Марсельский дантист (СИ)

— это правда? Он ваш друг?
Алекс хотел поскорее узнать правду об Аманде и он понимал что Робертсон осведомлен лучше доктора.
— да, это мой друг.
— хорошо, я закончу обход и снова к вам приду.
Доктор покинул палату. Алекс посмотрел на Робертсона безнадёжным взглядом. Он все и так прекрасно понимал. От такого взрыва не выживает никто. Ему просто крупно повезло. Двоим повести не могло.
— она мертва?
— мне жаль Алекс.
На безэмоциональном лице Алекса, появилась небольшая слеза. Робертсон присел рядом с ним на стул.
— она ничего не почувствовала. Взрыв был возле нее. Поэтому это было все очень быстро.
— а тело? Её тело нашли?
— останки находятся в морге. Извини, но там не на что смотреть.
— её надо похоронить.
— этим займутся, я позабочусь об этом.
— и я должен быть там, что бы попрощаться
— конечно, я отвезу тебя.
Алекс закрыл глаза. Он не подавал виду, но внутри его просто разрывало от боли. Он потерял единственного любимого человека. Алекс понимал, что больше в своей жизни он никого так не полюбит, кто бы это не был. Как много еще было можно вместе пройти, как много еще было можно друг другу сказать. Ещё больше Алексу было обидно, от того, что он не смог защитить Аманду. Если бы он только знал…
— узнали, кто это сделал?
— совсем скоро узнают. Никуда они от нас не денутся.
— что вы с ними будете делать, когда найдёте?
— есть несколько вариантов.
— в этот раз будет один. Вы отдадите их всех мне.
— и что ты будешь с ними делать Алекс? Убьешь?
— всех до единого.
— я понимаю тебя Алекс. Поверь, я знаю, о чем говорю. Убить — это не так просто. У многих не хватает силы духа, как бы сильно их не задели. А большинство из тех, кто все-таки сумел нажать на курок, потом живут с этим и мучаются. Поэтому надо быть натренированным профессионалом. Прежде всего, психологически. Этому надо учиться, как в школе.
— я готов.
Робертсон привстал со стула и подошёл к окну.
— прежде, я должен тебе кое — что рассказать. Я вербовщик. Я выискиваю людей по всему миру. Отбираю по самым строгим критериям. Я долго наблюдаю за ними, иногда даже годами. Если человек подходит мне, я начинаю процесс вербовки. Здесь, как на войне, все средства хороши. Иногда даже приходиться сделать человеку очень больно. А что поделаешь, ведь на кону национальная безопасность. В итоге, когда рекрут созревает, он сам хочет стать агентом.
— к чему ты ведешь?
— в сложившейся ситуации может показаться, что я, что бы завербовать тебя и привить ненависть к террористам, специально устроил взрыв в ресторане. Это не так. Ты имеешь право так подумать, но я клянусь, что это не так. Ни я, но мои люди к этому отношения не имеют.
— тогда найдите мне тех, кто это сделал и считай, что ты получил нового агента.
— я все сделаю Алекс.
Разговор прервал звук телефона в кармане у Робертсона. Это вновь был его информатор. Робертсон принял вызов.
— слушаю Хофман, говори.
— мы нашли подрывников.
— взяли?
— нет ещё. Установили слежку. При первой возможной ситуации возьмём.
— хорошо, держи меня в курсе.
Не успел Робертсон положить трубку, как Алекс тут же спросил.
— их поймали.
Робертсон понимал всю прыть Алекса, и поэтому старался отвечать как можно сдержанней, что бы успокоить его.
— их нашли, но ещё не взяли.
— что? Почему? Чего они ждут?
— не все так просто. Это же не вытащить из фургона продавца мороженого и не приставить у его головы пистолет. Там целая группа террористов. Людей, обученных убивать. За ними установлена слежка. Как только появится возможность, их возьмут.
— и сколько это может продолжаться?
— их могут взять через час, а могут через месяц. Ты одержим местью, ты получишь возможность выплеснуть её. Пока тебе надо восстановиться.
— мне не надо много сил, что бы нажать на курок.
Робертсон подошёл к кровати и вновь присел на стул. Он наклонился над Алексом.
