Вспомнить, чтобы любить (СИ)

— Тшшш, только не останавливай меня девочка, я никогда не обижу тебя и не сделаю больно, а сейчас я просто хочу почувствовать тебя изнутри, я всего одним пальчиком попробую и все, чуть-чуть войду в тебя. — Глеб медленно и нежно вводит палец.
— Ах! — меня распирает от наполненности, а это всего лишь один палец, но мне так хорошо.
— Какая же ты узенькая и тепленькая, твою мать… И все для меня, — он проталкивает палец глубже и упирается им, — дааа, вот оно, сокровище мое, целочка моя, никого здесь не будет, только я, — и продолжает пальцем изучать мою девственную плеву, а потом уже увереннее вводить палец вперед-назад.
— Прошу тебя Глеб, — я не узнаю своего голоса, севший и возбужденный, — мне больно, сделай что-нибудь.
— Сейчас моя девочка, сейчас, — он ускоряет темп, большим пальцем круговыми движениями давит на клитор и мне хватает еще несколько толчков, и я начинаю дрожать и стонать не сдерживая себя, радуясь. Что дома больше никого нет.
— Вот так, да, кончай на мои пальцы моя девочка. Открой свои глазки, — я делаю, как он попросил и кончаю. Вижу, как достает свой палец из меня, он весь мокрый и блестит, подносит его к своему носу, глубоко вдыхает и облизывает палец, наслаждается, словно ребенок леденцом.
Это так порочно и возбуждающе.
— Ты такой пошляк, Глеб. — говорю тихо, смотря в самую бездну его темных глаз. И тут происходит что-то…
В моей голове всплывает картинка, как кадр из фильма, я сижу на полу, как на том фото в белом платьице, которая, к слову, исчезла, меня кормит мальчик мороженным, я поднимаю глаза и утопаю в тех же глазах, что и сейчас передо мной, черты лица такие же, только повзрослевшие. Этот мальчик улыбается мне с такой любовью и нежностью, что я задыхаюсь. И говорит так ласково «я так рад, что встретил тебя. Я всегда буду рядом и буду оберегать тебя».
Воспоминание.
Я зажмуриваю глаза так сильно, как только могу, это всего лишь разыгралось воображение. Решаю, что это галюники, приоткрываю веки и натыкаюсь на ошалевшего Глеба.
— Глеб, — шепчу и беру его лицо в ладошки. Сама понимаю, какой бред сейчас собираюсь озвучить, — т-ты тоже это видел?
— Да.
— Я не понимаю… — он еще раз целует меня и резко соскакивает.
— Мне нужно идти. Но я вернусь, не закрывай окно. Я тебе обязательно потом все объясню. — развернулся и ушел, а меня начинает охватывать злость. Ах ты индюк общипанный. Как? Как я могла повестись на это? А я хороша, развесила свои уши и уже готовенькая на все, раздвинула ножки. Угощайтесь Глеб Тимурович, не подавитесь! Объяснит мне он все! Как же! Чувство, что мной попользовались и выкинули, в груди печет, становится больно.
Все, пусть ко мне даже и не думает подходить! И хрен я ему окно оставлю открытым (ну конечно оставлю).
  
Глава 16.
 
Глеб
Когда я вернулся домой, я быстро принял душ и поехал в универ. Лизу дома не застал, она уже уехала. Я всю неделю не видел ее и мне до зуда в ладонях, хочется оказаться рядом с ней и потрогать, убедиться, что она настоящая. Я пропустил всю учебную неделю, я не знаю, что происходило в мое отсутствие, не знаю, как она жила все эти дни, но знал одно — мои друзья за ней присматривают.
— Ну наконец то! — Рома бесшумно соскакивает с капота своего зверя.
— Вернулся волчара, — скалится Яр. Они с братом стоят, облокотившись на свою тачку, руки скрещены на груди.
Рост просто кивнул в знак приветствия.
— Ты какого ху… — Рома не договорил, его прервал оглушающий визг моей сестры.
— Ты, — Лиза начинает высказывать свое недовольство за три метра от меня, но она меня любит, поэтому подлетает и бросается мне на шею. — задница! Как ты мог бросить меня одну? Просто взять и убежать на столько дней! Ты хоть представляешь, что я себе надумала? На мой зов ты не отзывался, просто исчез. Твои дружки толком ничего объяснить не могли. — переводит сощуренный недовольный взгляд на них.
— Лизок, ну ладно тебе, — обнимаю сестру, — потеряться в лесу я точно не смог бы, даже если бы сильно захотел. И я тебя не бросал. Никогда не брошу.
 
