Свалка (СИ)

Когда он более-менее приловчился держать машину прямо, он аккуратно засунул руки в рукава управления манипуляторами. Вошли как родные. Он попробовал пошевелить, и манипуляторы отозвались с невероятной точностью на его движения. Но сам погрузчик начал раскачиваться и терять центр тяжести.
Сёма сложил руки поближе к корпусу, чтобы не опрокинуть автомобиль, поигрался ими осторожно ещё немного, чтобы освоиться, и положил их на специальные подставки на корпусе. Теперь можно было опять взяться за руль, так было привычнее и надёжнее.
Наконец он увидел то место, о котором рассказывал Гадёныш. Большой перекрёсток с огромными полосатыми жёлто-чёрными столбами по углам. Он не сбавляя скорости резко крутанул руль вправо, и, в очередной раз, чуть не опрокинулся. Несмотря на то, что скорость была невысокая, центр тяжести у этого агрегата находился довольно высоко. Следовало быть аккуратнее.
Проехав пару километров, он увидел ещё один перекрёсток, поменьше предыдущего, но тоже довольно большой, и тоже отмеченный полосатыми столбами по углам. Доехав до него, он увидел, что направо и прямо дорога дальше завалена и проезда нет, но ему было и не нужно. Ему было нужно налево. А там, как раз, было свободно. Он повернул и опять поехал прямо. Теперь он ехал параллельно основной дороге. Прямо придётся ехать довольно долго, но здесь было важно не пропустить нужное место.
Сёма пристально вглядывался, боясь проскочить знак. Через равные промежутки попадались небольшие перекрёстки дорог, тоже отмеченные столбами, но ещё меньшего размера. Но на большинстве из этих перекрёстков можно было продолжать ехать только прямо.
Наконец он увидел нужный ориентир. Это был очередной перекрёсток, на нём уцелел только один столб, и то не полностью. И на этом столбе висела ржавая цепь с не менее ржавым бочком внизу. Это был ориентир оставленный Гадёнышем. Не для Сёмы конечно, для себя, но пришёлся как раз кстати. Ему нужно было повернуть налево, чтобы выехать на основную магистраль, до которой была пара километров.
Дорога была завалена, но не полностью. Небольшой проезд оставался, правда поперёк него лежала упавшая железная балка. Сёма осторожно протиснулся по этому узкому проезду, подъехал к балке.
И тут он услышал выстрелы. Стреляли короткими очередями, как раз там, куда он и хотел попасть. Значит, Гадёныш был прав про засаду. То, что стреляли, было и хорошо и плохо. Хорошо потому, что значит, их группа была не уничтожена. Плохо потому, что в них продолжали лететь пули. А это значит, что бой продолжается. Он вставил руки в рукава манипуляторов и обхватил балку.
  
Глава 25
 
Оказалось, что приводы манипуляторов усиливают приложенные оператором усилия пропорционально. То есть, чем больше вес, тем больше сил должен затратить тот, кто управляет погрузчиком. Сёма подумал, что это очень странное решение. Балка была очень тяжёлой. Пришлось сильно напрячься, чтобы приподнять её немного. Его прошиб пот. Нет, так не получится.
Она лежала строго поперёк, завал дальше заканчивался и Сёма решил попробовать её столкнуть, раз не может поднять. Он упёрся в балку, плотно её обхватил, чуть-чуть приподнял и резко нажал на газ. Она сдвинулась вперёд. Он повторил это ещё несколько раз, и, дотолкав её до края, наконец сбросил.
Балка покатилась вниз и упала поперёк дороги, создав новую проблему. Его погрузчик со своими маленькими колёсами не сможет преодолеть такое препятствие. Сёма подъехал вплотную. Попробовал поставить манипуляторы на балку и приподнять погрузчик. Это сработало, он стал осторожно протаскивать его вперёд. Вот колёса перекатились через неё, вот зашаркало днище, Сёма надеялся, что не оторвёт ничего важного, вот задние колёса перевалились, и, наконец, весь погрузчик оказался с другой стороны.
Одежда Сёмы была мокрая до трусов. Всё время пока он возился, слышались короткие очереди. Это было не очень похоже на перестрелку. Скорее всего, таким огнём кого-то пытаются сдержать. Или их дразнят, и они стреляют в ответ. Это наводило на мысли про позиционное противостояние. Значит, его друзья где-то укрылись и держат оборону.
 
