Принц Шеннийский (СИ)

Конечно, за месяц мышцы не накачаешь, но к прежней форме подойти можно.
Украдкой, когда никого нет, беру кинжалы и занимаюсь бесполезным делом: пытаюсь воткнуть в ствол, изобразить подобие броска Светы. Гордость моя не позволяет признать, что от шпаги уже тошнит, а ножи, вернее кинжалы меня заинтересовали.
Над головой раздалось хихиканье.
— Если попасть в голову, можно оглушить, — чирикает знакомый голосок. Я смотрю вверх, сидит, свесив ноги на ветке та самая девочка, что в клетку к нам попала. Та, которую я пожалел тогда. За нее меня потом подвесили, избили, морили голодом. Улыбается кареглазая маленькая девочка. На шее у нее висит красивый кулон из изумруда, обломленного бриллиантами. Знаю я этот кулон…
— Дария?! — мой голос прозвучал неожиданно хрипло.
— Она самая, — усмехнулась девочка.
— Как ты вообще? — единственный вопрос, что пришел сейчас в голову.
— Не беременна, — выдала Дария, перехватила ветку, соскочила ниже, повисла демонстрируя тоненькую талию и прыгнула.
— Умеешь? — спросил я, указывая на валяющийся в листве кинжал. Дария кивнула, сходила и подняла его, вернулась на исходную и не хуже Светы швырнула.
Улыбнулась застенчиво, заметив мое удивление.
— Ты ловко со шпагой управляешься, Одноглазый, — последним словом все и испортила.
— Кастиль, — поправил я.
Дария подала руку. Хватка тоненькой ручки чересчур старательная. Забавная девчушка, едва до плеч мне, малявка. Не пойму только, зачем пришла…
— Я могу научить тебя особенным движениям, — загадочно произнесла она. — Но за это ты принесешь мне синий камень из Мертвого города!
— А потом красный? — съехидствовал я.
— Синий и красный! — согласилась Дария. — Сразу оба. Тогда покажу еще и секретный прием!
— О! Даже так! Может сперва покажешь? А я сдержу обещание. М?
Дария кивнула. Довольная мордашка. Синяки еще не все сошли, но в общем и целом жива здорова и весела. А это главное. Небеременная — ну и ответ. А если беременность после посвящения? Быстренько рожает в шестнадцать — семнадцать, да дальше скакать по джунглям, умно. Рабы в кленке ведь не простое отрепье, как на первый взгляд покажется. Не каждый дойдет до стана, не каждый выживет. Плюс ко всему расчет на то, что самый сильный девушкой будет владеть первый, так и потомство потом от него. А если нет, то от менее сильного. Все тонко продуманно. Восхищен.
— Смотри внимательно! — воскликнула Дария, выхватив мою шпагу. — Прием называется ложный выпад Бахары! Чтоб знал, она моя мать, самый сильный воин всех кланов! Она сама его придумала и не все, даже самые опытные его знают. Ставишь носок сюда, чтобы в пол — борота был к…
Дочь Бахары… великолепно, лучше не придумаешь. Давай, девочка, расскажи все секреты матери. Бахара молчит о поединке, все молчат… Значит, Дария не в курсе, что сливает мамочкин прием ее противнику.
Проанализировал движения и позицию. Ничего особенного, но подчеркнул для себя сам принцип. Многое рассчитано на скорость и противоход врага.
— Это лучший прием, что я когда — либо знал! — воскликнул, провоцируя на дальнейшее развитие событий. — Ты можешь потренировать меня, Дария? Ну пожалуйста!
— Могу, — у девочки раскраснелись щеки. Лесть скушала мгновенно и вскоре из нее информация полилась рекой…
Когда появилась Света, Дария быстренько ретировалась.
— Что это было?! — выдала Света.
— Общаемся, — буркнул и подмигнул.
— Может я и за Наташу, — фыркнула ехидно Света. — Но подлостей и неблагородных поступков не потерплю! За тебя поручилась старшая сестра, которой я и многие здесь жизни обязаны! А ты тут плетешь свои…
— Света!! — рявкнул, вышло властно. Давно я так не рычал, девушка в невольном замешательстве. — Не провоцируй меня, хорошо?!
— А то что? — прохрипела Света, мгновенно вышедшая из равновесия. Вот так дела!
— А то приведу сюда Стражей, — прошептал, девушка сглотнула и даже побелела. — Да пошутил я, хозяюшка ты моя, доверчивая.
Шутку Света не оценила и даже мой, казалось бы искренний, смех не помог. Правда обижаться долго не вышло у девушки, оказалась отходчивая…
 