— Да? — подозрительно смотрит на меня. — Тогда что это все было? Я жду объяснений братец. — шипит как змея, и тут я понимаю, что она одна, с ней нет ее подруги.
— А ты почему одна? Где Мирослава? — я так надеялся ее увидеть.
— А тебе то что? — гневно выплюнула. Все, теперь она будет злиться на меня неделю.
— Раз спрашиваю, значит надо! И вы же как сиамские близнецы, где одна там вторая.
— Не знаю, — говорит тихо, — я ей звоню все утро, но она не отвечает. Она не говорила, что сегодня не придет, может проспала. Она всю неделю выглядела встревоженной… Луна! Что я за подруга! За своими переживаниями о тебе, я совсем не обращала внимания на нее, хотя она постоянно интересовалась что со мной, а вот я оказалась никудышной подругой! И о тебе между прочим спрашивала, все ли с тобой хорошо! Как ты мог бросить её? — перевожу взгляд на друзей, они все синхронно кивают головами подтверждая. А в это время, мне в грудь прилетает кулак от сестрицы. Нет мне не больно, она слишком слаба для меня, но она волчица, дочь альфы, и силы в ней куда больше, чем кажется со стороны, и она, не моргнув и глазом, может накостылять самого сильного боксера, если он человек, но среди своего рода, она не слишком сильна, но постоять все же за себя сможет.
— Ай! Больно! — притворно схватился за покалеченное место и еще раз крепко прижимаю к себе свою младшенькую сестренку.
— Ее нет. Я ей позвонила раз сто и столько же смс, она их даже не прочитала! — сокрушается Лиза. Краем глаза замечаю Дану и Алексея. Дана бросила мимолетный взгляд в мою сторону и гордо отвернулась, будто мы и вовсе не знакомы. Прошла за столик на другой конец столовой. Интересно. Алексей же бросил на меня полный ненависти взгляд.
— Что с ней? — киваю головой в их сторону. — Даже не подойдет за скандалом?
— Не знаю друг, что произошло, но она все время пока тебя не было, вела себя именно так, — Ростислав кивает головой в ее сторону, — о тебе ничего не расспрашивала, с нами не здоровалась, демонстративно проходила мимо.
Надо же. Что-то новенькое.
Но это и настораживает.
— Все, дальше без меня, я по делам.
— Знаем мы какие у тебя дела. — ухмыляется Ярик.
Выезжаю с парковки и несусь к дому Миры. Зуд усиливается, так хочется ее увидеть, вдобавок волнение за нее, будет ли она рада мне, все ли с ней хорошо. А еще надо подумать, как сказать ей правду о оборотнях, нас с ней и о ней самой. Торможу возле дома, машин нет, тихо, перепрыгиваю через забор, дергая за ручку входной двери, заперто. Прислушиваюсь, осматриваюсь и замечаю одно открытое окно на втором этаже, вдыхаю запах полной грудью. Она. Это ее комната, начинаю улыбаться, как дурак.
Девочки в комнате нет. Запрыгиваю через окно. У нее очень мило и уютно, чистота и порядок. И вся комната пропахла Мирой. Слышу, что она плескается в душе, что ж подождем. Обсматриваюсь — много книг, пару рамок с фотографиями, она с какой-то девчонкой с цветными волосами стоит в обнимку на обрыве скалы. На втором фото она с родителями и сестрой. Открываю шкаф, в нем висит пахнущая апельсинами одежда, подношу к лицу и вдыхаю полной грудью. Чувство, что я вернулся домой. Дальше комод. Открываю ящик и натыкаюсь на нижнее белье малышки. О да, джекпот. Провожу пальцами по ткани, все такое нежное, мягкое и белье очень красивое, все разложено комплектами. Не раздумывая, хватаю ее белые кружевные трусики. Очень сексуальные. Сразу представляю ее в них, мозг подбрасывает картинки, как она меня в них соблазняет, а я зубами разрываю их.
ФАК!
Вот надо было мне это представлять, член колом стоит. Прихожу в себя, когда слышу, как отрылась дверь ванной. Прячу трусики в задний карман. Сам себе качаю головой. Кто бы мог подумать, что я буду воровать белье у девушки.
Но она не просто девушка.
Приземляюсь на ее кровать и принимаю расслабленную позу. Слышу гремит посудой.