Марсельский дантист (СИ)

— ну вот и все агент Анна Андерсен. Твой путь террориста окончен.
— неужели ты и правда думаешь, что я террорист. Я работала под прикрытием. Об этом уже все знают. Я обезвредила террориста Богдана Митяева. Стикс должен был доставить меня в штаб. Что бы там восстановили меня. Ты понимаешь это или нет?
— ты знаешь, я встречался с руководством и они мне об этом не сказали.
— да потому что они не имели права меня разоблачать ни перед кем, особенно перед тобой.
— а ты знаешь, мне уже все равно. Мои действия будут расценивать как благие. Для меня ты террорист и я тебя обезврежу. Меня за это никто не осудит. Более того, я получу пост повыше за твою смерть.
— и ты сможешь нормально жить после этого?
— я попробую.
Кинли встал и вытянулся в полный рост. Он направил пистолет на Анну и перед тем как выстрелить, сказал.
— неисповедимы пути господне.
После этого он последний раз посмотрел в глаза Анны, в которых теперь читалась мольба о пощаде. Но Винсент Кинли был непоколебим. Прозвучал выстрел. Кинли выстрелил ей в голову, оставив небольшое аккуратное отверстие во лбу. Убедившись, что Анна Андерсон мертва, Винсент повернулся в сторону Стикса, который лежал возле амбара. Кинли подошёл к нему, но Стикс был без сознания. Кинли решил не стрелять в него. Даже если Стикс пока только потерял сознание, все равно он скоро умрёт от потери крови. Скорую помощь никто не вызывал. Да и ехать ей сюда довольно-таки долго.
Кинли зашёл в дом и нашёл у старика Рене аптечку. Взяв оттуда бинт, он перевязал раненую руку. Затем он взял тело старика и оттащил его в амбар. Тоже самое он проделал с агентом Стиксом, который пришёл в сознание, но был на столько слаб, что не представлял никакой опасности. В завершении, Кинли затащил в амбар тело Анны. Он отлично знал, что она курит, поэтому достал у неё из кармана пачку сигарет и зажигалку. Винсент достал сигарету и закурил. Он делал это в первый раз. Ему сразу же не понравился вкус, и он бросил сигарету в стог сена. Через несколько секунд, стог охватило пламя. Кинли вышел из амбара и закрыл его створки.
Внедорожник с агентом-убийцей за рулём покидал ранчо старика Рене. Кинли неспешно вёл автомобиль, смотрев в зеркало заднего вида, в котором виделся амбар, полностью охваченный пламенем.
ГЛАВА 20
— «Контраст ещё тот».
Подумал Робертсон, после того, как оказался Лондоне. Ему было несколько некомфортно себя ощущать в холодной и дождливой столице туманного Альбиона после жаркого и знойного Марселя. Но так требовала ситуация. И поэтому под звук дождя, который долбил по крыше такси, Робертсон на пару с Бредериком прибыл в Кембридж.
Кембридж был расположен в семидесяти километрах к северу от Лондона. Город располагался в южной части неметропольного графства Кембриджшир и являлся одним из старейших университетских центров Европы. В городе находиться один из лучших университетов мира, с которым связаны восемьдесят семь Нобелевский лауреатов. Именно туда и прибыли Робертсон и Бредерик.
Хофман нашёл лазейку и отыскал человека, который сможет поделиться информацией об «Англичанине». Один из местных преподавателей с кафедры философии согласился предоставить сведения о бывшем преподавателе Жане Уолесе. Профессор с кафедры предпочёл не говорить своего имени в целях безопасности и поэтому попросил называть его «Профессор».
Выхолощенный человек семидесятилетнего возраста в строгом английском костюме тройке совсем не выглядел на свои годы. По его глазам было видно, что судьба много раз показывала ему фокусы, от которых мурашки по коже. Но так же в них читалось, что это не сломило его. Он по-прежнему ратует за свое дело с большим энтузиазмом, несмотря на свой возраст. Профессор любезно, но с небольшой циничной сухостью предложил агентам пройти в свой кабинет. Там он и предоставит всю имеющуюся у него информацию.
Просторный кабинет вполне можно было назвать библиотекой. Всё стены от пола до потолка были увешаны стеллажами, на которых хранились книги. Это весьма впечатлило Робертсона, и он не мог оторвать взгляда от них, хоть и старался не показывать вида.
