Я ПОПАЛ! в мир, скрытый в киске моей девушки! (СИ)

Она приподняла мою задницу и повернула шею, пока не оказалась подо мной и не взяла мой член в рот. Я чувствовал только зубы. Плохой угол. Ее передние зубы впивались в кожу, убивая любую эрекцию, которая у меня почти была. Ее ноги слегка раздвинулись. Я смог найти ее клитор и обхватить его языком. Она более мокрая, чем я ожидал. Должно быть, чертовски возбуждена. Мне не нужно было много делать. Она так давно не занималась сексом, что езда на велосипеде, вероятно, доставила бы ей оргазм.
Она стонет с моим членом во рту. Я оглянулся и увидел, что она строит мне рыбью рожу. Рыбья гримаса вокруг моего члена, которую она сделала бы, глядя в аквариум с золотыми рыбками. Я не знаю, пытается ли она быть сексуальной с этим лицом или что, но по какой-то причине это обеспечивает мне полную эрекцию. Может быть, это просто волнующе видеть, как ее красивые загорелые губы обнимают меня.
Я вернулся к Светлячку и втянул его в рот, втягивая его и кожу вокруг него так глубоко в рот, как только она может растянуться. Затем я отпустил его, затем снова втянул. Я делал это в ритме ее минета. А во рту я щекотал его языком, и Светлячок счастливо танцевал между моих губ. Стейси еще немного раздвинула ноги. Не знаю, нарочно или случайно. Теперь я полностью видел щелку ее влагалища, смотрящую на меня, пока я лизал.
Внутри что-то грохотало. Как слабое землетрясение вдалеке. Губы раздвинулись, иголоспозвал меня. Я лизал Стейси так быстро, как только мог, пытаясь быстро довести ее до оргазма, чтобы я мог уйти от ее влагалища. Голос стал громче. Я боролся с ней, но Стейси схватила меня за талию, так что я не мог никуда деться, и взяла меня глубже в рот.
Я закрыл глаза. Забудь о зрелищах и звуках, просто сконцентрируйся на чувствах. Сконцентрируйся на моей плоти во рту Стейси. Сосредоточься на ее плоти внутри моего рта. Я близок к оргазму. Стейси тоже. Я позволил своим тревогам полностью соскользнуть, когда она плотно сжала свои бедра, готовясь кончить.
Что-то стучало у нее внутри. Что-то толкнуло меня в подбородок и выбило Светлячка изо рта. Разозлившись, Стейси шлепнула меня по заднице так сильно, как только могла. Я продолжил. Ее живот прижимался ко мне, как будто что-то двигалось в ее утробе. Плоть раздулась наружу. Я старался не обращать на это внимания. Стейси что-то делала своим ртом. Я совсем не чувствовал ее зубов, и она могла довести меня до оргазма. Не было никакого способа остановить ее.
Ее живот расширился, подняв меня на несколько сантиметров. Думаю, Стейси тоже поняла, что происходит что-то странное, но не могла остановиться. Она выглядела, на девятом месяце беременности. Ее кожа растянулась до предела. Нет, она продолжала растягиваться. Она беременеет почти в два раза больше. Стейси кончила и отдернула голову назад, крича перед моей задницей. Затем она взяла меня обратно в рот, скуля во время отсоса. Что-то двигалось внутри нее. Я смещался из стороны в сторону, но я был так близко. Так близко…
Я взорвался в ее рот, когда из влагалища вырвалась рука. Я вскрикнул и отскочил назад, приземлившись на голову Стейси. Мой пенис полностью вошел в ее горло, кончая в нее. Она давится, задыхается и отталкивает меня. Я упал на пол. Стейси выкашливала мою сперму из легких. Я посмотрел на нее, она кашляла, широко открыв рот, не в силах произнести ни слова. Она встала и осмотрела свой вибрирующий живот. Он двигался так, будто в нем был миллион тараканов. И между ее ног протянулась костлявая рука.
– Что за черт! – наконец-то вышло из меня, когда я отполз.
Стейси в изумлении наблюдала, как рука схватила ее за ногу и потянула. Появилась другая рука и схватила ее за другое бедро, пытаясь выбраться оттуда.
И тут до нее дошло.Да, Стейси, это действительно происходит с тобой.Она смотрела на меня широко раскрытыми зрачками, боясь собственной вагины.
– Помоги, – произнесла она. Ее голос был тихим карканьем.
Я вскочил на ноги и убрал костлявые руки с ее бедер. Я понятия не имел, что делаю. Я тянул за скелетообразные руки, и на меня выскочил череп. Живой череп, стучащий зубами. Стейси схватилась за каркас кровати, и я изо всех сил потянул, наполовину вырвав скелет. Он отбросил меня назад, ударил Стейси и сбил ее на пол. Я видел, как костлявая фигура по пояс в моей девушке цеплялась когтями за деревянный пол, выползая между ее ног.
 
