Черный дракон Араона (СИ)

— Я надеюсь, мозги у вас еще работают? — громко произнес я, казалось бы, в пустоту. — Ах да, простите.
Щелкнув пальцам, я добился того, что дух каждого из учеников проявился в реальном мире. Самой обескураженной выглядела, естественно, Алиасса. Девушка еще ничего не поняла и сейчас нелепо хлопала глазами, наблюдая за полупрозрачными силуэтами своих друзей.
— Поздравляю, вы заработали самый низкий бал! — громко сказал я, осматривая парящую группу. — Такое чувство, будто вы в один момент забыли, чему вас учили. Я-то ладно, дал вам пока ни так много, как мне бы того хотелось. Но скиф подери, Алиасса!? Как можно рваться в ближний бой с Мастером крови, не имея активной замкнутую защиту? Мейвен с твоей хаотической формой надо что-то делать. Никакого контроля. Увидела врага и с шашкой наголо на мага. Бред же, ну! Попытки Гранта немного покомандовать позабавили. Ну и самопожертвование, конечно, огонь. Идиотский поступок, но огонь. Кто порадовал так это Анет — дважды смог меня удивить. Кобо — ноль в защите, просто ноль. Виго — где контроль отката? Защитное плетение хорошее, но подстраховка ни к скифу. Иллиана — слишком сильно надеешься на своё слияние, оно не панацея. Кацуя — ну тут еще работать и работать. Возможно, будь с тобой какие-нибудь из твоих поделок, было бы веселей, а так — бездарность. Далия, не хочу тебя обижать, но как маг в защите ты может что-то и можешь, но от любой неожиданности теряешься, будто сопливая девчонка. Надо дать тебе в руки меч и заставить быть воином. А теперь повисите маленько, обдумайте мои слова да поумерьте свой гнев.
Тридцать минут. На восстановление психического равновесия я дал им ровно тридцать минут. Они висели бесплотными полупрозрачными копиями самих себя, без возможности обсудить друг с другом случившееся. Я в это время сидел на земле и еще раз прогонял в голове наш бой. Хотя избиение сложно назвать боем. Работать с ними еще и работать.
— Итак, того, кто бросится на меня с кулаками, не ждет ничего хорошего, — сказал я, поднимаясь на ноги.
Вновь демонстративный щелчок и тела учеников обретают плотность, чтобы рухнуть на землю с высоты в несколько метров.
— Что это было? — шумно выдохнул Кацуя.
— Ты совсем спятил! — заорала Алиасса. — Я лежала, сжираемая изнутри твоей кровью и смотрела, как все они дохнут! Смотрела и ничего не могла сделать! А они ведь умирали! Умирали!
— А ты думала, я вас печеньками кормить буду? И по книжкам настоящему бою учить? — хмыкнул я в ответ. — Вы сами согласились на всё это. Так что подотри сопли, герцогиня и возьми себя в руки!
— То есть умирали мы не по-настоящему? — сглотнул Кобо, потирая грудь. — Всё это было не взаправду?
— Ты, правда, думаешь, что он пошел бы легким путем? — буквально источая яд, прошипела Алиасса. — О нет, все умирали по-настоящему. Не знаю как, но в этом я уверена точно.
— Круто! — восторженно выдал Кацуя. — Но больше не хочется.
— Грант, ты настоящий мужик, — кивнул ему Анет. — Скиф, а я ведь, правда, поверил, что нам хана.
— Даже для тебя, Дарт, это было чересчур, — медленно покачала головой Илиана. — Ты представляешь, через что мы прошли?
— А ты представляешь, что тебя ждет, когда придет хаос? — поймал я взгляд девушки. — Вы все лишь смазка для мечей его армии, мелкая помеха, которая не выстоит и минуты против его гвардии. Не верите? Так вперед!
Повинуясь моей воле, пространство пещеры изменилось на каменное плато. В багровых небесах не прекращаясь грохотали раскаты грома, хоть и к природному явлению это не относилось. Метрах в двухсот от ребят я создал костяную гвардию Хорта и спустил на них. Среагировали они быстро, но неэффективно. Скелеты добрались до них в считанные секунды, и полностью игнорируя их потуги, порубили всех на куски. Причем сделано это было с особой жестокостью. Отрубались конечности, демонстративно в живых оставляли тех, кто умирал, но находился в агонии. Смерть была страшной и неотвратимой.
В этот раз я не дал им большого количества времени на приведение себя в порядок. Щелчок и все они валяться на землю. Бледные потерянные лица, страх в глазах и самая настоящая паника в эмоциях.
 