— я не хотел тебе говорить преждевременно, но ты я вижу не успокоишься. У меня есть весомое предположение, кто мог устроить взрыв. Если это действительно те, о ком я думаю, то тебе придется не просто нажимать на курок. Ты должен будешь ежедневно, даже ежесекундно проделывать ту работу, которую проделывают киногерои в роде Джеймса Бонда или Джейсона Борна.
 
— да, я смотрел эти фильмы. Как я уже сказал ранее — я готов.
— я заеду завтра. А пока отдыхай.
Робертсон покинул палату. Покидая, он столкнулся с молодой санитаркой, которая принесла еду для Алекса. Небольшого роста худенькая шатенка, чем то напоминала маленькую суетливую мышку. Она поставила поднос с едой на столик возле кровати Алекса и оставила рядом небольшой стаканчик с таблетками.
— обязательно выпейте эти таблетки после еды.
— а они помогут вернуть Аманду?
Мышка никак не ожидала такого вопроса и поэтому первые несколько секунд она стояла, осмысливая его слова.
— простите, что?
— ничего. Идите.
Мышка с небольшим недоумением на лице, оставила Алекса в покое. Пациент посмотрел в тарелку и увидел там жиденький супчик.
— наверное, они забыли положить туда пару лягушек.
Алекс не стал притрагиваться к супу. Он проглотил таблетки и вновь попытался встать с кровати. В этот раз у него получилось лучше. Опираясь на рядом стоящие предметы, он дошёл до окна, которое выходило на центральную аллею возле больницы. Первое, что бросилось ему в глаза, это стоящий возле одной из лавочек Робертсон. Рядом с ним был человек в схожей одежде. Алекс сразу догадался, что это человек с конторы Робертсона. Очередной агент британской разведки, а может быть французской. Робертсон что-то объяснял своему напарнику и тот изредка просматривал в окна палаты, где находился Алекс. Очевидно, Робертсон приставил охрану. Но зачем? Вряд ли террористы, которые взорвали ресторан, вычислили последнего выжившего и решили добить его. Скорей всего, это на случай, если Алекс попытается уйти. Как бы то ни было, это уже не волновало Алекса. Его заботила только месть. Она даже затмила чувство горечи утраты. Алекс и сам не мог раньше подумать, что у него, где то в его чертогах есть столько злости. Но это тоже не волновало дантиста. Даже немного начинало нравиться. По крайней мере, месть затмевала боль, и от этого было легче дышать. Алекс сам не заметил, как произнёс в слух.
— я отомщу за тебя Аманда, во что бы мне это не стало.
ГЛАВА 5
БОЛЬНИЦА « Les Hôpitaux Sud »
Всю ночь Алекс спал как младенец. Доктор дал ему добротную порцию снотворного, и Алекс пробыл во сне десять часов. Засыпая, он надеялся увидеть во сне Аманду, но снотворное сделало своё дело и ему ничего не приснилось. Алекс проснулся от того, что в палату к нему зашёл врач, делающий утренний обход.
— ну, как самочувствие сегодня Алекс?
— спасибо доктор Келлерман, хорошо.
Доктор посвятил Алексу фонариком сначала в один глаз, затем во второй.
— вижу, вам определённо лучше. С такими темпами скоро на выписку.
В любой другой ситуации эта новость порадовала бы Алекса. Но только не сейчас. К кому идти? Кто ждёт? Совсем один во всем городе, во всей стране, во всем мире. Родители Алекса погибли в жуткой аварии, когда ему было восемь лет. Какое то время его воспитывала бабушка, но вскоре не стало и её. С шестнадцати лет Алекс жил у друзей, пока не поступил в университет. Тогда и появилась Аманда. Одна и навсегда. Институтские друзья давно разбрелись по миру и их теперь не найти, а Аманды больше нет. Алекс остался один. Единственное, чем успокаивал себя Алекс, была месть. Она придавала хоть какой-то смысл его дальнейшему существованию. И поэтому Алекс больше ждал не выписки, а новостей от Робертсона. Если конечно они вообще будут. Если вообще это сделал не сам Робертсон или кто-то по его указанию. И зачем это плохо законспирированная охрана?
Доктор Келлерман закончил осмотр.