Стейси в панике плакала. Ее лицо стало ярко-красным, рот широко раскрыт, а глаза такие влажные, что она ничего не видела.
– Сделай что-нибудь! – закричала она.
Но я не знал, что делать. Я взял лампу в форме черепахи и ударил ею по скелету. Голова черепахи отлетела. Я ударил сильнее, потом ещё сильнее, пока не нашел правильный угол, чтобы проломить ему череп. Я порезал руку о разбитую лампу. На труп пролилась кровь. Он все еще двигался.
Плоть начала расти на его костях, как мох, молниеносно. Лампа была разбита на мелкие кусочки, и моя кровь была повсюду. Стейси кричала на меня по-русски, ругаясь, но я не понимал ее.
Я отступил от трупа. Он выращивал органы. Кроваво-красные шары заполнили глазницы черепа, и скелет посмотрел на меня. Он издал глубокий стон. Я побежал в угол комнаты и взял тумбочку, уронив часы, стаканы, кувшин с монетами на пол. Череп посмотрел на меня и закричал, когда я опустил ночную тумбочку ему на шею. Затем я навалился на него всем своим весом. Раздался громкий треск. Он перестал двигаться. Он перестал стонать. Я перевернул тумбочку. У него был поврежден спинной мозг. Его голова была раздавлена. Синие чернила капали изо рта.
Стейси скулила, крича на труп, бывшем все еще наполовину внутри нее. Ее руки дергались в нескольких дюймах от него, желая вырвать его из себя, но она не хотела прикасаться к нему. Я потянул за труп, но он тянул за собой Стейси. Она закричала. Я потянул снова. Она просто снова дернулась.
– Держись за ножку кровати, – сказал я как можно спокойнее.
Она икнула, откинувшись назад, чтобы удержаться за кровать. Она не смотрела, как я вытаскивал его из нее. С каждым рывком она вскрикивала. Я тоже кричал, моя порезанная рука терлась о грудную клетку твари. Как только он выскользнул, она вскочила на ноги и выбежала из комнаты.
Я уставился на тело. Казалось, оно таяло. Его плоть превращалось в синюю, красную и оранжевую слизь. Его кости таяли, превращаясь в яичные белки, крошась в пищевую соду. Я накрыл его большим пушистым одеялом и вышел из комнаты.
  
Глава 3
 
Стейси стояла в углу гостиной, за диваном, и прикрывалась занавеской. Она не понимала, что люди, идущие по тротуару снаружи, могли увидеть ее обнаженный зад.
– Пойдем выпьем, – предложил я ей.
Она кивнула и пошла за сумочкой, роясь в ее содержимом, не ища ничего особенного. Я достал брюки и футболки из корзины в прачечной.
– Вот, – сказал я.
Она шмыгнула носом, положила сумочку и оделась. Как ни странно, она вышла из этого невредимой. Моя рука все еще кровоточила. Я не чувствовал боли. Должно быть, был в шоке. Но ее живот снова стал плоским. Ни растяжек, ни разрывов влагалища, ни крови. На внутренней стороне бедер были видны следы когтей, но это были всего лишь белые царапины. Когти едва пробили кожу.
Я перевязал рану и надел вонючую одежду. Мы пошли в гараж и надели старые теннисные туфли, которые собирались подарить Гудвилу.
– Готова? – спросил я, вытирая ее слезы.
Она не слышала меня, занятая изучением паутины, которая недавно образовалась в дверном проеме одного из ее старых кукольных домиков. Мы поехали в школу Кеннеди на другом конце города. Это старая начальная школа, которую купила пивоваренная компания. Все классы были превращены в бары, рестораны, табачные салоны и гостиничные номера. Стейси не была большой поклонницей всех пивоварен Портленда. Она просто не любила пиво. Она предпочитала пить коктейли в районе Перл. Но я любил пивоварни. И мне нужно было очень крепкое пиво прямо сейчас. Я также думал, что, если она будет не в состоянии вернуться домой сегодня вечером, мы можем остановиться в одной из гостевых комнат школы.