Бездонная пустота (ЛП)

— Дружелюбная, — говорю я в знак согласия, поглаживая ее по макушке, а свободной рукой одновременно осматриваю веревку. — У тебя есть с собой нож?
— Ага.
Арни вытаскивает нож и протягивает его мне. Я перерезаю веревку у основания столба, зная, что ветеринару придется осмотреть шею животного, прежде чем снять полностью.
— Ты знаешь, кто здесь живет? — Я жестом указываю на дом, протягивая ему веревку, к которой привязана собака, и поднимаюсь на две ступеньки, готовясь постучать в дверь.
— Я уже стучал, но никто не ответил, а соседи напротив сказали, что здесь никого не видели больше недели.
Я жду минуту, вдруг кто подойдет к двери. Когда никто не появляется, спускаюсь с маленького крыльца и забираю у Арни веревку.
— Я отвезу ее к Ли, встретимся в участке.
— Посмотрим, смогу ли я выяснить, кто здесь останавливался. — Он указывает в сторону дома.
Кивнув, я веду собаку к задней части своего грузовика и усаживаю в кузов. Забираюсь в кабину и сообщаю диспетчеру, что направляюсь с собакой к ветеринару и буду не на связи.
***
— Ей понадобится операция, — говорит Ли, отходя от собаки, лежащей на столе. — Веревка въелась глубоко, и ее просто не срежешь.
— Так я и думал. — Провожу рукой по голове собаки, почесывая за ушами.
— Мне неприятно говорить это, сынок, — тихо начинает Ли, двигаясь ко мне. — В настоящее время я не могу взять на себя затраты на лечение собаки и определение ее в хороший дом. — Животное переводит карие глаза с Ли на меня. Она опускает голову на стол, словно понимает, о чем речь. — Я бы хотел, но сейчас просто не могу себе этого позволить. В прошлом году мы потеряли большую часть финансирования, и я уже некоторое время оплачиваю часть расходов из собственного кармана.
— Я оплачу счета. Просто назови потом итоговую сумму.
— Зак, — он качает головой, снимает очки и трет переносицу, — все не так просто, сынок. Мне все равно нужно будет найти ей дом, а это непростая задача.
— Я заберу ее домой, когда придет время, и сам займусь поиском для нее дома.
— Ты же знаешь, как только она окажется у тебя, Стивен и Обри не позволят ее отдать.
В этом он прав. Дети просили собаку с того самого момента, как научились говорить связно, но Тина ненавидела собак, и я знал, заведи мы пса, о нем пришлось бы заботиться мне. Именно по этой причине я всегда отказывал детям.
— Тогда, полагаю, это их счастливый день.
Ветеринар вопросительно смотрит на меня.
— Уверен, что хочешь взять ее на себя? Она нуждается в серьезном уходе. Я могу сделать тебе скидку, но даже при этом стоимость лечения все равно будет существенной.
— Я не могу позволить, чтобы ее усыпили, — бормочу я. Счет от ветеринара может ударить по моим сбережениям, но я что-нибудь придумаю.
— Как ты ее назовешь? — интересуется Ли, улыбаясь, и я смотрю на собаку, большое коричневое тело распласталось на столе, голова прижата к лапам. Ее взгляд останавливается на мне, брови приподнимаются.
— Пенни, — заявляю я, и голова собаки отрывается от лап и наклоняется в сторону.
— Пусть будет Пенни. — Ли ухмыляется, хлопая меня по плечу. — Я свяжусь с тобой после операции и дам знать, как у нее дела.
— Спасибо. — Сжимаю его плечо, поглаживаю Пенни, а затем выхожу к своему грузовику.
— Тина, позвони мне, как только получишь сообщение. Нам нужно поговорить, — говорю я, оставляя голосовое сообщение, после того как въезжаю на парковку полицейского участка.
Утром я отправил Тине сообщение с просьбой связаться со мной, когда у нее будет свободная минутка, но она мне не перезвонила. Я также позвонил ей в обед, она и тогда не ответила. А после двух звонков перекинула вызов на голосовую почту.
Вздохнув, бросаю телефон в подстаканник и заглушаю двигатель, планируя забежать ненадолго в участок, прежде чем отправиться в город на патрулирование.
— Зак, ты там? — доносится по радио, прикрепленному к приборной панели, голос Дарлы, и я хватаю его, удерживая кнопку нажатой.
— Только что заехал на стоянку. В чем дело? — Я отпускаю дверную ручку и жду ответа.
