Тот (ЛП)

— Я требую, чтобы ты немедленно выпустил меня отсюда! Это похищение, знаешь ли, — прошипела она, сильно тыкая колдуна в грудь. Он посмотрел на неё, его взгляд варьировался где-то между презрением и весельем.
— Как будто меня это волнует, — ответил он и вышел из офиса. Кема колебалась целых две секунды, прежде чем поспешила за ним. Она старалась не заблудиться в лабиринте коридоров, по краям которых от пола до потолка были сложены книги. Ей хотелось остановиться и посмотреть на них, но она боялась заблудиться.
— Что ты имеешь в виду, говоря, что я впустила демона? — спросила Кема, когда нашла его на кухне. В отличие от остального дома, кухня была незагромождённой и относительно аккуратной, с деревянными шкафами и столешницами. Он насыпал молотый кофе в медный горшок.
— Я именно это и имею в виду, воровка, — сказал он, не оборачиваясь.
— Меня зовут Кема.
— Так ли это?
— Так ты меня похитил, засранец! Ты мог бы называть меня моим настоящим именем.
— Наверное, мог бы.
Смущённая и растерянная, Кема выдернула из своих волос обруч из золотых лавровых листьев.
— Как бы то ни было, я пыталась найти твой магазин, чтобы вернуть книгу.
— Это не делает тебя менее вором.
Он поставил медный горшок на плиту, а затем повернулся и прислонился спиной к стойке.
Если бы не его поза и выражение раздражения на лице, он был бы красив… Высокий, мускулистый, с щетиной и вьющимися волосами до плеч, растрёпанными после драки. Он выглядел именно таким, каким Кема его запомнила.
— Почему ты не постарел? Кто… что ты такое? Ты какой-то колдун? — спросила она.
Его глаза медного цвета сузились.
— Ни один из этих вопросов не имеет значения. Где книга? Она всё ещё у тебя?
Кема скрестила руки на груди.
— Если ты ответишь на мои вопросы, я тебе расскажу.
Бронзовый свет вспыхнул в его глазах, когда он сделал шаг вперёд. Желудок Кемы сжался от страха и предвкушения, но она не пошевелилась. Казалось, это разозлило его ещё больше, и он навис над ней.
— Как высокомерно с твоей стороны, смертная, требовать от меня каких-либо ответов после того, что ты сделала.
— Всё, что я сделала, это украла книгу, когда была в отчаянии. Как я уже сказала, я пыталась вернуть её, но магазин исчез, — ответила она, не сумев сдержать дрожь в голосе.
Какое бы замешательство он ни увидел на её лице, оно убедило его, и часть гнева в его глазах утихла.
— Ты правда не понимаешь, да?
Кема покачала головой. Он открыл рот и снова закрыл его, когда кофейник на плите засвистел.
— Я бы тоже выпила чашечку, пожалуйста.
Он что-то пробормотал себе под нос, но всё равно налил две чашки и поставил их на стойку перед ней. Целую минуту они пили в напряжённом молчании, колдун нахмурил бровь.
— Спасибо, что спас меня. Как тебя зовут? — спросила Кема, надеясь, что он немного успокоился.
Колдун уставился в свою чашку с кофе, как будто искал правильный ответ.
— Тот, — ответил он наконец.
— Ну да, конечно, а я действительно мадам Хека. — Из неё вырвался смех, но она поперхнулась, когда выражение его лица не изменилось.
— Серьёзно? Твои родители действительно назвали тебя Тотом?
— У меня нет родителей. Я назвал себя Тотом, — ответил он, и в его глазах сверкнула бронза.
Твоё высокомерие, смертная…
Кема тяжело сглотнула. Конечно, он был не богом, а просто колдуном, который взял это имя, думая, что он крутой. В отличие от греческих богов, ни одно из египетских божеств не афишировалось.
Это всего лишь твоё воображение.
Тот полез в карман и достал её карты.
— Я изо всех сил постараюсь быть вежливым, что для меня очень сложно, учитывая тот чёртов беспорядок, который мне пришлось разгребать из-за тебя. Ты хоть представляешь, что это за символы?
Кема покачала головой.
— Нет. И никто, кому я показывала их, тоже.
— Ты показывал их другим? — Тот закрыл глаза и вздохнул. — Блядь.