Только бы все были живы. Он старался не думать о Лиане. Она, конечно, была подготовлена лучше всех, но и лезла всегда вперёд, стараясь в одиночку решить все проблемы. Да, лучше о ней не думать, а то он не сможет трезво мыслить. А как раз сейчас, это особенно важно.
Он решил не торопиться. Стал двигаться медленно, стараясь держаться поближе к краю, чтобы не обнаружить себя раньше времени. Дорога была довольно сильно захламлена и завалена, но проехать по ней всё же было можно. Только вот обзор был сильно ограничен, этими самыми завалами.
Он преодолел большую часть пути, а всё ещё не видел стреляющих. Выстрелы то умолкали, то начинались вновь. Оказавшись перед большим завалом, который нужно было объехать, Сёма решил пока этого не делать, а для начала разведать обстановку. Он вылез из погрузчика и, подбежав к краю кучи, аккуратно выглянул.
Всё было так, как рассказывал Гадёныш. С этой и с противоположной стороны дороги стояли автоматические турели с пулемётами. Стояли на треногах. Рядом стоял большой грузовой контейнер, из которого тянулась пулемётная лента. Возле треноги был холм стреляных гильз высотой не меньше метра. Видно пострелял этот пулемёт уже немало. С противоположной стороны было то же самое, насколько он мог видеть.
Да, голыми руками такую штуку не возьмёшь. Сёма обернулся на свой погрузчик.
– Ну, дружочек, не подведи, я надеюсь, что мы справимся.
Он сел на водительское место, устроился поудобнее, насколько это было возможно. Вставил руки в манипуляторы. Надёжно угнездил ноги в креплениях педалей. Сдал назад, вперёд, покрутился вправо, влево и, наконец, решил что готов. Подъехав к самому краю завала остановился и стал ждать.
Вскоре турель разразилась очередной пулемётной очередью, Сёма ждал именно этого. Он вырулил из-за завала, поставил погрузчик на прямую наводку и вдавил педаль в пол. Расстояние между ними стремительно сокращалось, но на Сёмин взгляд слишком медленно. Он уже начинал жалеть о своей затее, нужно было придумать другой план. Но было поздно. Нужно было идти до конца.
Как ни странно, турель его пока что не замечала. Это давало надежду. Вот осталось метров пятьдесят, сорок, но тут вдруг прямоугольная коробочка на верхушке турели крутанулась в сторону Сёмы, и возникла секундная пауза. Затем пулёмёт начал разворачиваться на него. Видно датчики были нацелены в другую сторону и поздно засекли движение за спиной. И когда засекли, почему-то не сразу среагировали, как будто этот механизм удивился, засомневался, стоит ли менять направление стрельбы.
Это было маловероятно, чем была вызвана эта заминка непонятно, но её хватило, что бы Сёма преодолел оставшееся расстояние и с разгона врезался в турель. Она успела повернуть своё орудие только наполовину, и всё равно начала стрелять. Правда все пули летели вбок.
Сёма крепко схватил её своими руками-манипулятороми и оторвал от земли. Она засучила своими тремя ногами пытаясь найти опору, оказывается, они были с приводами, эта штука могла ещё и ходить, и саданула одной из них в стекло кабины, которое покрылось сетью мелких трещин и почти полностью утратило видимость, но выдержало.
Сёма одним манипулятором обхватывал турель и крепко прижимал к себе, точнее к погрузчику, а вторым ухватился за пулемёт и направил его в противоположную от себя сторону. После чего развернулся точно по направлению ко второй огневой точке и втопил педаль в пол. Погрузчик рванулся через дорогу, турель, которую держал Сёма, непрестанно стреляла по второй турели, и хотя Сёме было мало что видно, ему казалось, что, в основном, он попадает.
Та турель, что была на противоположной стороне, тоже начала стрелять в ответ. Пули защёлкали по погрузчику, несколько влетело в кабину под самой крышей. К счастью Сёма был ниже и перекрыт от пуль прижатой турелью, но зато ехать ему приходилось практически вслепую. Ко всему этому добавлялся треск вылетающей из контейнера пулемётной ленты, которая тянулась за ними через всю дорогу.