 
— Звонила Обри. Ты нужен дома.
Я хмурюсь.
— Она сказала в чем дело?
Дети знают, когда я на работе, если им что-то нужно, они идут либо через улицу к Мэй, либо к Аарону, если только это не срочно.
— Это про твою соседку и Луи, — говорит она в замешательстве.
— Черт. Отправь ко мне Пола, — рявкаю я, заводя грузовик и резко сдавая назад. Быстро разворачиваюсь и покидаю парковку.
Как только оказываюсь на проезжей части, ускоряюсь, пока не добираюсь до дома, а затем жму на тормоза. Когда я выскакиваю из кабины, входная дверь моего дома открывается, и на крыльцо выходят Шелби, Хантер, Обри и Стивен. Замечаю, что Шелби одета почти так же, как и прошлым утром: в короткие пижамные шорты, майку и без обуви. Хантер одет в толстовку с капюшоном, спортивные штаны и кроссовки. Обри и Стивен все еще в пижамах, как и следовало ожидать, так как часы только что перевалили девять, а летом они в большинстве случаев встают с постели лишь после одиннадцати.
— Что стряслось?
— Эм, — мямлит Шелби, выглядя так, будто не знает, что сказать.
— Луи в их доме, — встревает Обри, и я смотрю на нее.
— Что?
— Хантер не знал о Луи, — тихо говорит Шелби, обнимая себя руками. — Он был на веранде, а когда пошел завтракать, не закрыл раздвижную дверь.
— Я ее закрыл, — защищается Хантер, глядя на свою маму. — Честно.
— Луи в твоем доме? — недоверчиво повторяю я.
— Ну, не знаю точно, он ли это, но в доме медведь. Он вошел в кухню, когда я ставила на стол оладьи. Как-то не догадалась спросить его имя. Я просто схватила Хантера и побежала к двери.
— Господи. — Я смотрю на дверь соседнего дома, понимая, насколько плохо все могло обернуться, чертовски плохо. Покачав головой, перевожу взгляд на Обри. — Красавица, отведи Шел внутрь и одолжи ей что-нибудь из одежды.
— Конечно, папа, — улыбается она
— Все в порядке. Мне ничего не надо, — бормочет Шел.
— Детка, воздух едва ли прогрелся до пятнадцати. А на тебе даже нет обуви.
В ее взгляде что-то неуловимо меняется, и она опускает его на свои босые ноги.
— Как мы выманим его из дома? — спрашивает меня Шел.
— Мы — никак. Вы с детьми идете в дом, а я подожду Пола, — распоряжаюсь я, и в ее взгляде читается нежность, заставая меня врасплох.
— Кто такой Пол? — спрашивает Хантер, и мое внимание переключается на него.
— Механик и...
— Я мало что знаю о медведях, но не думаю, что механик сможет как-то избавить мой дом от медведя, — говорит Шел, прерывая меня, но ее губы подергиваются, а в глазах пляшет веселье. Она чертовски хорошо знает, кто такой Пол.
— Умничаешь, — ухмыляюсь я, и уголки ее губ приподнимаются еще выше.
— Поверить не могу, что забыла о Поле и что он все еще здесь.
— Все еще здесь, и все еще единственный в городе, кто способен вытащить Луи из твоего дома, никому не причинив вреда. А теперь иди и надень что-нибудь. Обри тебе покажет.
— Я оденусь, а потом подожду здесь.
— Шел, — предупреждаю я.
— Ладно, — вздыхая ворчит она.
— Папа, я переоденусь и помогу, — вмешивается Стивен.
— Хорошо, приятель. — Я киваю, наблюдая, как он направляется в дом.
— Я останусь с Заком и Стивеном, — заявляет Хантер, и голова Шел поворачивается к нему. Она хочет что-то сказать, но я прерываю ее еще до того, как она успевает открыть рот.
— Со мной он будет в безопасности.
— Но...
— Он в безопасности, Шел. Иди.
Она прищуривает глаза, и я слышу хихиканье Обри. Затем дочь берет Шел за руку и тянет ее в дом, Шел смотрит на меня, а я сдерживаю улыбку.
— Даже и близко не подходи к медведю, — требует Шел, указывая на Хантера.
— Я не сумасшедший, мам. — Он закатывает глаза.
— Ну ладно, — фыркает она, напоследок бросает взгляд в мою сторону, разворачивается и босая следует за Обри в дом.