть центральную улицу. Перед входом в салон красоты Хрулеева встретил огромный вкопанный в асфальт транспарант с портретом Президента и предложением сделать прическу «Ледовласый» прямо как у Президента. «Зачешем назад волосы и покрасим белым. Теперь вы Ледовласы! Всего 10 долларов!» — гласила яркая надпись рядом с улыбающимся Президентом.
Хрулеев помнил, что после всем известных событий прическа потеряла популярность, но поскольку транспарант был душевно и сурово вкопан в асфальт, убирать его не стали, а просто закрыли драпировкой. Теперь драпировка была разорвана, и Президент снова предлагал стать Ледовласым всего за 10 баксов.
Брошенные автомобили встречались в Оредеже повсюду и в самых разных состояниях, некоторые были сожжены, у других отсутствовали стекла, двери или колеса, третьи были битком набиты трупами, как консервная банка шпротами.
Некоторые из автомобилей оказались открытыми и, судя по внешнему виду, были вполне на ходу. Вероятно в их бензобаках даже осталось топливо, но ключа зажигания в замке не оказалось нигде, а запускать мотор через рулевую колонку у Хрулеева не было ни сил, ни времени.
Из здания вокзала навстречу Хрулееву радостно выбежала стая одичавших собак размером не меньше сорока голов. Псины были настроены решительно и вели себя агрессивно, явно намереваясь сожрать Хрулеева.
 
Свору возглавляла особенно крупная и злобная сука, как будто сошедшая с городского герба Оредежа. Тотошка храбро бросилась вперед, предлагая собачьей атаманше сразиться один на один, но Хрулеев просто пристрелил главную суку, после чего стая трусливо разбежалась.
Стрелять конечно же было неразумно, выстрел демаскировал Хрулеева и выдавал его местоположение. Но другого выхода не было.