— Книга в их руках была недолго. Я лишь быстро показывала её, и никто не мог в ней разобраться. Что они означают?
Тот выбрал помятую карту, которую она вытащила во время последнего чтения.
 
— Это набросок заклинания врат в первое царство Дуата. Этот демон был бы выпущен на свободу, если бы ты не побежала прямо к нему.
Кема нахмурился.
— Но я не знаю никаких заклинаний. Мне нравились только картинки, и я хотела интересную колоду…
Тот ущипнул себя за переносицу.
— Позволь мне перефразировать: тебе понравились картинки в моём дневнике, и ты, чёрт возьми, сделала из них карты Таро?
— Если я скажу «да», ты будешь на меня ещё кричать? — спросила Кема.
Тот пристально посмотрел на неё.
— Тебе повезёт, если я буду только кричать на тебя.
— Откуда мне было знать, что это не просто картинки? Я не знаю магии!
— Но у тебя явно есть способность использовать ё иначе я бы не провёл последние два года, бегая по Египту, убирая хаос, который ты развязала своими грёбаными гаданиями, — ответил Тот.
Кема поставила чашку, прежде чем смогла уронить её.
— Ты думаешь, что я, переворачивая карты, выпускала другие существа, подобные этому?
— Мне не нужно думать. Я знаю, — Тот шаркал по комнате. — Эта призвана вызвать ифрита, а три недели назад мне пришлось изгонять его. Я чувствовал, как моя собственная магия резонирует с того места, где он был призван. Вот как я узнал, что кто-то использует мой дневник для своих гнусных дел. Я думал, что имею дело с колдуном, а не с какой-то шарлатанкой, отбирающей у туристов деньги!
— Жаль, что разочаровала, — губы Кемы растянулись в недружелюбной улыбке. — Они теперь у тебя, так что, думаю, тебе стоит меня отпустить.
— Сколько раз ты гадала сегодня? — спросил Тот.
Кема подумала об этом и пожала плечами.
— Я не знаю. Около двадцати?
— Двадцать. — Карты вспыхнули в руке Тота. Бронзовая магия превратила их в сверкающий пепел, который тут же исчез. — Это значит, что благодаря тебе у меня возникнет двадцать новых проблем.
— Извини, девушке нужно зарабатывать на жизнь.
— Не моей магией, она не для этого.
Тот посмотрел на неё долгим, обдумывающим взглядом. Кема привыкла к тому, что мужчины смотрят на неё, но не так, будто они решают, убивать её или нет. Наконец Тот издал раздражённый звук и отвернулся от неё.
— У меня нет времени разбираться с двадцатью в одиночку, так что ты поможешь мне исправить это, воровка.
— Я? Но я не знаю магии. Разве ты не можешь позвать на помощь другого друга-колдуна?
— Я не знаю других колдунов, потому что они жалкие.
— Или потому, что ты придурок и у тебя нет друзей, — пробормотала она.
— Ты поможешь мне исправить это, чтобы загладить свою вину и уйти. Но за магию приходится платить, — ответил Тот, его голос угрожающе понизился до шёпота. — Ты сломала это, и клянусь Огдоадой, я заставлю тебя всё починить.
— А если я откажусь? — потребовала Кема, сложив руки на груди.
Тот шагнул к ней, в его глазах сверкнули жар и магия. Она снова почувствовала запах его одеколона и ненавидела то, что часть её внезапно почувствовала его присутствие, и не потому, что она боялась.
— Ты поможешь мне, или я брошу тебя в первое царство Дуата, кишащее тысячей демонов, чтобы они съедали твою плоть и выдрали тебе глаза, прежде чем…
— Ещё немного рано, чтобы грозить выдиранием глаз, — сказал незнакомый голос, заставив Кему обернуться.
В дверях кухни стоял огромный мужчина. Он посмотрел на неё блестящими золотыми глазами и дружелюбно улыбнулся.
— Я не думал, что у тебя есть другие друзья, кроме меня, Тот. Особенно привлекательные женщины, которые любят переодеваться.
Кема фыркнула, понимая это.
— Он мне не друг, и я не его девушка по вызову. Этот придурок меня похитил.
— Это правда? — здоровяк поднял бровь, глядя на колдуна.
— Не смотри на меня так, Сет. Это человек, который украл мою книгу и выпустил на волю демонов, ифритов и всё остальное, что преследовало Александрию! — возразил Тот.