 
— да, мистер Робертсон. Здесь несколько десятков тысяч книг и все они прочитаны мною.
— это впечатляет. Вы, должно быть, обладаете огромными знаниями.
— достаточными, что бы преподавать здесь.
— тогда я не сомневаюсь, что вы нам поможете.
— если бы я не был в силах вам помочь, вас бы здесь не было.
— тогда может быть, перейдём к делу?
— конечно господа. Но сначала, я хотел бы поинтересоваться, зачем вам нужны сведения о моем, хоть и бывшем, но коллеге.
— возможно, он не тот, за кого себя выдавал.
Профессор ухмыльнулся.
— сколько ролей нам приходиться играть на протяжении всей жизни. Уверен были моменты, когда и вы вынуждены были играть не истинного себя мистер Робертсон.
— приходилось. И всё-таки хотелось бы посмотреть на досье Жана Уолеса.
— сгораете от любопытства? Что же, придётся удовлетворить. Подождите меня здесь.
Профессор встал с кресла и вышел за дверь. Снаружи послышался щелчок. Это было похоже на то, как закрывают дверной замок. Бредерик посмотрел на Робертсона.
— нас что, заперли?
Не дождавшись ответа, Даглас подошёл к двери и дёрнул ручку.
— это невероятно. Нас действительно заперли. Старик шизофреник?
— боится, что мы украдём его книги. Садись на место Даглас. Не будем идти на поводу у маразма философа.
— надеюсь, что это действительно маразм.
— а что же ещё. Не думаешь же ты, что сейчас в комнату пустят газ, а потом нас усыпят, расчленят и продадут на органы.
— а мне почему-то не кажется это бредом. Я уже перестал чему-либо удивляться.
Но газа не последовало. Хотя конечно произошло то, чего никак не ожидали агенты. Один из стеллажей с книгами выдвинулся вперёд и отъехал в сторону. За ним оказалась дверь, которая сразу же открылась, и в комнату вошёл Жан Уолес.
С губ Робертсона неподконтрольно сошли слова.
— Жан Уолес. Преподаватель английского. «Англичанин».
Жан спокойно вошёл в комнату и сел на место профессора, всем своим видом показывая дружелюбность.
— вот мы и встретились Робертсон. Я знал, что это рано или поздно произойдёт. Знал, что воспитал классных агентов в лице Анны и тебя, которые рано или поздно приблизятся ко мне. И все-таки, если бы я не захотел, мы бы не встретились.
— ну да, ты бы просто отдал приказ, что бы убрать нас. Точнее ты и так его отдал.
— давай без сентиментальностей. Теперь этот приказ не актуален.
— тогда зачем мы встретились?
— вам нужна была эта встреча. Теперь ты убедился, что это я. Теперь ты услышал от меня, что приказ о вашей ликвидации аннулирован. Ну а я хочу предупредить вас. Не надо гоняться за призраками. Ничем хорошим для вас это не закончиться. Живите дальше, работайте дальше. Поверьте, вам есть чем заняться. Здесь огромный фронт работы.
— и агентство не будет мстить за смерть Мирона?
— это, скажем так, допустимые потери.
— но ведь может случиться так, что наши дороги в будущем снова пересекутся.
— этого тоже исключать нельзя. Мы можем быть как заодно, так и нет. Я как истинный джентльмен, организую нам встречу, на которой, я надеюсь, мы договоримся.
— а можно личный вопрос?
— спрашивай, я не собираюсь тебе врать.
— когда ты обучал меня и Анну, ты уже был в агентстве?
— я и есть агентство. Я стоял у истоков его реорганизации. Она существовало и до меня. Но именно я осовременил его.
— а как же «Критик»?
— он мой помощник. Но мне удобно, когда все считают, что он главный.
Робертсон взял минутную паузу. Все благосклонно ждали от него следующего шага. «Англичанин» ждал, что Робертсон согласиться с его доводами и отступит. В противном случае, агенты могли навсегда остаться в стенах Кембриджского университета. Робертсон это тоже хорошо понимал.
— хорошо, я не буду гоняться за призраками и предпочту принять более рациональное решение, но только после того, как посоветуюсь с Анной. Она убеждена, что вы не оставите нас в покое.