Черный дракон Араона (СИ)
— Кстати о заботах, — хмыкнула Илвен, возвращая себе привычное расположение духа, — там Барон Горский просит об аудиенции. Похоже, именно он возглавил весь этот сбежавший сброд. Мы же не будем их всех принимать?
— Всех — нет, — задумался я на мгновение, — но решать что-то надо. Лишние рабочие руки нам не помешают. В общем, будь добра, передай ему, что через час жду его у себя в кабинете.
Мерадора я встречал чистый, сытый и спокойный. В отличие от душа перед сном, который больше походил на ополаскивание, перед встречей с бароном я занялся собой как следует. Дальше был плотный завтрак: часы показывали десятый час утра, а потом уже и переодевание в одежды моего статуса. Дромлин как обычно слушать никого не стал и подготовил всё сам. Как итог на мне была темно-синяя рубашка, черные штаны из непонятного для меня материала, чем-то напоминающего бархат, и черные кожаные полусапоги на небольшом каблуке. Смотрелось всё это довольно неплохо, так что спорить я не стал.
Барон Горский зашел ровным шагом, хоть я и видел печать дикой усталости на его лице. Огромные синяки под глазами, заметно потухший взгляд и прямо-таки бросающаяся в глаза худоба. От того медведя, которым я его помнил по прошлым посещениям баронств мало что осталось. Пожалуй, только взгляд. Пусть и до невозможности уставший, но всё же стальной стержень внутри проглядывался.
Разговор у нас, прямо, скажем, выдался непростым. Мерадор умный мужик и, пожалуй, он лучше всех осознал ту ситуацию, в которую угодили, как и люди баронств, так и, собственно, я. Я никому ничем не обязан, им некуда деваться. В моих руках их жизни, а им нечего предложить взамен.
Порывалась к нам присоединиться и Тисса. Только вот Мерадор правильно рассудил, что делать ей здесь нечего. Она слишком эмоциональна, а эмоции в этой ситуации неприемлемы и, чего уж греха таить, не выгодны. По-крайней мере для меня.
В конечном итоге через четыре часа мы всё же пришли к единому знаменателю. Не сложно догадаться, что именно Мерадор стал во главе всех этих людей. Были, конечно, и те, кто подобного статуса желал для себя, но желания подобных так и оставались только желанием.
Всего из Вольных баронств удалось вывести и спасти чуть больше девяти тысяч человек. И эта цифра была приблизительной. Барон Горский не стал ходить вокруг да около, и разговаривали мы прямо, без лишних экивок. Свои условия я озвучил сразу и в ультимативной форме. Полная проверка каждого посредством ментальной магии и никаких исключений. Людские секреты мне не к чему, а вот всяких выродков это исключит. Тех, кто не согласен, я готов переместить по любому порталу и отправить восвояси. Либо же дать еды на обратную дорогу к Вольным баронствам. На последнее предложение Мерадор только хмыкнул, но акцентировать на этом внимание не стал. Возможно, в любой другой ситуации подобное было бы не приемлемо, но только не сейчас. Пропустить в цитадель какого-нибудь одержимого не очень-то и хотелось. Да, я прекрасно понимал, что вешаю на свою шею очередной балласт, но с другой стороны этот балласт можно и приспособить под наши нужды. Ведь беженцы из баронств это, по сути, кто? В основной массе крестьяне, чья жизнь это сельскохозяйственный круговорот. А уж пастбищ и плодородных земель у нас в достатке. Чего только стоят те луга, находящиеся посреди непроходимых скальных долин. Разработка тех земель может дать нам очень неплохой задел на будущее. Нужно только всё как следует подготовить.
Относительно самого Мерадора я размышлял недолго. Человек с таким огромным опытом должен занимать должность по статусу. Ходить вокруг да около я не стал и предложил ему пост, грубо говоря, мэра Нижнего города. Думал барон минут сорок, не меньше. За это время наша беседа текла о насущных проблемах и тех решениях, которые правильными видел он сам. Ну а после, неожиданно твердо ответил согласием. Можно было покопаться в причинах этого согласия, но, откровенно говоря, на данный момент волновало это мало. Недооценить полезность барона на этой должности было сложно. Я получал отличного управленца, у которого за спиной и доверие людей, и просто огромный жизненный опыт. О чем еще можно мечтать в подобной ситуации?
