Свалка (СИ)

Тот или те кто остался на горе, чтобы сбросить противовес, после второго обрушения наверняка не выжили. Так что без жертв скорее всего не обошлось. Крепко хватаясь за ветки она стала осторожно спускаться, поняв что в следующий раз, она уже точно улетит вниз.
На середине дерева ей показалась, что она слышит боевые кличи своих ребят, но едва уловимо и откуда-то очень издалека, затем последовали хлопки выстрелов. Стреляли очередями из автоматического оружия. Она на секунду замерла, а потом опять полезла вниз.
Бессилие и отсутствие возможности повлиять на происходящее туманило разум. Да, всё могло быть хорошо. Монстр побеждён, все живы, праздник удался. Но почему-то ей казалось, что всё не так, и эта победа стоила им очень дорого.
Беш с ребятами двигались короткими перебежками от укрытия к укрытию. Они старались, чтобы роботы из сопровождения их не заметили. Они видели первое обрушение, попытку монстра выбраться, обломки полетели и в их сторону, но никого не задело. Потом второе обрушение. После второго, когда пыль немного стала осаживаться, они разглядели что половина конвоя уцелела и роботы мечутся в пыли среди обломков, пытаясь найти себе цель.
Парочка ребят, которые оказались немного впереди и прятались за железными обломками, видно, очень воодушевились произошедшим. Им, наверное, показалось, что победа близка. Они издали громкий боевой клич и бросились вперёд.
– Стоять! – Закричал Беш.
Но было уже поздно. На клич резко развернулись почти все уцелевшие роботы и начали стрелять. Ребята погибли сразу же. Шквальный огонь не дал им шансов на выживание.
Конечно, так было делать нельзя! Выбегать на открытое пространство против вооружённых роботов. Все это прекрасно знали. Ощущение победы затуманило им разум. Нужно было взять командование на себя, чтобы больше никто не совершал таких ошибок. Беш повернулся к тем, кто был рядом. Он увидел, что все в шоке от неожиданной и быстрой смерти своих друзей.
– Очнитесь! – резко сказал он, – потом будем страдать, сейчас нужно закончить дело. Это наша работа. Нужно подчистить хвосты. Они ошиблись, но мы сделаем всё аккуратно. Мы это хорошо умеем. Всё ясно? Этих тупых железяк мы разделаем в два счёта. Главное не подставляйтесь. Давайте, разбегайтесь по свалке, а я их сейчас заманю сюда.
Все немного замешкались в нерешительности.
– Чего замерли, пинками вас гнать что ли?
В глазах у девчонок стояли слёзы, парни держались получше.
– И соберитесь, чтобы по вам тоже плакать не пришлось.
Все потихоньку стали рассредоточиваться по свалке. Выждав, когда никого не останется в поле зрения, он взял валявшуюся под ногами железку, привязал к ней полуметровую верёвку, раскрутил над головой и швырнул как можно дальше. Вылетев почти на середину дороги, железяка звонко громыхнула и запрыгала по бетону.
Роботы быстро повернулись на звук и раздалось несколько выстрелов. Вторую железяку он бросил уже руками, она упала гораздо ближе, и тут же бросился вглубь свалки. Они его без сомнения заметили. За его спиной затрещали выстрелы, и пули защёлкали в том месте, где он только что находился. Но он уже был в безопасности.
Сейчас они попрутся проверять что происходит. Нужно будет заманить их поглубже в катакомбы свалки и без труда перебить. Беш выглянул осторожно из-за укрытия. Девять, он насчитал ровно девять штук. Ничего, это нормально. Двигались они не очень быстро. Он натянул верёвку поперёк узкого прохода невысоко над землёй. Опять выглянул – они уже преодолели примерно половину пути. Он бросил наружу ещё одну железку, чтобы те не потеряли направление и тоже побежал вглубь свалки.
Охота на роботов у них заняла часа два. Им даже не нужно было договариваться, каждый из них знал, что нужно делать на такой охоте. Это дело было привычным. Они стащили их в кучу, оружие тоже сложили отдельно, его нужно было отнести в тайник, куда они складывали все трофеи. Хотя сами ими почти не пользовались.