— Кто ты такой? — прошептал Анет, смотря на меня во все глаза. — Ты не можешь быть драконом! Никому не под силу вот так создавать существ и менять реальность!
— Никому, кроме Демиурга, — совсем тихо пробормотала Алиасса.
Хотелось бы мне удержать лицо, но я не смог. Не выдержал и просто заржал. Мой хохот эхом разнесся по пустынному плато и ему вторил скрежещущий смех скелетов.
Успокоиться удалось с трудом. А уж глядя на то, как хихикает костяная гвардия Хорна, сделать это было вообще нереально. Но, я всё-таки взял себя в руки и с иронией во взгляде посмотрел на ребят.
— Да, конечно я Демиург. Решил вот из вас неучей сделать героев Араона и отправить спасать мир от вторжения Хорна, — произнося это, я прямо-таки не скупился на сарказм в голосе, но меня не поняли. — Да тьфу на вас.
Подняв руку для очередного щелчка, я на мгновение завис, а после тяжело вздохнул. Сам виноват. О чем они еще могли подумать?
— Всё немного иначе, — покачал я головой, превращая окрестности в знакомый мне парк. — Присаживайтесь.
Возле каждого из ребят появилось по удобному креслу, а за моим левым плечом материализовалась Кейт. От неё прямо-таки несло какой-то детской радостью. А уж когда на ней скрестились взгляды учеников, то чуть ли не замурлыкала.
Её реакция мне была понятна. Осколок никогда не общалась с настоящими людьми. Только лишь мои воспоминания, не более. Сейчас же у неё есть возможность почувствовать себя живой и настоящей. Для неё это действительно много значит.
— Я не Демиург, — сказал я спокойно. — Естественно нет. Сейчас мы находимся внутри моего разума, и вы здесь присутствуете не физически, а только лишь ментально. Тот ритуал, грубо говоря, позволил мне впустить вас к себе в голову. Ваши тела лежат там, в комнате, тогда как разум каждого из вас сейчас вот тут.
Я постучал себя пальцем по виску и по их пустым глазам понял, что до осознания там далеко.
— Считайте, что я работаю напрямую с вашим разумом, — произнес я. — Большего вам знать не нужно. Этот мир лишь отражение моей воли, не более. Но ваш разум — он внутри моего. Так что здесь я и правда Демиург.
Внезапно пустынные до этого дорожки парка заполнились людьми. Мои воспоминания, преобразованные Кейт словно ожили. Люди спешили по своим делам, разговаривали, смеялись. Они были практически неотличимы от живых, с той лишь разницей, что реальными не были от слова «совсем».
— Вы — заготовка, я — кузнец, — мои слова обрели силу. — Здесь я буду выплавлять из вас то орудие, которого вы достойны. Один к пяти. Именно с такой разницей в этом месте течет время. Пять месяцев здесь — один там. Надеюсь, мне не надо рассказывать о ценности подобного подхода?
Оглядев каждого из них, я прекрасно понял, что они мои с потрохами.
— Что ж, — улыбнулся я. — Приступим.
Я не знаю, зачем Волиарес навязал мне учеников, но в одном я был уверен точно. Если уж судьба распорядилась именно так, то я должен сделать из них достойных учеников дракона.
Здесь передо мной не было тайн. Я видел каждого из них, их прошлое и настоящее. Видел их мысли, переживания и сомнения. Знал желания, надежды и страхи.
Внутри каждого из моих учеников крепка та жизнь, что они провели до меня. Боль, страх, слезы, радость, грезы и мечты. Каждый из учеников предстал передо мной, словно раскрытая книга, и я собирался использовать это на максимум.
С графом Виго всё было понятно и до этого. Чтение человека, чьи родители пророчили ему большое будущее и именно поэтому превратили в малоэмоционального голема оставляет свои следы. Сейчас он словно податливый пластилин в моих руках. Не имея строгих границ, а лишь их очертания, можно слепить любой психологической портрет. Именно этим моя учительская метка постепенно и занимается. Сейчас я был уверен — он небезнадежен.
 
Далия Укета — девушка со своей причиной на поступление в АМИ. Когда-то её отец видел в ней своего наследника. Наследника, что возглавит династию великих торговцев Укето. Отсюда и подобающее высшим слоями воспитание и несгибаемая воля. Правда, после у неё родился брат, который и перехватил первенство наследования. Далия же только поблагодарила богов за это, если бы не отец. После рождения сына он поменял план по отношению к дочери и решил, что она выгодная партия для замужества. Жаль, только, сама Далия имела своё мнение на этот счет. Мать помогла с деньгами и вот открытые ворота АМИ. После не радужный диагноз о невозможности контролировать сложные плетения и слепая упертость девушки. Она не стала лучшей, но с курса её отчислить никто не посмел. Правда, приходилось буквально урывать крупицы сна, лишь бы оставаться на уровне и не сдавать позиции. Для меня же самое главное заключалось в другом. Далия не озлобилась к брату, а наоборот всячески его баловала. Девушка души в нём не чаяла и была рада любой встречи.