Ну а под конец дня пришла отличная новость о том, что дух Азакара вернулся в тело.
Отступление 5
— А вы слышали, что сам Хорн решил извести нашего Лорда? — сидя у костра, полушепотом произнес один из гномов.
— Да ты брешешь! — импульсивно бросил другой. — Если бы владыка хаоса попал в наш мир, плохо бы стало всем!
— Так магам и стало, — набычился рассказчик. — Да и кто говорит что Хорн явился во плоти? Лишь тень свою и послал, сгубить, значится, Дарта. Да не вышло у него ничего. Наш лорд ему рога-то пообломал, а после демонов огнем жег.
— Еще что расскажешь? — хохотнул пришлый человек. — Может тот дракон и есть ваш лорд? Давно всем известно, что у этих ящериц мозгов и нема. Стало быть, простые животные они.
— Ты говори, да не заговаривайся! — рявкнул рассказчик. — Это у вас там в деревне каждый маг — сказочное существо! У нас здесь циливизация! Ты понял!?
* * *— Мама, мама! А где наш папа? — к уставшей женщине подбежала маленькая девочка и подергала её за подол платья. — Ты же обещала, что совсем скоро мы будем вместе!
— Твой папа герой, — женщина взяла девочку на руки и крепко-крепко прижала к себе. — Он ушел сражаться с чудовищами, и теперь всегда будет нас оберегать. Но мы должны быть сильными и не отвлекать его. Ты же любишь его? Ты же станешь сильной?
— Да, — совсем тихо сказала девочка. — Я стану сильной и когда вырасту, обязательно помогу папе!
Женщина непроизвольно всхлипнула, но смогла удержать слезы. Не говорить же ребенку о том, что обещание быть с отцом вместе, было продиктовано уверенностью в их смерти.
* * *Отражение штурма демонов Лота провел в первых рядах. Он и еще две сотни воинов, из тех, кто был в состоянии сражаться, провели на стене. Та ненависть, что горела к этим тварям, лишь придавала сил. С каждым убитым демоном, с каждым чудовищем, пронзенным стрелой, на душе становилось спокойней. Лота своими глазами видел эффективность местных защитников и старался не отставать. А уж когда в его руки попал непонятный дальнострел, счет на убитых начал очень быстро переваливать за сотню. Та убойная мощь не шла ни в какое сравнение с луками и даже тяжелыми арбалетами гномов. Попадание в глаз твари убивало её наповал. А уж в стрельбе Лота был очень хорош.
Жаль, правда, что по окончанию сражения всё оружие собрали и унесли. Лота порывался было узнать цену, но вместо ответа получил лишь молчаливое покачивание головой. Что ж, теперь, когда всё закончено, можно подумать и о будущем. И своё он уже увидел. Пусть не так ясно, но сомнений не было. Это место с его такими разными защитниками, которые бок обок встречают опасного врага — именно оно станет для него домом. Тем более он слышал, что умелым воинам здесь рады и для него всегда найдется работа. Ну а там, кто знает, Гелиор пропасть не даст.
* * *— Как это было, па? — тихо спросила отца Тисса.
— Знаешь, маленькая, пожалуй, впервые в жизни мне было так страшно, — устало произнес Мерадор. — Я каждую секунду боялся, что им надоест играть в охотников, и они обрушатся на нас всеми силами. Мы жили в долг. Шли вперед в надежде на чудо, но никто в него не верил. Очень страшно смотреть, как в глаза людей умирает надежда. Как её место занимает смирение перед неизбежностью. Как воин не жалея себя бросается в ноги огромной твари, лишь бы дать другим лишнюю секунду. Мы проходили через вырезанные деревни, где пшеничные поля превратились в болота от пролитой крови, а домашняя скотина стала ужасными тварями. Это не передать словами, маленькая. Нас ведь было гораздо больше. Да, больше. Сюда добралась хорошо если половина.
Барон Горский рассказывал своей дочери всё, не упуская ни единой детали. Все ужасы этого исхода раскаленной иглой засели в его разуме и непроизвольно он хотел разделить этот страх с самым близким человеком. Который не высмеет его страх, который поддержит и поймет.