Охотиться на роботов было не очень опасно. Если ты не подставишься под выстрел, то считай победил. Они были не боевые и поэтому плохо защищённые. В принципе, можно было выводить их из строя, если точно попасть в голову камнем. Там у них что-то коротило от удара и они сходили с ума. Начинали беспорядочно сучить конечностями.
 
Плохо было то, что если у них в руках было оружие, то пули летели во все стороны. Поэтому всегда нужно было место для укрытия поблизости. Большое дерево, яма, кусок вросшей в землю скалы – то, что защитит от пули.
Так же они хорошо падали. Уверенно они себя чувствовали только на твёрдом ровном покрытии, на всех остальных были довольно беспомощны. Так что охота на них была на самом деле довольно весёлым занятием. Прячешься, устраиваешь ловушки, добиваешь. Всё как они и любят. Весело и страшно.
Вот и сейчас, окунувшись в знакомую возбуждающую стихию весёлой охоты, они даже на время забыли про гибель своих товарищей. В последнее время так повеселиться практически не удавалось. Инженер стал строить более крупные и, как ему казалось, совершенные машины для убийства. Но со всеми им удавалось справиться.
Даже с последней. Бешенный вышел на дорогу, и посмотрел на перегородивший её завал и обрушившуюся гору. Таких грандиозных боевых действий они ещё никогда не вели. Это было похоже на конец войны. На победу в решающей битве. Двое разведчиков уже сбегали к машинам и проверили не осталось ли там какого-нибудь повреждённого, но вполне боеспособного робота, который мог открыть огонь в самый неподходящий момент. Там было чисто. Они всех уничтожили.
Беш пошёл к лежавшим на земле убитым товарищам. Их буквально изрешетило пулями. Одному пуля попала в лицо, прямо в лоб, там была аккуратная дырочка, зато задняя половина черепа практически отсутствовала. Сколько пуль попало в тело, было даже не сосчитать. Они погибли мгновенно. Следом шли ещё люди с сооружёнными наспех носилками. Предстояло отнести тела в лагерь и как-то сказать Мразоте о потерях. Он надеялся, что это были единственные погибшие члены их племени. Но он ошибался.
***
Наконец «Левиафан» был полностью загружен. Запасы и вещи тщательно рассортированы и разложены по складским каютам. Жилые отсеки поделены и уже немного обжиты. Ночевали в последнее время здесь. Морозилки набиты свежим мясом – пришлось поохотиться. Инструктаж по эксплуатации был проведён неоднократно. Все системы корабля изучены максимально подробно. Всё это заняло почти десять дней. Намного дольше, чем они все думали. Но зато теперь лодку они знали как свои пять пальцев, продуктов запасли наверное на год и откладывать отплытие дальше смысла не имело. Да никто и не хотел. Всем уже не терпелось выйти в море.
Вся команда расположилась недалеко от трапа, кто-то стоял, кто-то сидел на пустых ящиках, оставшихся при погрузке. Все ждали. Возле самого трапа разговаривали Лодочник и Лиана.
– До свалки плыть очень далеко. Около восьми тысяч километров. При скорости Левиафана около тридцати километров в час, это в сутки сколько?
– Семьсот двадцать, – быстро сосчитала Лиана.
– Это значит одиннадцать дней, но это в идеале. На практике скорее всего уйдёт раза в два больше. Да, без всплытия можно идти неделю, но стоит ли доводить до полного истощения запасов кислорода. А при закачке резервуаров воздухом лучше не двигаться. Потом вам захочется покупаться, рыбу половить. Я видел что снастями вы запаслись. Да и поддерживать постоянно высокую скорость хода не получится.
Иногда будет требоваться корректировка курса. Все карты есть в навигационном компьютере. Проблема в том, что карты эти не очень подробные. На них нет многих островов. Не исследована поверхность дна. Можно налететь на рифы. Конечно, автоматика на нём сделана очень хорошо, но всегда кто-нибудь должен дежурить в рубке. Я понимаю, что «Левиафан» теперь ваш, но всё равно за него очень волнуюсь. Не угробьте мою рыбку, пускай плавает и служит вам долго.
Лиана увидела, что в глазах Лодочника стоят слёзы. Похоже эта лодка и впрямь много для него значила.