Вскоре отправились на тренировку в исполнении Бахары. Пришли, как неофициальные зрители, смотрели с платформочки на ветке дуба. Далековато, но площадка просматривалась хорошо. Бахара показывает медленно и поэтапно прием рукопашного боя на валькийке, остальные, разбившись по парам, повторяют. Далее кинжалы, копья, шпаги… Ничего особенного я не увидел. Зато Бахара заметила нас. Помахала рукой, усмехнулась, предложила поучаствовать. Мы затушевались и ушли.
На следующий день Дария снова пришла меня тренировать. И невзначай, будто между делом, метая кинжалы, поинтересовалась:
— А у тебя были дети? Кровные?
Вопрос очень интересный. Лишь на каторге об этом думал затуманенным мозгом. Но если хорошенько повспоминать, то были случаи, когда в бурной молодости стрелял прямо в лоно. Жалоб не было, записок и посланий тоже. Дети?! Забавно, но подумалось, что я бы не отказался иметь вот такую вот дочку. Наказывал бы ей: с этим не флиртуй, тому глазки не строй, платье с таким декольте не одевай, все мужики уроды, думают только, как бы распечатать очередную и пуститься за новой молодухой. Хм… Дети — дети. Хотя… у меня они есть, не родные и с похотливыми мыслями в голове относительно своего папаши. Однако же они все мои дети, мои девочки, ждут и надеются, что отец их вернется.
— А у меня никогда не было отца, — вдруг заявляет Дария, впервые за все это время промахнувшись, кидая в дерево. — Интересно, каково это, когда есть живой отец?!
Пожал плечами. Такой доверчивый взгляд о девочки.
Тренировки продолжались. Иногда приходила Дария в отсутствие Светы, будто караулила, когда моя «опекунша» уйдет. Выведал я много интересного у болтушки мелкой.
***
И вот, за семь дней до моей позорной кончины на дуэли появляется Света с бешеными глазами, возбужденная, не ясно, толи радуется, толи все плохо. Понял в чем дело, когда открыла рот, отдышавшись:
— Мать объявила празднования в честь Нимезии! Ритуальные игры сердца в ее честь! Так! Я должна привести себя в порядок! И ты, ты тоже приглашен! Скорее на озеро! Время не ждет!!
И мы помчались. Мылся я обычно в ручье, а теперь заставили купаться в местном озерке.
— Только ни на кого не пялься, — прошептала Света, уловив мои взгляды. — Для вальки это вызов, могут оскорбиться…
Народ, словно чистотой стал одержим, до воды пробивались с боем. Все лихорадочно хотели помыться. Никто не интересовался моими чувствами и моей ранимостью. Столько голых женских тел я даже на невольничьем рынке Билазоры не видел!
Бабы взбесились. На берегу, под ветками шкрябали волосы в неприличных местах. Сердце оборвалось и не раз, когда я увидел, как кинжал ходит по нежным, беззащитным местам… Щеки мои горели сильнее чем кожа от пара и кипятка в озере, потому что я был единственным тут мужчиной! А если учесть с каким энтузиазмом Света сорвала мою тряпку, выполняющую функцию трусов… здесь что — то не так!
— Это и есть праздник Нимезии? Эротическое купание? — прошептал я, отворачиваясь от Светы, что начала и свои процедуры. Неприлично смотреть на голую знакомую леди в общественным местах! Глаз приоткрыл и тут же напоролся на шикарные пышные сиськи, которые старательно растирались каким — то маслом.
— Нет, подготовка, — прокряхтела Света. — Не отвлекай, а то сбрею лишнего.
Смотрю на свою волосатую промежность. Да, а стоит ли?!
Эротическая пытка кончилась примерно через полчаса.
Вечерело… Две Светины молодушки принесли чистую одежду к озеру. Я прикрылся, обе сразу хихикнули. Лучше бы виду не подавал, а гордо тряхнул причиндалами, чтобы позлить Свету.
 
Ночь. Горят костры, что редкость для города Вальки. Обычно огонь горит где — то на уровне подвала, а дым уходит через отверстия. Теперь же костров горела масса. Мало что видно, но чувствовался вкусный, давно забытый мною дым от горящих лесных дров.